Наталья федоровская адвокат

Статус действующий, реестровый № 77/8567, № удостоверения 10399.

Гражданам

Ваш положительный или отрицательный отзыв может быть полезен другим людям, нуждающимся в качественной юридической помощи.

Найти адвоката, найти адрес адвоката или контактные данные.

Порядок привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности регламентируется разделом II Кодекса профессиональной этики адвоката

Адвокатам

Официальные партнеры:

Уважаемый посетитель!

Вся информация об Адвокатах города Москвы взята из открытых источников.

Если вы хотели бы дополнить, изменить или удалить информацию , напишите нам письмо.

Страница не является официальной страницей адвоката. Данный адвокат не является сотрудником компании Аванта Групп и не оказывает консультаций на сайте.

Наш сайт предоставляет возможность поиска и просмотра информации о профессиональных юристах, которым присвоен статус адвоката.

С актуальными данными можно всегда ознакомится Информационном портале Министерства юстиции Российской Федерации — http://lawyers.minjust.ru/Lawyers

Если вы хотите задать вопрос, воспользуйтесь бесплатной юридической консультацией от наших партнеров.

Адвокат Федоровская Наталья Руслановна

Образование высшее с отличием. Имеет сертификат Общероссийской общественной организации Российский Союз Молодежи «Лучшие выпускники высших учебных заведений г. Москвы» «Российские интеллектуальные ресурсы».

Член политического консультативного центра.

Окончила аспирантуру. Соискатель ученой степени кандидат юридических наук.

Оказывает юридические услуги и консультации по следующим вопросам:

  • Представительство интересов в суде общей юрисдикции
  • споры по недвижимости;
  • защита права собственности;
  • приватизация;
  • наследство;
  • защита прав потребителей
  • защита авторских прав;
  • защита чести, достоинства и деловой репутации;
  • защита от противоправных действий государственных органов;
  • правовая экспертиза.
  • составление соглашений об уплате алиментов;
  • консультирование по вопросам раздела совместно нажитого имущества;
  • развод, в том числе без Вашего присутствия;
  • помощь по вопросам усыновления (удочерения);
  • установление отцовства;
  • признание брака недействительным;
  • разрешение вопроса о совместной собственности супругов путем составления брачного договора;
  • составление проекта завещания;
  • Защита прав и законных интересов организаций и индивидуальных предпринимателей в арбитражном процессе (споры по договорам строительного подряда, взыскание долгов, платежей по товарным операция, обжалование ненормативных актов государственных органов и должностных лиц, споры между учредителями организаций).

Опыт работы: Большой процент выигранных дел, в том числе по искам к естественным монополистам и государственным органам.

КОНТАКТЫ

Москва (Россия, Москва и Московская область)

Телефон(ы)+7 (495) 223-1687
+7 (495) 648-4474
+7 (964) 641-3341
+7 (926) 509-0768

Skype advokat-fedorovskaya

Главная

24 ноября в пространстве Telegraph Hall состоится Moscow FemFest – третий ежегодный просветительский фестиваль о феминизме, гендерной грамотности и свободе выбора. Вход на фестиваль бесплатный по предварительной онлайн-регистрации.

20 ноября в 19.00 состоится онлайн-беседа с членом МХГ, федеральным судьей в отставке, профессором ВШЭ Сергеем Пашиным.

Российские общественные организации выпустили открытое заявление, в котором выступили против изгнания чешской организации «Человек в беде» (Clovek v tisni) из России и потребовали исключить ее из списка нежелательных организаций.

14 ноября в Совете при президенте РФ по правам человека состоялось заседание президиума, на котором обсудили направления работы постоянных комиссий и временных рабочих групп в четвертом квартале 2020 года.

Организаторы ОГФ-2020 выбрали темой года «Настоящее будущее». На форуме будут обмениваться опытом гражданские активисты, правозащитники, сотрудники НКО, урбанисты и другие. Регистрация на форум завершится 15 ноября, а сам форум пройдет 30 ноября в Москве. В работе ОГФ-2020 примут активное участие представители МХГ.

Фигуранты дела «Сети» (организация признана террористической и запрещена в России) Арман Сагынбаев, Дмитрий Пчелинцев и Максим Иванкин объявили голодовку, сообщил лидер движения «За права человека» и член Московской Хельсинкской Группы Лев Пономарев. Объявившие голодовку требуют, чтобы были расследованы их жалобы на пытки со стороны сотрудников спецслужб.

Правозащитники и общественники создадут комиссию по расследованию нарушений прав на свободу собраний в Москве. Такое решение приняли участники круглого стола в Мосгордуме 8 ноября. Комиссия намерена представить предложения по изменению столичного и федерального законодательства о митингах.

7 ноября в Москве умер Сергей Шаров-Делоне, основатель Школы общественного защитника, лауреат Премии МХГ.

Савеловский суд Москвы отклонил иск правозащитницы Алены Поповой, требовавшей признать незаконным применение системы распознавания лиц, которой сейчас оснащают все столичные камеры видеонаблюдения, сообщает РосКомСвобода, юристы которой представляли интересы заявительницы.

Выполняя волю Людмилы Михайловны, мы объявляем о продаже ее коллекции гжели.

Ряд членов Совета по правам человека при президенте РФ обнародовали заявление в связи с ликвидацией Движения «За права человека». «Уничтожение правозащитных организаций – проявление опасной тенденции. Для страны она может быть чревата расширением неправового поля и неизбежной политизацией гражданского протеста», говорится в заявлении членов СПЧ.

Новое движение объединило семьи фигурантов «московского дела», дел «Нового величия», «Сети», Азата Мифтахова, «ростовского дела» и «дел мусульман».

Решение ВС о ликвидации движения «За права человека» демонстрирует, что российская судебная система обслуживает интересы власти, считают в Human Rights Watch.

Верховный суд России постановил ликвидировать общероссийское общественное движение «За права человека», возглавляемое правозащитником, членом Московской Хельсинкской Группы Львом Пономаревым.

30 октября в офисе Московской Хельсинкской Группы состоялась пресс-конференция правозащитников, посвященная прошедшему набору в общественные наблюдательные комиссии (ОНК).

30 октября в 11:00 в офисе МХГ состоится пресс-конференция правозащитников, посвященная прошедшему набору в Общественные наблюдательные комиссии. Участники пресс-конференции расскажут, как существующий порядок формирования ОНК вычищает из общественного контроля за местами лишения свободы опытных правозащитников и как можно повлиять на ситуацию.

Московская Хельсинкская Группа создала петицию с требованием прекратить давление на движение «За права человека» и остановить его ликвидацию. К утру 28 октября ее подписали почти 3,5 тысячи человек.

С 24 по 25 октября в Москве состоялся межрегиональный семинар «Как рассказать о правах человека интересно?», организатором которого выступила Московская Хельсинкская Группа.

По сообщениям СМИ

Проблему переполненности следственных изоляторов Москвы решают отправкой заключенных в СИЗО соседних областей.

«В конце октября солдат срочной службы, ставший жертвой насилия, убил восемь человек на сибирской военной базе. Эта драма возродила периодически повторяющиеся дебаты об обязательном призыве и о дедовщине — в страхе перед этим бедствием родители идут на все, лишь бы не отправлять своих детей в армию», — пишет корреспондент французской газеты Liberation в Москве Люсьен Жак.

Почему Владимир Буковский был глобальным политиком — не европейским и не российским, и почему нам важен его опыт.

«Матери против политических репрессий» дали первую пресс-конференцию и отстояли в пикетах под парадными подъездами администрации президента. Правозащитники видят в таких коалициях высокий потенциал для реанимирования гражданского общества в России. Как это будет происходить?

Идею причислять к «иноагентам» не только организации, но и физических лиц, правозащитники называют тотальной травлей оппонентов власти.

В чем обвиняют и как наказывают российских госслужащих.

Совет по правам челвека при президенте РФ предлагает сурово наказывать граждан за угрозы судьям.

30 лет назад в СССР был введен суд присяжных.

Как бизнес-сообщество отреагировало на решение Смольнинского суда о спецдекларации Валерия Израйлита.

Почему российским правозащитникам стало так сложно работать и как им жить дальше, Русская служба Би-би-си спросила у них самих.

Минобороны возвращается к советской тотальной секретности.

Правозащитники — о последствиях ликвидации движения «За права человека».

Эксперт рассказал, как в Беларуси расстреливают людей.

«Правозащита Открытки» вместе с русскими рэп-исполнителями написала открытое письмо в поддержку Самариддина Раджабова (рассмотрение его дела начнется 12 ноября, там ему могут вынести приговор) и других участников «московского дела». Новый баттловый трек Мирона на 17 Независимый как раз исполнен от лица Самариддина.

Антибабский форум

Мужской форум, где мужчины протестуют против бабской сущности в женщинах и их стервозности. Различные истории из жизни, общение, мнения и, конечно же, юмор в отношении женской части населения. Медицинские консультации. Сoветы психолога.

  • Темы без ответов
  • Активные темы
  • Поиск
  • Очень интересная статья адвоката Натальи Федоровской

    Очень интересная статья адвоката Натальи Федоровской

    Сообщение Павлов » 16.10.19 22:47

    Агрессивный матриархат в России. Этапы становления

    Адвокат Федоровская Наталья Руслановна

    09.01.2012
    Россия, Москва и Московская область, Москва
    13 мин.
    Участник конференции «Сибирский юридический форум»

    «Комната матери и ребенка», санаторий «мать и дитя», «материнский капитал», «мать-одиночка», «поддержка материнства и детства» и многое другое.
    А хорошо ли все это? Нет, не сама комната, не сам санаторий, не сами средства материнского капитала, я о форме и содержании… И главное, о последствиях для понятия «Семья».

    Часть первая.
    (выдержки и цитаты из различных источников)

    «Матриархат — это власть матери в доме, семье и обществе. Поскольку все здоровые женщины способны стать матерями и большинство из них рано или поздно становятся ими, отблески власти матери распространяются на женский пол в целом, обеспечивая доминирование женщины в обществе в целом. Это проявляется в тех привилегиях, которые существуют в матриархальном обществе для всех женщин, независимо от их материнства или бездетности, одиночества. Государство или общество, которое обеспечивает женщине такое положение, является матриархальным».
    Основы семейной политики в России начала XX века.
    Если мы живем духом,
    то по духу и поступать должны.
    (Гал. 5, 25)

    До 1832 г. специального кодекса гражданского права в России не было. Первое издание «Свода законов Российской империи» (далее «Свод»), в пятнадцати томах вышло в 1832 г. под редакцией М.? М. Сперанского, туда были сведены все нормы, извлеченные из ранее действовавших актов.
    В X том — «Свод законов гражданских» — вошло семейное право, а в добавленный позже XVI том — гражданское судопроизводство. Издание «Свода», регулярно дополнявшегося новыми нормами, оставалось главным источником гражданского права вплоть до конца правления Николая II
    В «Своде» были зафиксированы взаимные и особенные права и обязанности супругов.

    К взаимным относились:

    взаимное право и обязанность исполнения каждым супругом супружеского долга;
    обязанность взаимной супружеской верности;
    обязанность взаимопомощи, взаимной поддержки, материальной и моральной;
    обязанность совместной жизни супругов.
    Все эти обязанности, зафиксированные в законе, были направлены на укрепление института брака и стимулирование рождаемости.

    Муж имел следующие особые права:

    он считался главой семьи;
    он имел право требовать, чтобы жена следовала за ним при перемене им постоянного места жительства;
    он имел право требовать от жены деятельности как хозяйки дома;
    он имел право требовать, чтобы жена не нанималась на работу без его согласия.

    Особые права жены таковы:

    право на фамилию мужа;
    право на все права и преимущества состояния мужа;
    право на получение содержания от мужа;
    право на охрану и защиту со стороны мужа.

    Дети имели следующие права:

    право на получение фамилии отца;
    право на получения прав состояния отца;
    местом жительство несовершеннолетних детей являлся родительский дом;
    право на причисление к вероисповеданию родителей;
    право на содержание со стороны родителей;
    право на защиту, в том числе в суде, со стороны родителей;
    право на получение воспитания и образования.
    Вопросам семейной политики в России начала XX в. уделялось большое внимание, к их обсуждению привлекались лучшие умы своего времени — не только государственные деятели, но и виднейшие ученые, мыслители, философы, историки, цивилисты.

    Семейную жизнь регулировали два института: Церковь и государство. Церковь регулировала личные отношения, государство — имущественные. Оба института поддерживали традиционные семейные ценности.

    Кроме того, Церковь защищала автономию семьи и не позволяла государству вмешиваться в жизнь семьи. Царская семья служила символом, образцом и опорой семейственности.

    Брак рассматривался законом как комплексное явление, и признавались религиозная, нравственная, экономическая и юридическая составляющие брака.

    Разделение обязанностей между супругами было четко прописано. Разделение ролей внутри семьи соответствовало традиционным представлениям. Родители имели широкие права и значительные обязанности по отношению к детям.

    Однако необходимо отметить, что, несмотря на всю жесткость, закон старался, как в имущественном, так и в моральном плане, поддерживать наименее защищенных членов семьи — женщин и детей.

    При этом закон был крайне гибок в вопросах материальной составляющей брака, а также учитывал географические, религиозные и другие различия.

    Хотя дореволюционное русское законодательство в целом отставало от западноевропейского, в некоторых вопросах (например, право распоряжаться собственным имуществом в браке), оно опережало его.

    Основной проблемой, с которой сталкивалось законодательство, было несоблюдение норм права, которое приводило к тому, что их потенциал не реализовывался полностью.

    Исходя из всего вышесказанного, можно утверждать, что семейная политика в дореволюционной России достигала своих целей — преобладали прочные брачные союзы, опиравшиеся на нравственные идеалы, семья была в основном независима от государства, поэтому решение вопросов, касающихся внутренней жизни семьи, было прерогативой самой семьи.
    (Королева М. В., Синица А. Л. Нравственно-религиозные основы семейной политики Российской империи начала XX века // Демографическая и семейная политика: Сборник статей / Под ред. Елизарова В. В., Джанаевой Н. Г. Экономический факультет МГУ им М. В. Ломоносова. — М.: МАКС Пресс, 2008. («Демографические исследования», Вып. 15). С. 140–162.)
    Все коренным образом изменилось после большевистского переворота в России 1917 года.
    С первых же лет существования СССР государство провозгласило своей целью улучшение положения женщины, признало её угнетённым классом, а мужчину — угнетателем. Товарищ Ленин В.И., руководитель нового государства, определял задачи женского движения (женское движение или feminine movement — это и есть феминизм, который буквально можно перевести как «женщизм») в речи на конференции феминисток. Он указал на сделанное властью для переворота в положении женщины.

    «Советской властью, как властью трудящихся, в первые же месяцы ее существования, был произведен в законодательстве, касающемся женщины, самый решительный переворот. Из тех законов, которые ставили женщину в положение подчиненное, в Советской республике не осталось камня на камне.»
    (В. И. Ленин. «О задачах женского рабочего движения в Советской республике». Речь на IV московской общегородской беспартийной конференции работниц 23 сентября 1919 г. В. И. Ленин. Сочинения. Изд. 4-е, т. XXX, стр. 23.)
    Государство открыто объявило себя феминистским.
    С первых лет советской власти были приняты новые законы о разводе и о внебрачном ребенке, о праве женщины на иск к отцу ребенка для его обеспечения. Они означали женскую вседозволенность, разрушение традиционной семьи, введение материнской семьи и закрепощение мужчины с помощью того, что называется «алиментами». В 1926 г. в «Кодекс о семье» было внесено положение о необязательности законной регистрации брака, брак признавался таковым по самому факту сожительства мужчины и женщины.

    Развод давался по первому заявлению одной из сторон, отцовство устанавливалось на основании заявления матери.

    «Наша судебная практика… возлагала ответственность на всех ответчиков, предоставляя женщине взыскивать с каждого… кого укажет истина, того и суд признает отцом (смех)». (Цит. по: И.Р.Шафаревич. Социализм. М., Сов. писатель, 1991, стр. 314)
    В отношении института семьи партийное руководство страны заняло враждебную позицию. Коллонтай A. M., главная по женскому вопросу в партии большевиков в начале 1920-х, заявляла:
    «Коммунистическое хозяйство упраздняет семью, семья утрачивает значение хозяйственной ячейки с момента перехода народного хозяйства в эпоху диктатуры пролетариата…» [Коллонтай А. М. Труд женщины в эволюции хозяйства. — Лекции, прочитанные в Университете имени Я.М.Свердлова. М., 1923. Стр. 87]
    «Семья, воспитывая и утверждая эгоизм, ослабляет скрепы коллектива и этим затрудняет строительство коммунизма». [Коллонтай А. М. Тезисы о коммунистической морали. — Коммунист. 1921. № 12. Стр. 29]
    «Теперь, при переходе к социализму, домашнее хозяйство является вредным пережитком старины», «семья как хозяйственная единица с точки зрения народного хозяйства должна быть признана не только беспомощной, но и вредной» [Коллонтай A. M. Семья и коммунистическое государство. Киев, 1919. Стр. 23-25].

    И.Ф.Арманд, предшественница Коллонтай на посту заведующей женотделом ЦК РКП (б), умершая в 1920-м году, била в ту же точку:
    «Сугубые мещане хотели сохранить семью. Но речь идет о революции самого института семьи. Ибо нельзя провести всеобщей трудовой повинности, не освободив женщину от печного горшка» [Арманд И. Ф. За социальную переделку быта. — Работница. 1920. № 4. Стр. 3]. А также: «Сейчас лучше пострадать со старыми мочалками, утюгами, сковородами, с тем, чтобы имеющиеся средства и силы бросить для устройства общественных учреждений, которые упразднят семейный быт» [Цит. по: Семейная политика в СССР. М., 1997. 196 с.].

    Что на этом фоне происходило с женщинами и мужчинами в первые годы после революции в общем остаётся неизвестным, но по отдельным деталям, которые встречаются там и сям, можно судить. Интересный обзор — в книге И.Р.Шафаревича «Социализм как явление мировой истории», в главе «Воплощение социалистического идеала. — Семья». Здесь говорится о коммунах, призывах к свободной любви, разрушении семьи, росте сожительств и их следствии — росте детской «беспризорщины». Глава завершается цитатой из выступления участника Всероссийского исполкома (1925г.):
    «… если мы пойдём таким путём, я опасаюсь, мы всю Россию превратим в сплошной всенародный брак».

    В стране процветала «любовь» за деньги или иные услуги — проституция:
    «Как явствует из намеченной выше беглой картины, положение борьбы с проституцией в Советской России печальное: борьба, в сущности, только начата.… Голод и всеобщая скудость, невежество и унаследованная от прошлого пассивность, слабая способность к организации и мещанский дух еще долгие годы будут омрачать русское небо. С этим вместе долго еще будет разъедать тело и душу страны проституция — но все же, повторяем, условия для успешной борьбы даны в современной России.» [Василевский Лев Маркович, Василевская Лидия Абрамовна. Проституция и новая Россия. Тверь, 1923]

    Продолжался характерный для всех классов России промискуитет (в быту называемый развратом), усугубляемый пьянством и вседозволенностью низших слоёв населения, созданной социализмом.
    В 1920-х комсомол упражнялся в насаждении половой распущенности.

    «Нам сообщают из Бийского уезда (Сибирь), что там комсомольцы не пользуются почетом у крестьянства только потому, что эти комсомольцы, вместо того, чтобы поднимать общий культурный уровень деревенского молодняка, занялись пропагандой «свободной любви».

    Насколько велик уклон некоторых товарищей в сторону форсирования полового вопроса, указывает хотя бы такой факт. Ячейка ВЛКСМ литейного цеха Людиновского завода (Брянская организация) постановила по докладу «О половых сношениях» следующее: «Половых сношений нам нельзя избегать. Если не будет половых сношений, то не будет и человеческого общества». Под видом сохранения «человеческого общества» ячейка ВЛКСМ литейного цеха выносит категорические резолюции о необходимости половых сношений».
    [С. Григоров и С. Шкотов. Старый и новый быт. М.-Л., Молодая гвардия, 1927]

    ««Не прелюбы сотвори» – этой заповеди часть нашей молодежи пыталась противопоставить другую формулу – «половая жизнь – частное дело каждого», «любовь свободна», – но и эта формула неправильна.… Пролетариат имеет все основания для того, чтобы вмешаться в хаотическое развертывание половой жизни современного человека.… Половая жизнь перестает быть «частным делом отдельного человека»… и превращается в одну из областей социальной, классовой организации».
    [Залкинд А. Б. Двенадцать половых заповедей революционного пролетариата. — Брошюра «Революция и молодежь», изд. Коммунистического Университета им. Я. М. Свердлова, 1924.]

    Половая распущенность молодёжи вызывала беспокойство властей страны. Заговорили о необходимости ограничения половых связей в социалистическом обществе, поскольку излишняя трата сил на половые развлечения снижает трудовую активность пролетариата на производстве, ослабляет борьбу за построение нового общества.
    (© Сайт «Матриархат в СССР и СНГ, положение мужчин и женщин»)

    Часть вторая.
    (К чему пришли. Анализ норм современного СК РФ и правоприменительной практики)

    Вступительную часть этой темы можно было развивать и обсуждать бесконечно. Но, думаю, что гораздо интереснее посмотреть на то, к чему пришли в результате почти 100 — летней «эволюции» семейного права в России.
    На сегодня мы имеем Семейный кодекс РФ принятый 1 марта 1996 года с дальнейшими поправками в него.

    При беглом его прочтении, он вызывает одобрение близкое к восторгу.
    Но так ли это на самом деле?
    Попробуем разобраться в частностях, с оглядкой на то, о чем написано в первой части.

    Говорить буду только о юридической составляющей без оглядок на нравственность, мораль, традиции, менталитет и.т.д.

    Начнем со статьи 1. «Основные начала семейного законодательства»
    1. Семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
    Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

    Как видим, и материнство и отцовство и семья декларативно защищены от произвольного вмешательства кого-либо.
    Но так ли это на самом деле?

    Далеко не всегда. Более того, сам Кодекс, если мы буде планомерно двигаться в его изучении, не забывая, что было прочтено в предыдущих статьях, обнаруживает явные противоречия этому.

    ст. 31 СК РФ. Равенство супругов в семье
    1. Каждый из супругов свободен в выборе рода занятий, профессии, мест пребывания и жительства.
    2. Вопросы материнства, отцовства, воспитания, образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно исходя из принципа равенства супругов.

    Теперь зададим себе вопрос, может ли супруга родить ребенка если муж не хочет быть отцом? Ответ — может. Причем не только от него. Может ли муж этому препятствовать? Ответ — нет, не может. Более того, рожденный не от супруга ребенок будет записан, как его ребенок и будет являться таковым до тех пор, пока муж это не оспорит в суде.

    Может ли муж заставить супругу родить ребенка(стать матерью) если она этого не желает? Ответ — не может.
    Равенство? Очевидно, что нет. У кого преимущество? Очевидно, что у женщины.
    Можно уравнять права супругов по этому вопросу брачным договором? Ответ — нет, нельзя.

    У кого больше возможностей безнаказанно нарушать нормы ч.2 ст. 31 СК РФ? Ответ, очевиден.
    К чему это может привести?

    Рассмотрим ситуацию, когда супруг (муж) не желает (пока или вообще) по каким -либо причинам, иметь ребенка, а супруга (жена) все-таки его рожает.
    Чем это может закончиться? Расторжением брака и обязанностью супруга (мужа) содержать ребенка до 18 лет и жену (до трех лет ребенку) и пожизненное клеймо недостойного отца.

    Более того, если муж захочет расторгнуть брак, то и этого права у него нет, ни в период беременности, ни до исполнения ребенку 1 года.

    Теперь об алиментах, применительно к описанной ситуации. В СК РФ содержится норма, позволяющая жене в период брака взыскивать алименты, как на себя в период беременности и до исполнения 3-х лет ребенку, так и на ребенка после его рождения.
    Давайте остановимся на этом подробнее. Что же это за норма при ближайшем рассмотрении?

    Для этого вернемся в ст. 34 СК РФ и прочтем следующее — «К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).
    Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства».

    И что же мы получаем? Что при отсутствии брачного договора, устанавливающего режим раздельной собственности супругов, алименты супруга будет взыскивать сама с себя.

    Но законодатель пошел дальше и установил, что алименты на свое в содержание супруга может требовать в твердой денежной сумме. Почему? Ей же в силу Закона (СК РФ) принадлежит 1/2 от доходов мужа. Почему тогда не 1/2 от его доходов?

    Видимо, потому, что в погоне за мнимой заботе о женщине, забыли, что написали в статье 34 СК РФ. И получилось, что статья 89 СК и ст. 91 СК РФ работают во вред женщине, и она вместо принадлежащих ей по праву 1/2 от доходов мужа, будет довольствоваться твердой денежной суммой, которая в большинстве случаев, значительно меньше этой самой 1/2.

    «о чем молчат адвокаты»: обзор обучающей конференции (Москва, 4-5 ноября 2017 г. ) Текст научной статьи по специальности « Право»

    Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Громов Илья Алексеевич, Косарев Иван Александрович, Рагулин Андрей Викторович

    Текст научной работы на тему «»о чем молчат адвокаты»: обзор обучающей конференции (Москва, 4-5 ноября 2017 г. )»

    «О ЧЕМ МОЛЧАТ АДВОКАТЫ»: ОБЗОР ОБУЧАЮЩЕЙ КОНФЕРЕНЦИИ (МОСКВА, 4-5 НОЯБРЯ 2017 г.)

    «ABOUT WHAT ADVOCATES KEEP SILENT»: THE REVIEW OF THE TRAINING CONFERENCE (MOSCOW, NOVEMBER 4-5, 2017)

    4-5 ноября 2017 г. в гостинице «Салют» (г. Москва) основателями и наиболее активными представителями профессионального сообщества юристов, адвокатов и судебных экспертов «Право-руб» проведена обучающая конференция «О чем молчат адвокаты», в которой приняли участие около 150 адвокатов и юристов, представляющих различные регионы России.

    В рамках настоящего обзора будут представлены основные положения ряда докладов, прозвучавших на конференции.

    Адвокат Иван Николаевич Морохин, являющийся одним из основателей интернет-портала профессионального сообщества юристов, адвокатов, судебных экспертов «Праворуб» и организаторов конференции, в своем докладе «О перспективах юридической профессии, и что ждет юристов в эпоху всеобщего распространения Интернета, шаблонов документов и конструкторов договоров (как выжить молодому адвокату или юристу)» рассказал о том, что сейчас происходит и что будет происходить с юристами в ближайшее время, как Интернет может повлиять на профессиональную карьеру, и что сделать, чтобы это влияние было положительным.

    Докладчик отметил, что, по самым скромным подсчетам, в России от одного до полутора миллионов человек имеют дипломы юриста. Это означает, что на каждые 100 человек приходится примерно по одному юристу, т. е. юристы составляют около 1 % населения России. Конкуренция очень жесткая, и перспективы совсем не радужные, но на самом деле не всё так грустно, и вот почему:

    1) многие обладатели дипломов никогда не работали по юридической специальности и уже забыли, чему их когда-то учили, если они вообще учились, а не купили себе дипломы «для солидности»;

    2) многие из тех, кто якобы работает в юридической сфере, на самом деле занимается рутинной работой с очень узкой специализацией и за пределами этой своей специализации практически ничего не знает и не умеет;

    3) очень многие юристы работают в правоохранительной сфере и не могут оказывать юридическую помощь на «свободном рынке юридических услуг».

    Исходя из этого, И.Н. Морохин заметил, что на самом деле у адвокатов потенциальных конкурентов не так уж и много, как может показаться на первый взгляд, примерно втрое меньше, чем получается в результате простого арифметического подсчёта. В то же время он перечислил факторы, осложняющие ситуацию на рынке юридических услуг свободных юристов, включая адвокатов:

    1. Очень много наших сограждан вообще, то есть принципиально, не считают нужным и морально не готовы платить за юридическую помощь. Первая причина этого — общая правовая неграмотность населения, а также государственная социальная политика и пропаганда бесплатной юридической помощи, заполонившая Интернет и телевидение.

    2. Привычка наших сограждан к «самолечению», подпитываемая множеством «книг-самоучителей», а также Интернет с его миллионами статей, написанных в основном профанами и копирайтерами для завлечения обывателей.

    3. Сборники всевозможных, часто примитивных и ужасающе безграмотных, шаблонов и «образцов» и даже специальные сервисы-конструкторы договоров и прочих юридических документов. Вреда от них больше, чем пользы, но они есть и пользуются популярностью у обывателей и даже у юристов-ленивцев.

    4. Низкая платежеспособность лиц, которые в принципе не против обращения к юристу за платной помощью.

    Докладчик указал, что на сегодняшний день, да и в ближайшей перспективе, Интернет будет основным источником новых клиентов для юристов, постепенно, но неуклонно вытесняя все привычные, «традиционные» способы получения информации о товарах и услугах вообще, не только юридических, а любых. Также он отметил важность наличия информации о профессиональной деятельности юриста в сети. Людям нужна полезная лично для них информация, и эта информация, чтобы быть воспринятой, ещё должна заслуживать доверия, а не восприниматься как пустое бахвальство. Люди чаще ищут не одиночку, а группу нужных профессионалов, среди которых можно выбрать именно того, кто нужен именно им и именно сейчас.

    И.Н. Морохин также рассказал об основных принципах настройки личных страниц юристов, которые могут быть применены как на сайте «Пра-воруб», так при работе на других сайтах: «Начнём с фотографии (аватара) — вашего образа, который воспринимается вашими потенциальными клиентами на подсознательном уровне. То есть всего через одну секунду, всего лишь взглянув на ваше фото, ваш потенциальный клиент уже получает первое представление о вас. Ваша фотография в интернете должна быть актуальной и узнаваемой. Представьте себя на месте своего потенциального клиента, который обратился к вам через сайт, на котором вы изображены в деловом костюме, а в реале его встречает небритый субъект в грязной футболке, совершенно не похожий на своё изображение».

    Докладчик также отметил: «Вашего потенциального клиента интересует только ваш профессиональный опыт, образование, специализация и соответствие его собственным представлениям о том, каким должен быть нужный ему профессионал, в том числе и в гонорарных вопросах». И.Н. Морохин подчеркнул: «Бессмысленно писать о том, что вы разбираетесь абсолютно во всём и способны решить любую проблему, да ещё и с гарантией положительного результата. . Слишком широкие и «радужные» обещания не вызывают доверия и могут привести к обратному результату. Честность — лучшая политика. Ваши дела гораздо важнее и скажут о вас гораздо больше, чем ваша приукрашенная автобиография».

    Также И.Н. Морохин остановился на принципах подготовки публикаций о своей деятельности. Как и в случае с оформлением личной страницы, он советует попробовать поставить себя на место потенциального клиента и посмотреть на структуру будущей публикации его глазами: «Заголовок и анонс публикации — половина дела, именно они чаще всего показываются в результатах поисковой выдачи, и, именно глядя на них, ваш потенциальный клиент решает, читать ли ему дальше, или это не то, что он ищет. Заголовки, как и анонсы, и подзаголовки в основном тексте публикации должны содержать те самые слова, по которым вы сами или любой ваш потенциальный клиент будете искать решение своей проблемы».

    Далее И.Н. Морохин привел примеры заголовков, которые могут обеспечивать своих авторов клиентурой на протяжении нескольких лет: «Оправдательный приговор по ст. 228.1 УК РФ»; «Незаконное использование товарного знака в доменном имени сайта»; «Привлечение админи-

    стратора домена к ответственности по ст. 14.10 КОАП РФ»; «Отмена обвинительного приговора в апелляции»; «Стратегия и тактика защиты по ч. 2 ст. 146 УК РФ»; «Прекращение уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления»; «Взыскание 50000 рублей компенсации морального вреда за оскорбление». Он отметил: «Если ваш потенциальный клиент нашел вашу публикацию с понятным ему описанием дела, похожего на его собственное, а на вашей личной странице есть внятный «ценник» и контакты для связи, а регион ведения вами своей профессиональной деятельности совпадает (хотя и не обязательно) с местом, в котором нужно решить проблему вашего клиента, шансы на обращение к автору публикации становятся более чем реальными, и то, насколько они будут реализованы, зависит от многих причин, но в первую очередь от вашего умения быстро «вникнуть» в суть проблемы клиента и его платёжеспособности».

    И.Н. Морохин рассказал и о том, что профессионалам очень нежелательно делать в Интернете вообще, а на «Праворубе» в особенности: «Знать всё и разбираться абсолютно во всём невозможно. В вашей работе рано или поздно могут возникнуть вопросы, в которых вы не имеете достаточного уровня знаний и опыта. Профессионалу не стоит уподобляться его потенциальным клиентам и задавать вопросы, которые может прочитать кто угодно, и в результате чего у читающего сложится представление о человеке, задавшем вопрос, как о недоучке».

    В заключение докладчик обратился к вопросу, который волнует начинающих юристов и адвокатов больше всего — «Как заработать денег?!»: «Универсальных таблеток не бывает! Каждый из вас должен найти свою собственную методику. Искать, пока не найдёт, и только сам».

    И.Н. Морохин обратил внимание на ряд основных принципов заработка юриста: «Заработать в любой сфере можно всего двумя способами: либо на обороте, либо на эксклюзиве. Заработок на обороте — это всегда потогонная система, когда нужно пропустить через себя как можно больше людей и с каждого получить понемногу. Заработок на обороте чаще всего применяется в небольших юридических фирмах, когда основной задачей руководителя становится создание потока посетителей, которых нужно «обрабатывать» как можно быстрее, чтобы этот конвейер тоже двигался как можно быстрее. Для этого обычно нанимается пара-тройка менеджеров-говорунов и несколько «юридических негров» — низкооплачиваемых юристов-недоучек, которым вручается

    набор примитивных шаблонов всевозможных процессуальных документов и, в лучшем случае, проводится краткий инструктаж по их применению. А иногда и не проводится. В случае ставки на эксклюзив заработки зависят не столько от количества клиентов, а от качества и востребованности конкретного профессионала, гонорары которого сильно отличаются от зарплат «юридических негров», и принципы конвейера тут уже не работают. Это штучная работа. В этом случае профессионал занимается относительно редкими, но большими и сложными делами, и отдаёт им всё своё время и силы. Правда, и результаты, том числе в части вознаграждения, в этом случае обычно совершенно иного масштаба».

    Адвокат АП Тюменской области Анатолий Сергеевич Блинов в выступлении «Тактика работы адвоката на стадии предварительного расследования при непризнании подзащитным вины» отметил, что, если подзащитный вину признает полностью, работа защиты сводится к собиранию характеризующего материала, формированию доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, смягчающих наказание (содействие следствию, досудебное соглашение и т. д.), сбору материалов, характеризующих поведение подзащитного на всех этапах совершения преступления, его мотивов. Стратегической целью работы защитника является назначение подзащитному минимального, наиболее благоприятного наказания. Если подзащитный признает вину частично, то есть не признает вину по каким-то отдельным эпизодам, либо не согласен с квалификацией обвинения, либо не признает вину вообще, то вся деятельность адвоката направлена на оправдание подзащитного полностью или по отдельным эпизодам либо изменение квалификации обвинения и поиск смягчающих обстоятельств по эпизодам, признаваемым доверителем. При втором варианте поведения подзащитного защита ставит перед собой в качестве стратегических целей полное или частичное оправдание. Здесь работы для защитника, по мнению докладчика, много.

    Далее докладчик подробно рассказал об алгоритме защиты на следствии.

    На этапе вступления в дело, отметил он, наиболее важно получить информацию о доказательствах, собранных следствием.

    После возбуждения уголовного дела и вступления в него защитника ни он, ни подозреваемый зачастую полностью не знают всех обстоятельств, на основании которых следствием возбуждено уголовное дело, объема и качества собранных по делу доказательств. По сути, защита остает-

    ся долгое время в неведении об обстоятельствах, установленных следствием, и планах следствия по сбору доказательств, вплоть до ознакомления с делом. Между тем данная информация важна, прежде всего, для определения тактики защиты и позиции подзащитного по делу, которая будет выражена в его показаниях.

    У защитника имеется право получить постановление о возбуждении уголовного дела, знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого, обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться подозреваемому, обвиняемому.

    Что может предпринять защитник на этой начальной стадии, когда существует тайна следствия, с целью получения наибольшей информации о ходе расследования уголовного дела? Докладчик отметил, что адвокат вправе кроме вышеуказанных документов ознакомиться в суде с материалами ходатайства о мере пресечения, подаваемого следователем в суд. Зачастую в них имеются показания одного-двух свидетелей о причастности подзащитного к преступлению, результаты оперативно-розыскных мероприятий (наблюдение и т. п.), осмотра места происшествия и т. д.

    Только после более или менее полного понимания того, в каком направлении идет следствие, решается вопрос о даче подзащитным показаний в качестве подозреваемого или обвиняемого.

    А. Блинов рассказал, что сначала нужно «определиться с тем, что мы говорим, о чем мы говорим и в каких выражениях мы об этом говорим, и только тогда можно самим заявить ходатайство о производстве допроса». Он подчеркнул, что не является сторонником отказа от дачи показаний на протяжении всего следствия, поскольку считает, что нельзя отказываться от такого инструмента защиты, как показания лица, привлекаемого к ответственности, его показания — это средство защиты от обвинения.

    В качестве рекомендации А.С. Блинов отметил, что он всегда при подготовке к допросу печатает показания подзащитного на основе его пояснений, данных адвокату, затем отправляет ему на согласование, затем распечатывает и сохраняет на флешке. С этим он и подзащитный идут на допрос. «Если следователя устраивает наш текст, он просто его переносит в протокол, если он негативно относится к такой предложенной нами процедуре допроса, и у него есть свои вопросы

    к обвиняемому, ну что ж, тогда все, что мы принесли на флешке, придется печатать в протокол в любом случае, поскольку допрашиваемый вправе дополнить свои показания, а защитник задать свои вопросы подзащитному».

    Он указал, что считает для себя допустимым предупреждать подзащитного, что ему не следует отвечать на «каверзный вопрос» следователя, отметив, что возникают конфликтные ситуации, когда следователь считает, что не адвокат должен отвечать на его вопросы, а подзащитный, и что адвокат якобы не вправе советовать, отвечать на них или нет. Вместе с тем дача показаний не является обязанностью подозреваемого. Если он согласился давать показания, то это не означает, что он не имеет права отказаться от ответа на вопросы, представляющие собой «ловушку». Помочь избежать ее — прямая обязанность защитника: «Адвокат ведь не статист для фиксации сказанного на допросе, к чему стремится сейчас вся правоохранительная система», — заключил докладчик.

    А.С. Блинов отметил: «Перед допросом с подзащитным обязательно согласовываю его поведение при постановке следователем сложного, неожиданного вопроса. Допрашиваемый может обратиться к следователю с ходатайством приостановить допрос и предоставить ему свидание с защитником наедине. Предоставление такого свидания не будет противоречить закону. При отказе следователя подозреваемый может вообще отказаться давать показания, а защитнику стоит внести в протокол замечание об этом факте».

    Докладчик заявил, что он сторонник последовательной позиции при даче показаний: «Нам всем известно, что при рассмотрении судами дел такая позиция, когда подозреваемым он признавал вину, обвиняемым признавал частично, подсудимым не признавал полностью, а в апелляции заявил, что обстоятельства такие были, что его надо оправдать, поскольку все доказательства недопустимые, очень негативно воспринимается судами, и толку от такой метаморфозы никакого не будет. Поэтому желательно изначально четко определиться с позицией по делу, хотя допускаю, что она может дрейфовать от непризнания вины до признания под влиянием собранных следствием доказательств, но спешить со сменой позиции до ознакомления со всеми доказательствами обвинения не стоит».

    Также он особо выделил активное использование различных процессуальных актов адвоката: ходатайств, заявлений, жалоб и обращений, отметив, что они отличаются друг от друга не только по форме, но и по существу. Ходатайство

    содержит просьбу о выполнении (невыполнении) определенных процессуальных действий и принятии процессуальных решений. В заявлении сообщается об определенных юридических фактах, знание которых следователем позволит, по мнению адвоката, лучше доказать то или иное обстоятельство по делу и тем самым обеспечить действенную защиту доверителя. Выбор момента заявления ходатайства — прерогатива защитника, и он определяется защитником с учетом используемой тактики.

    Жалобы и обращения — чрезвычайно действенный инструмент в арсенале защиты, однако пользоваться им нужно, не чтобы показать подзащитному активность адвоката, а чтобы добиться тактических и стратегических целей защиты.

    Обычно в зависимости от тактических планов жалобы подаются трем лицам: руководителю следственного органа, в подчинении которого находится следователь, руководителю следственного органа субъекта, прокурорам разного уровня. Уровень нельзя ни в коем случае перепрыгивать, повышать его надо постепенно, указывая при этом, что нижестоящее лицо не отнеслось к доводам предыдущей жалобы надлежащим образом. Жалобы этим лицам не имеют целью получение какого-либо быстрого результата, они имеют кумулятивный и накапливающийся эффект. После жалоб этим должностным лицам в определенном объеме дело ставится на особый контроль, и обвинительное заключение по нему уже мимоходом никто не подпишет. Дело это начинают помнить, его обсуждают на заслушиваниях, и по нему могут быть разные мнения участников этих обсуждений, в том числе и солидарные с мнением защиты.

    Докладчик уделил внимание всевозможным замечаниям в протоколах следственных действий, отметив: «Пусть в каждом протоколе будут замечания, заявления. Это говорит о систематическом нарушении прав при производстве следственных действий и обвинительном уклоне следствия. Ни один суд не скажет, что мы не протестовали, не указывали на недостатки в проведении следственных действий, как это сейчас сплошь и рядом, и мы всегда в суде можем сказать, что данное доказательство недопустимо или не имеет доказательственного значения».

    А.С. Блинов сказал, что традиционно после ознакомления с делом, кроме ходатайства о прекращении дела, им подаётся обращение на имя прокурора, утверждающего обвинительное заключение, в котором он излагает мнение защиты о перспективах дела и предъявленного обвинения

    и просьбу изучить дело с учетом изложенного при выполнении функции утверждения обвинительного заключения по делу.

    «Как говорится, все законные способы защиты не исключаются. Главное — четко, кратко и понятно изложить свою точку зрения максимум на пяти листах», — отметил он.

    В процессе следствия до самого его окончания и ознакомления с делом всегда в запасе должен быть веский аргумент для возврата дела прокурором без утверждения обвинительного заключения: «Это может быть любая недоработка следствия или ошибка, на которую я в конце обращу внимание либо в протоколе, либо в ходатайстве по результатам ознакомления с делом. Это необходимо для того, что после ознакомления с делом, его полного фотографирования защите становится известно о доказательствах, собранных следствием, их содержании и характеристиках. С учетом их анализа, как правило, корректируется позиция защиты».

    Рассматривая вопрос о том, что можно и что нельзя заявлять на следствии, докладчик отметил, что активная позиция на следствии далеко не означает предоставление обвинению возможности исправить все недостатки следствия, ставшие видимыми защитой, подчеркнув, что есть обстоятельства, на которые следует обращать внимание следствия, и есть те, о которых лучше молчать до последнего. Преждевременное, если можно так сказать, заявление о допущенных следствием нарушениях может породить «работу над ошибками» со стороны следственных органов посредством возобновления предварительного следствия и «приведения в соответствие с требованиями УПК РФ» тех или иных доказательств.

    В завершение своего выступления А.С. Блинов остановился на таких элементах адвокатского расследования, как получение информации из социальных сетей и иных источников информации, находящихся в Интернете, указав, что наиболее простые примеры того, что можно получить при изучении страниц социальных сетей понятых, участников различных ОРМ, следователей и членов их семей, — это факт их личного знакомства, родственных и дружеских отношений, а следовательно, можно подвергнуть сомнению их незаинтересованность в результатах мероприятий, проводимых с их участием.

    А.С. Блинов пожелал всем присутствующим «гибкости и креативности при осуществлении защиты и бодрости», заметив, что «кто первый устал от дела на предварительном следствии — тот и проиграл».

    В начале выступления президент Адвокатской палаты Удмуртской Республики Дмитрий Николаевич Талантов затронул актуальные вопросы применения Кодекса профессиональной этики адвоката, сообщив, что его настораживает существующий порядок возбуждения дисциплинарного производства. Он обратил внимание, что тревожным звонком является возбуждение дисциплинарного производства по инициативе Верховного Суда Российской Федерации, «потому что, с точки зрения Кодекса профессиональный этики, нет никакой правовой разницы между тем, кто обратился с жалобой, кто дал сигнал президенту федеральной или адвокатской палаты региона, — старенькая бабушка-доверительница или господин Лебедев. Это право президента палаты любого уровня — возбудить или не возбудить производство».

    Докладчик дал оценку Кодексу профессиональной этики адвоката: «Это великолепный документ, я его оцениваю на пять. Исторически кодекс профессиональной этики представлял из себя очень хорошую конструкцию, которая позволяла дисциплинарно преследовать адвоката лишь за действия, связанные с его профессией. Что такое профессия адвоката — всем прекрасно известно, это работа по соглашениям, либо работа по назначениям, или нечто подобное. Сейчас пределы дисциплинарной ответственности расширены очень существенно. Я помню свой первый, тогда еще заочный, диалог на страницах «Новой адвокатской газеты» с Юрием Сергеевичем Пилипенко, когда я высказал мысль, которая, по-моему, оказалось верной. В принципе, конечно, мы все за то, чтобы адвокаты были высоконравственными людьми. Но ведь штука заключается в том, чтобы каждый составляющий юрисдикцию мог предоставлять те права и полномочия, которые его касаются, и не вторгаться в смежные. То есть если адвокат пишет нечто на стене лифта в своем доме — пусть им занимается участковый. Если адвокат совершает какое-то преступление -пусть этим занимается суд. У нас есть четкая корреспондирующая норма о том, что, если адвокат совершил умышленное преступление, — «до свидания, адвокат». И это правильная норма».

    Далее Д.Н. Талантов обратился к концепции Министерства юстиции, а именно к вопросу о том, может ли заниматься адвокатской деятельностью (что равно, в соответствии с концепцией, вообще любой судебной и консультационной деятельности) адвокат, у которого была судимость, независимо от факта ее погашения. Он выразил мнение, что «говорить о том, что любая умыш-

    ленная судимость может повлечь запрет на занятие адвокатской деятельностью (читай, любой юридической деятельностью), — безнравственно». «Если мы клянемся в верности идеалам присяжной адвокатуры девятнадцатого века, то есть христианским подходам к нравственности, то основным их столпом является вера в человека и в то, что возможно его исправление. Иногда погашение судимости может восприниматься как конструкция сугубо уголовно-процессуальная, уголовно-правовая, но не в случаях, когда это касается института адвокатуры, который мы все провозглашаем и превозносим как единственный институт гражданского общества, и это в законе официально прописано».

    Затем выступающий перешёл к основной теме своего доклада «Современное состояние отечественной адвокатуры. Точка кризиса», отметив, что кризис — «это пора такого переходного состояния, когда средства достижения каких-то поставленных целей не адекватны текущему состоянию институтов общества либо личности. Из этого кризиса вырастает непредсказуемость ситуации, и либо организм погибает, либо он ослабляется, либо он адаптируется». Применительно к адвокатуре кризис обозначился достаточно давно.

    «Мне кажется, кризис обозначился еще в 2004 году, когда впервые в федеральные законы об адвокатской деятельности были внесены изменения, которые извратили ее суть с точки зрения понимания принципов построения адвокатуры», — заявил он. Во-первых, современная адвокатура всегда строилась как нечто, имеющее опору в регионах. Во-вторых, принципы, на которых построена статья третья, — это корпоративность, гласность, равенство адвокатов. Им изначально корреспондировали соответствующие механизмы выборности руководящих органов. А в 2004 году была предложена идея о так называемой ротации. Раньше совет адвокатской палаты избирала конференция прямо в своем текущем состоянии — приходили люди, выдвигали кандидатов и так далее».

    Далее докладчик затронул тему ротации руководящих органов, отметив, что «сама идея ротации достаточно странная. В палате есть совет, в среднем пятнадцать человек. Если каждые два года по закону, по указке президента, ротировать третью часть (пять человек), то получится следующее: из пятнадцати человек было заменено до 2004 года по меньшей мере тридцать пять человек, то есть каждый был заменен по три раза».

    В развитие своей мысли о существующей системе ротации Д.Н. Талантов указал, «что в такой

    ситуации сложно не удержаться у руководства адвокатской палатой региона. Примерно та же ситуация на уровне федеральной палаты. Соответственно, было бы глупым и нелепым считать, что адвокатура как институт гражданского общества лишена общих признаков любого другого сообщества. А общие признаки — это, например, законы небезызвестного Паркинсона, которые гласят следующее: «Если руководство любой корпорации не обновляется и, более того, не контролируется, оно переходит к самообслуживанию и не видит перед собой никаких других интересов, кроме как сохранение своего вольготного положения и своего воспроизводства». Это есть психологический факт. Другой известный психологический закон — это закон Гарднера. Он смешной, но правильный. По закону Гарднера, 85 % членов любой профессиональной корпорации непрофессиональны, некомпетентны. Это тоже факт. Ну хорошо, мы в адвокатуре собрались самые умные, пусть будет 25 %. Тем не менее, механизмы должны работать. Работают эти механизмы? Конечно, они, увы, не работают в нынешней ситуации. Поэтому делать из адвокатуры какое-то исключение из общего правила всех законов мироздания — это просто странно и глуповато».

    Докладчик затронул тему изменений федерального закона в 2016 году и выделил следующие существенные изменения:

    «1. Предоставление возможности отмены решением совета ФПА РФ любого решения адвокатской палаты региона.

    2. Предоставление возможности Совету ФПА РФ инициирования досрочного прекращения полномочий совета адвокатской палаты региона.

    3. Предоставление возможности ФПА РФ приостановления полномочий президента адвокатской палаты региона, созыва соответствующего собрания, возбуждения дисциплинарного производства в отношении президента региональной палаты.

    4. Самое важное — созыв собрания и избрание нового совета региональной палаты «за любые действия, которые идут в разрез с пониманием мейнстрима развития адвокатуры с точки зрения ФПА РФ».

    Д.Н. Талантов рассказал о том, как возникли данные изменения, после чего перешёл к обсуждению вопроса законодательных новелл в сфере регулирования юридической помощи: «Сейчас в среде юристов огромный переполох. Он связан с тем, что председатель комиссии по госстроительству и законодательству Госдумы Федерального

    Собрания предложил федеральный закон об осуществлении представительства в судах. Кстати говоря, это федеральный закон интерпретируется в расширенном виде по сравнению с тем, что он из себя представляет в текущем чтении. На самом деле, там ничего страшного нет. Там говорится о том, что представительство в судах имеют право осуществлять лица с высшим юридическим образованием. Наверное, это хорошо. Правильно, что иностранцам таковое право предоставляется лишь в том случае, если у них есть диплом вуза, который имеет российскую государственную аккредитацию, либо это лицо, которое имеет юридическое образование, сдавшее профессиональный экзамен в Общероссийской общественной организации граждан. Долгая конструкция. Прочитали, наверное, в Федеральной палате адвокатов правильно — как имеющую тенденцию к расширению. Наверное, в данном случае это действительно правильное прочтение».

    Далее он поведал о том, что одновременно с инициативами П.В. Крашенинникова появилась новая концепция Министерства юстиции РФ. «В какой-то степени она совпадает со старой, в какой-то являет собой новый продукт. Стало понятно, что сейчас существует конкуренция двух или трех сверхидей — идеи жесткой монополии, которая представляет собой проект Минюста, естественно, поддержанная руководством Федеральной палаты, и концепция, которая представляет собой мягкий вариант монополии, заключающаяся лишь в том, чтобы в суды ходили люди с дипломами, а не с водопроводными ключами». Также Д.Н. Талантов уделил внимание позиции Верховного Суда Российской Федерации: «Эта позиция, в отличие от позиции Павла Владимировича Крашенинникова, не подвергается такой критике со стороны ФПА, наверное, в силу известных причин, что себе дороже критиковать Верховный Суд. Она сводится к тому, что в изменениях АПК и ГПК тоже возможно представительство лишь с дипломами — мягкая монополия, которая всех более-менее устраивает».

    Докладчик отметил, что все законодательные инициативы П. Крашенинникова встретили резкую негативную реакцию ФПА. «Были заявления о том, что концепция Крашенинникова преследует коммерческий интерес «состригания» денег тех, кто пройдет в эту общественную организацию граждан, обладающих юридическим образованием, за какой-то, будем условно говорить, лицензией или аккредитацией. Все кончилось визитом Крашенинникова в совет Адвокатской палаты, там были невнятные комментарии. Краше-

    нинников сказал, что следующие движения этого проекта будут осуществляться сугубо прозрачно, если неожиданности и возникнут, то они будут широко анонсированы. Какое-то перемирие наступило в связи с этим».

    Докладчик заметил, что, «к величайшему сожалению, до настоящего времени к обсуждению той концепции, которая была предложена Минюстом, — адвокатской монополии — адвокатская общественность не сочла нужным приступить всерьез», в среде корпоративных юристов проблематика широко обсуждается. Он привел в пример обсуждения, которые прошли на правовом ресурсе «Право.ру», обозначив круг вопросов, которые, по его мнению, должны волновать адвокатуру.

    Прежде всего это вопрос «Что будет завтра?». «Нужно думать и рассуждать, — насколько эта адвокатская монополия гарантирует прохождение интереса каждого из адвокатов? — отметил выступающий. — Зададимся вопросом: что представляет современный рынок юридической помощи в настоящий момент? К каким последствиям приведет тот или иной сценарий развития событий, предложенный либо Крашенинниковым, либо Минюстом, либо близкой к позиции Павла Владимировича позицией Верховного Суда? И в частности, кто является бенефициаром той или иной концепции? У кого возникнет выгода?».

    Д.Н. Талантов привел результаты статистических исследований, рассказав о том, что рынок юридической помощи в настоящее время, согласно данным Федеральной службы госстатистики, составляет порядка 96 миллиардов рублей в год.

    «Но мы же все понимаем соотношение реального дохода адвокатов с тем, что «показывается по кассе». На свободном юридическом рынке, не обремененном статусностью, кодексом юридической этики и так далее, ситуация более серьёзная. Эти 96 миллиардов рублей, наверное, лишь надводная часть айсберга. Количество лиц, которые оказывают сейчас юридическую помощь вне адвокатуры, следующее: согласно данным официальных государственных структур, 55 тысяч небольших юридических лиц с основным видом деятельности «юриспруденция», 27 тысяч индивидуальных предпринимателей и т. д. Понятно, что это тоже лишь вершина айсберга. Для того чтобы сейчас ходить по судам, кроме отдельных кодексов, вообще ничего не надо, и диплом иногда не очень пригождается. По некоторым оценкам, число занимающихся юридической профессией или самозанятых юридической профессией составляет около миллиона человек. Адвокатов

    сейчас 73 тысячи. Миллион может и не пойдет туда, может быть, кто-то останется печь лепешки. Но, думаю, что большая часть думает: «А что не попробовать-то?». По меньшей мере, в десять раз увеличится количество адвокатов при реализации адвокатской монополии. Это не может не коснуться действующих адвокатов», — отметил докладчик. Он заострил внимание аудитории, что «в случае введения адвокатской монополии по редакции Минюста предусмотрен упрощенный порядок обретения адвокатского статуса. До двадцатого года законы пишем и обсуждаем, — это самый важный момент, когда мы можем как-то повлиять на это. Я все это говорю для того, чтобы вас побудить к размышлениям и конкретным действиям, потому что это действительно наше будущее, прохлопаем — потом рот раскроем, а будет поздно».

    Д.Н. Талантов заявил, что является не принципиальным противником адвокатской монополии, а сторонником ее разумного варианта, «который бы сочетал в себе восстановление неких демократических институций в адвокатуре, которые не позволяли бы выходки с лишением адвокатского статуса за критику судебной системы».

    Докладчик обратил внимание на упрощенный порядок присвоения адвокатского статуса, прописанный в Концепции, заключив, что «никакого экзамена в существующем виде нет, когда спрашивают по любым отраслям права, даже чрезмерно спрашивают». Он привел в пример личную практику по данному вопросу: «Я вам честно скажу — руковожу адвокатским сообществом республики с 1996 года, больше двадцати лет. Я не сдам экзамен, если мне попадется плохой билет. Я никогда не отвечу на вопросы, по которым профильно не работаю. Я ничего не скажу внятного по налогам, по банкам, по корпоративному законодательству. Конечно, в разных адвокатских палатах сложились разные принципы приема экзаменов, мы не подходим к этим вопросам цинично, мы понимаем, что все это невозможно знать, даем любые книжки, компьютеры. Важно понять, у человека «аппарат» работает, или он находится в стадии «ремиссии»».

    В продолжение темы докладчик указал, что упрощенный порядок, планируемый в будущем, — это знание федерального закона об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики. «И с первого января двадцать третьего года все, кто сдал этот упрощенный экзамен, имеют право на представительство не только в судах, по старой концепции, но и на оказание любой юридической помощи на возмездной основе за пределами

    судов, то есть не только на судебное представительство, но и любое консультирование». Эти нововведения не коснутся корпоративных юристов, которые работают на предприятиях.

    «Стоит ли после этого вам доказывать, что адвокатура как таковая по своему количественному и качественному составу не будет иметь ничего общего с тем, что она имеет сейчас», — подытожил он.

    Д.Н. Талантов обозначил проблему оплаты адвокатского труда, приведя в пример ситуацию, которая сложилась в адвокатской палате Удмуртии, которой он руководит, а также рассказал об общем состоянии дел в палате. Он отметил, что 80 % всех адвокатских поручений касается уголовного судопроизводства: «Мы адвокатура уголовного-процессуального плана». Состояние адвокатской палаты Удмуртской республики -«примерно среднее по больнице. Мы очень средний регион. Средняя палата — 600-700 человек, средняя платежеспособность населения, средняя правовая культура. 80 % — это уголовные дела по назначению. Эта сфера действительной, а не мнимой адвокатской монополии. В переводе на русский язык это не адвокатская монополия, а некая «барщина». Вряд ли можно считать монополией занятие деятельностью, за которую тебе платят 550 рублей в судодень работы по назначению».

    Д.Н. Талантов также отметил, что это проблема, «о которой почему-то не очень активно говорится, которую трудно решать. 550 рублей за судодень в течение длительного времени в нарушение установленного закона, где все должно индексироваться. Деньги на самом деле смешные. Мы знаем фамилию представителя полиции, у которого на антресолях обнаружены средства, превышающие все средства, выделенные на бесплатную адвокатскую помощь. Мы все знаем фамилию того высокопоставленного должностного лица в правительстве, дом которого был отремонтирован на 3 миллиарда рублей. Это тоже сопоставимая сумма с тем, что мы получаем по бесплатной помощи. И говорить после этого: «У государства нет денег», — смешно. В такой ситуации настойчивости, мягко скажем, недостаточно. Не случайно последние месяцы дали всплеск забастовочной активности. Адвокаты в некоторых регионах объявляют забастовку. Мы год назад тем же самым занимались. Ситуация выправилась, но не до конца, сейчас думаем, что дальше делать: присоединяться или не присоединятся. Вот это уголовное судопроизводство. Да, здесь мы монополисты, но мы монополисты «со слезами на глазах».

    > 6 (31) 2017 Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

    «Сколько в арбитраже адвокатов? — продолжил выступающий. — По моим представлениям, в Удмуртии их десять — максимум двадцать пять процентов от всех представителей. Это зависит, конечно, от предмета спора, от регионов. Какая-то часть — корпоративные юристы. Вряд ли к адвокатам будет обращаться «Ижмаш» или «Газпром». Но корпоративные юристы, свободные юристы, которые вне охвата адвокатуры, составляют все-таки большинство. Мы можем сделать вывод, что адвокатура этот рынок проиграла.

    Гражданское судопроизводство в судах общей юрисдикции — по моим представлениям, процентов тридцать адвокатов, остальные тоже люди посторонние.

    К чему приведет теперь эта монополия, и обсуждаются ли эти вопросы с адвокатским сообществом? Вполне очевидно, что значимых изменений для корпуса адвокатов в сфере гражданского и арбитражного производства не произойдёт. Присоединение сильной, победившей части к слабой в тех структурах ничего не даст адвокатам, которые сейчас практикуют.

    Говорить о том, что мы проиграли этот рынок в силу того, что существующее законодательство не дает возможности развернуть адвокатам плечи в гражданском и арбитражном судопроизводстве, на мой взгляд, бессмысленно. Что концепция предлагает, с точки зрения новостей для адвокатуры? — Трудовой договор. Ничего не мешает одному адвокату работать с другим адвокатом, сказав: «Я получу гонорар, тебе дам тебе столько-то денег и оставлю столько-то себе». Но это лишь формальное закрепление существующего положения, которое и так может работать», — резюмировал он.

    Д.Н. Талантов остановился на вопросе образования коммерческих корпоративных форм адвокатской деятельности. Указав, что номинально адвокаты не могут объединятся ни в ООО, ни в АО и так далее, он отметил: «Но разве объединение в такие формы хоть как-то связано с тем, что адвокатов мало в арбитражном процессе? Это, наверное, имеет значение для крупных тяжущихся игроков в арбитраже. Наверное, не безынтересный адвокат Пупкин, или какое-то ООО с особенностями налогообложения будет представлять интересы «Газпрома». Но для средней руки тяжущегося это имеет значение? Абсолютно никакого. Страховые риски в профессиональной ответственности? Не смешите меня. Вопросы налогового режима? Они для нас и так весьма неплохие. НДС, что ли, мы хотим? К чему это приведет? Я, кроме минусов, ничего не вижу. То есть в лучшем случае для ныне

    существующих адвокатов все останется как есть. А вот в уголовном производстве. Скажите, разве это не правильная мысль: если на место одного юриста придут еще десять, то многие останутся без работы. Не будет этого единственного монополизированного куска, вместо ста адвокатов появится пятьсот, шестьсот и т. д. Это приведет к катастрофическому вытеснению ныне практикующих адвокатов из профессии».

    Д.Н. Талантов призвал присутствующих задуматься о своем интересе, об интересе адвокатуры: «Придут молодые зубастые ребята, которые не обременены ни знанием кодекса профессиональной этики, и в УПК «не очень», и вытеснят из этого спектра адвокатов, прежде всего, наверное, из платного. Качество повысится в результате этого? Наверное, нет. Чтобы понимать, насколько эти риски для нас важны, об этом нужно говорить, а также искать, чем они перевешиваются».

    Возвращаясь к теме Концепции, которая предлагается Минюстом, докладчик отметил, что она строится на нескольких позициях. Что в адвокатуре хорошо, и чем адвокатура обладает в отличие от свободных юристов?

    «Первое — структурированность. Наличие квалификационных комиссий, которые что-то делают, принимают людей на вход и отправляют их на выход, осуществляя дисциплинарное производство и все прочее. Против этого не поспоришь. Что есть, то есть. Второй вопрос — этическое регулирование. Вопрос третий — адвокатская тайна».

    «Говорят, что только адвокаты обладают этой преференцией, и, соответственно, только клиенты адвокатов, в отличие от клиентов простых юристов, могут предоставить такую гарантию своим доверителям, что они не разгласят. ибо они под Богом и под КОЭА ходят. Это вообще запрещено — допрашивать адвоката. В любой развитой правовой системе подобного рода профессиональные преференции не связаны и не могут быть связаны с принадлежностью обладателя профессиональной тайны к корпорации. Важно существо взаимоотношений. Ничем, с точки зрения юриспруденции, не будет отличаться ситуация допроса неадвоката, которому доверена профессиональная тайна, от допроса адвоката. Да, это записано в федеральном законе. Но я глубоко уверен, что дойди этот спор до Конституционного суда. В мировой практике все профессиональные преференции определяются родом занятий и взаимоотношениями между клиентом и адвокатом или юристом. С этой точки зрения, человек с разводным ключом (слесарь), которому доверена профессиональная тайна и который по-

    шел в суд, обладает той же преференцией. Не понимать этого, на мой взгляд, невозможно», — сказал выступающий.

    Вопрос четвёртый — стандарты. «На самом деле, стандарт, который принят и разработан, сейчас единственный. Это стандарт уголовной защиты. . Я занимался в свое время стандартизированием. Планы были большие, много было написано пилотных вариантов, потом стало понятно, что пройти одновременно и быстро несколько вариантов не могут, хотя я был сторонником быстрого развития. Я получил массу критики. Выступая еще до введения меня в состав комиссии и после того момента, когда я возглавил соответствующее направление в работе комиссии, я говорил: «Любой человек, который занимается этим вопросом, получит гигантские репутационные потери». Потому что человек создан так, что он не терпит над собой контроля. Любой считает себя самым умным».

    Далее докладчик поднял вопрос о проблеме возможности оплаты по часовым ставкам, указав, что наиболее прогрессивной ему представляется абонентская плата за месяц, которую он практикует уже лет десять, и предложив рассмотреть этот вопрос с точки зрения стандартов.

    Докладчик резюмировал: «Если концепция эта будет реализована, если мы все будем в этой адвокатской федеральной структуре, если продолжится регулирование в таком духе, — любого из нас могут лишить статуса адвоката и, следовательно, не просто допуска в уголовное судопроизводство, с этим еще можно смириться. Хотя я не найду себя нигде больше. Нас не просто не допустят на порог суда после лишения статуса, нам запретят, по концепции, даже консультировать. Потому что концепция, в отличие от прежней, касается адвокатской монополии не только на представительство в судах, но и на любые виды юридического консультирования».

    Я выступал сейчас не для того, чтобы нагнетать страсти, а чтобы призвать вас более активно выступить с точки зрения обсуждения адвокатской монополии, потому что ее реализация возможна лишь при условии восстановления в адвокатуре принципа истинной корпоративности и равноправия адвокатов.

    На мой взгляд, например, избрание президентов адвокатских палат должно происходить путем голосования за эту кандидатуру. Если будет отдельно формироваться состав совета адвокатской палаты и отдельно — президент, начнется буксовка. Поэтому нужно выбрать такой алгоритм, когда избирается президент адвокатской палаты. Если ему доверяет «адвокатская улица», как говорит наш лидер, то, наверное, он вправе предложить свою команду на голосование. Простейшая вещь — вернуться к федеральному закону в его редакции 2002 года. В такой ситуации можно говорить и об адвокатской монополии в редакции Министерства юстиции Российской Федерации».

    В рамках конференции также выступили адвокат Юрий Новолодский, детально осветивший тему «Новый взгляд на уголовную защиту. От познания смыслов к модернизации сознания адвокатов», адвокат Наталья Федоровская с темой «Процессуальные «хитрости» при ведении гражданских дел в судах», адвокат Александр Федоров с докладом «Как взять на абордаж отдел полиции и разоблачить лгуна», блогер Михаил Галятин с сообщением «Главное качество успешного юриста. Формула гонорара», адвокат Алексей Коле-гов с докладом «Не зная брода, не суйся в воду». Завершая встречу, спикеры ответили на вопросы аудитории.

    Обзор подготовили И.А. Громов, М.А. Косарев, А.В. Рагулин

Смотрите так же:  Регистрация ип в самара

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *