Пленум договора дарения

Пленум договора дарения

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

В рамках круглого стола речь пойдет о Всероссийской диспансеризации взрослого населения и контроле за ее проведением; популяризации медосмотров и диспансеризации; всеобщей вакцинации и т.п.

Программа, разработана совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 августа 2020 г. N 33-КГ18-4

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Гетман Е.С., Киселёва А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Боброва Александра Игоревича к Ульяновой Вере Анатольевне, Мазурову Алексею Владимировичу о признании договора дарения притворной сделкой, применении к ней правил договора купли-продажи и переводе прав и обязанностей покупателя по кассационной жалобе Боброва Александра Игоревича на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 ноября 2017 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горшкова В.В., выслушав адвоката Яковлева С.В., представителя Боброва А.И., поддержавшего доводы жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Бобров А.И. обратился в суд к Ульяновой В.А., Мазурову А.В. с иском, изменённым в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным (притворным) договора дарения, заключённого между ответчиками, применении последствий его недействительности, применении к договору дарения правил договора купли-продажи и переводе на Боброва А.И. прав и обязанностей покупателя, а также о взыскании с Боброва А.И. в пользу Мазурова А.В. 420 000 руб. в счёт стоимости доли в праве собственности на квартиру.

В обоснование требований Бобров А.И. ссылался на то, что является собственником 84/529 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: . (далее — квартира). Его отец и сестра являются каждый собственниками 85/529 доли в данной квартире. Собственником 276/529 доли в данной квартире являлась Ульянова В.А., которая подарила свои доли Мазурову А.В. по договору дарения, заключённому в счёт погашения долга. Таким образом, договор дарения является притворной сделкой, фактически прикрывающей куплю-продажу доли в праве общей долевой собственности на квартиру, что повлекло отчуждение доли в нарушение права Боброва А.И. на её преимущественную покупку.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Бобров И.С., Боброва С.И., ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ленинградской области.

Решением Гатчинского городского суда Ленинградской области от 3 июля 2017 г. с учётом определения этого же суда об исправлении описки от 21 сентября 2017 г. исковые требования удовлетворены. Применены последствия недействительности договора дарения от 12 февраля 2016 г., а именно: права и обязанности покупателя 276/529 доли квартиры переведены на Боброва А.И.; с Боброва А.И. в пользу Мазурова А.В. взыскана стоимость 276/529 доли в размере 420 000 руб. путём списания указанной денежной суммы со счёта Управления Судебного департамента в Ленинградской области; прекращено право собственности Мазурова А.В. на 276/529 доли квартиры. В пользу Боброва А.И. с Ульяновой В.А. и Мазурова А.В. солидарно взыскана государственная пошлина в размере 7 994 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 ноября 2017 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Боброва А.И. поставлен вопрос о её передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены апелляционного определения.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н. от 18 июля 2020 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия находит, что имеются основания, предусмотренные ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 ноября 2017 г. в кассационном порядке.

Судом при рассмотрении дела установлено, что Боброву А.И. принадлежат 84/529 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

Ульяновой В.А. принадлежали 276/529 доли в праве общей долевой собственности на данную квартиру, которые по договору дарения от 12 февраля 2016 г. отчуждены ею Мазурову А.В.

Из объяснений Ульяновой В.А. и Мазурова А.В., полученных в ходе доследственной проверки, следует, что Мазуров А.В. неоднократно давал денежные средства в долг Ульяновой В.А., которая в счёт долга и задолженности по оплате коммунальных услуг более 80 000 руб. 12 февраля 2016 г. заключила с Мазуровым А.В. договор дарения своей доли в праве общей долевой собственности на квартиру (материал КУСП-2241 от 9 сентября 2016 г., т. 1, л.д. 15-21, 31).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришёл к выводу о ничтожности договора дарения 276/529 доли в праве собственности на квартиру как притворной сделки, прикрывающей куплю-продажу этой доли с нарушением преимущественного права Боброва А.И. на её приобретение.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемый договор дарения является притворной сделкой. При этом суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что между ответчиками имели место ранее возникшие заёмные отношения и договор дарения фактически прикрывает договоры займа и залога жилых помещений в обеспечение исполнения заёмных обязательств Ульяновой В.А. Таким образом, возврат ответчиками всего полученного по прикрываемой сделке не приведёт к восстановлению прав, в защиту которых обратился истец, а потому оснований для признания по требованию истца договора дарения недействительной сделкой, применения к нему последствий недействительности ничтожной сделки и правил ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации о переводе на него прав и обязанностей покупателя спорного имущества не имеется.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что апелляционное определение принято с нарушением норм действующего законодательства и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

Как предусмотрено п. 2 ст. 246 Гражданского кодекса Российской Федерации, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при её возмездном отчуждении правил, предусмотренных ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов.

Согласно п. 3 ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трёх месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Суд апелляционной инстанции, установив, что квалифицирующий дарение признак безвозмездности при заключении ответчиками договора отсутствует, не исследовал, имеются ли в настоящем случае основания для применения положений ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом суд указал, что установленный характер безвозмездности возникших между ответчиками правоотношений в данном случае не является достаточным для их квалификации как договора купли-продажи недвижимого имущества.

Между тем, исходя из положений ст. 246 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению при любом возмездном отчуждении доли в праве общей собственности, а не только при купле-продаже. При этом квалификация отношений возникших между ответчиками не как отношений купли-продажи не является безусловным основанием для отказа в применении положений ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего гражданского дела Бобров А.И. настаивал на квалификации сложившихся между ответчиками правоотношений, как соглашения об отступном. Как полагал истец, передача имущества в собственность Мазурову А.В. по соглашению об отступном в обмен на получение денежных средств по займу является распоряжением имуществом в виде его возмездного отчуждения, и, следовательно, нарушает право истца на преимущественную покупку доли.

При таких обстоятельствах суду для правильного разрешения спора надлежало установить, имеются ли основания для перевода на истца прав и обязанностей приобретателя доли в праве общей долевой собственности на квартиру, что обеспечило бы баланс интересов всех участников спора.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции счёл, что в настоящем случае оспариваемый истцом договор дарения от 12 февраля 2016 г. с учётом цели его заключения, сводящейся к обеспечению долговых обязательств дарителя, прикрывал не только договоры займа, но и договор залога жилого помещения, как способа обеспечения обязательств ответчика Ульяновой В.А. перед ответчиком Мазуровым В.А. по договорам займа.

С такими выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя.

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Как разъяснено в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех её условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву её притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключённой, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заёмщику) деньги, вещи, определённые родовыми признаками, или ценные бумаги, а заёмщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Указывая, что прикрываемой сделкой в настоящем случае является договор займа, суд апелляционной инстанции не установил, какие денежные средства и кем передавались в качестве заёмных в рамках договора дарения, на каких условиях был заключён прикрываемый договор займа.

Согласно п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Заложенное имущество остается у залогодателя, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом или договором (п. 1 ст. 338 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Квалифицируя договор дарения также как сделку, прикрывающую договор залога недвижимости, суд апелляционной инстанции не учёл, что по договору залога право собственности на заложенное имущества до момента предъявления кредитором требования об обращении на него взыскания принадлежит заёмщику, а не передаётся полностью кредитору с государственной регистрацией права собственности на него.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм действующего законодательства являются существенными и непреодолимыми и могут быть исправлены только посредством отмены вступившего в законную силу судебного акта.

При таких обстоятельствах апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 ноября 2017 г. нельзя признать законным, оно подлежит отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Ленинградского областного суда.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 30 ноября 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в Суд апелляционной инстанции.

Председательствующий Горшков В.В.
Судьи Гетман Е.С.
Киселёв А.П.

Обзор документа

Апелляционная инстанция отказалась признать недействительным договор дарения доли в праве собственности на квартиру, применить последствия его недействительности и перевести на истца права и обязанности покупателя доли.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ сочла необходимым пересмотреть дело.

Преимущественное право покупки возникает при любом возмездном отчуждении доли в праве общей собственности, а не только при купле-продаже.

При этом отказ признать притворную сделку между ответчиками договором купли-продажи не является безусловным основанием для отказа в применении правил о преимущественном праве покупки истца как одного из участников долевой собственности.

Нельзя также согласиться с выводом, что спорный договор фактически прикрывал договоры займа и залога жилых помещений в обеспечение исполнения заемных обязательств одного из ответчиков.

Во-первых, не установлено, какие денежные средства и кем передавались в качестве заемных в рамках договора дарения и каковы были условия прикрываемого договора.

Во-вторых, не учтено, что по договору залога право собственности на заложенное имущество до предъявления кредитором требования об обращении на него взыскания принадлежит заемщику, а не передается полностью кредитору с госрегистрацией права собственности на него.

Верховный суд (ВС) РФ не исключил возможности изъятия единственного жилья у должника с недобросовестным поведением: сознательный перевод имущества на других лиц может быть признан мнимой сделкой. Тем более суды должны вставать на сторону взыскателей, если на момент вывода недвижимости «из-под удара» у должника имелось и другое жильё, указывает ВС.

Высшая инстанция также подчеркивает, что в подобных спорах суды должны внимательно изучать все детали сложившейся ситуации и проявлять инициативу по защите прав добросовестной стороны.

Суд рассмотрел спор жителей Санкт-Петербурга: ответчик произвёл в квартире истца некачественный ремонт и заявитель отсудил у него около 1,4 миллиона рублей убытков, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов.

Ответчик между тем не спешил исполнять решение суда и в течение четырёх лет не перевёл истцу ни копейки. При этом он успел перевести по договору дарения 1/4 доли в своей квартире несовершеннолетнему сыну.

Истец полагает, что эта сделка является мнимой и настоящая ее цель — скрыть имущество от взыскания, так как ответчик не исполнил перед ним обязательств. В связи с чем он просил признать сделку недействительной, однако ни Красногвардейский суд Санкт-Петербурга, ни городской суд его требования не удовлетворили.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что правовые последствия для сторон сделки наступили и переход права собственности осуществлен, а потому оснований для признания договора мнимым не имеется.

По мнению суда, положения статей 10, 168 ГК РФ к спорному договору не применимы, поскольку на долю в праве собственности на момент заключения договора дарения не было обращено взыскание и не налагался арест.

Также суд исходил из того, что спорная квартира — единственное пригодное для проживания ответчика жилое помещение, обращение взыскания на которое запрещено статьей 446 ГПК РФ.

Помимо этого, отказ в иске мотивирован тем, что договор дарения был заключен до вступления в законную силу решения по спору о качестве выполненных работ по договору бытового подряда. Таким образом, право ответчика на распоряжение принадлежащим ему имуществом не было ограничено, решил суд.

Суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами, и дополнительно указал, что представленные истцом доказательства о продаже ответчиком в апреле 2015 года еще одной квартиры в Санкт-Петербурге и автомобиля не могли быть приняты во внимание, поскольку предметом настоящего спора не являлись. Следовательно, эти факты не подлежали оценке в обоснование довода о злоупотреблении ответчиком правом, посчитал городской суд.

Но Верховный суд решил, что с такими выводами согласиться нельзя.

Позиция ВС

ВС напомнил, что пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса РФ обязывает участников гражданских правоотношений при исполнении обязанностей действовать добросовестно. При этом никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Смотрите так же:  Как на компьютере написать заявление

Высшая инстанция также ссылается на статью 10 ГК РФ, которая не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав или злоупотребление правом.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, указывает ВС.

По его мнению, суд второй инстанции должен был дать оценку моменту совершения оспариваемой сделки: договор дарения был заключен после того, как по результатам проведенной судебной экспертизы ответчику стала известна стоимость работ по устранению недостатков выполненного им ремонта.

Кроме того, суд обязан был оценить сопутствующие сделке события — реализация в тот же период иного ликвидного имущества ответчика, из которого истец мог получить удовлетворение своих материальных претензий.

«Суд, делая вывод о невозможности в дальнейшем обратить взыскание на спорное недвижимое имущество, как единственное для проживания жилое помещение, не принял во внимание, что ответчику на момент совершения сделки принадлежала также другая квартира», — отмечает ВС.

Он напоминает положения постановления пленума от 23 июня 2015 года № 25 в абзацах 4 и 5 пункта 1 которого разъяснено, что «поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения».

В этом случае суд при рассмотрении дела принимает решение о добросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК).

«Если установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК)», — говорится в решении.

Между тем суд апелляционной инстанции не вынес на обсуждение обстоятельства отчуждения спорного имущества и не учёл того, что ответчик на тот момент являлся должником истца и мер по исполнению обязательства не предпринимал, указывает ВС.

Он посчитал допущенные судом второй инстанции нарушения норм права существенными, в связи с чем отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение в Санкт-Петербургский городской суд.

Публикации

Верховный суд (ВС) РФ рассмотрел любопытное дело: житель Краснодара подарил своей девушке Mercedes-Benz, а после расставания взял с неё расписку, что она обязуется отдать ему автомобиль. Кубанские суды поддержали ухажера и удовлетворили его требования, посчитав, что бывшая пассия обязана выполнить данное в расписке обещание. Но Верховный суд с их позицией не согласился. Из его решения следует, что если в будущем планируется отбирать подарки, то их лучше сразу оформлять по договору дарения, а не проводить сделку купли-продажи, оформляя собственность на получателя презента.

Суть дела

Житель Краснодара подал в суд на свою бывшую девушку с требованием принудить ее к заключению договора о безвозмездной передаче в его собственность автомобиля «Mercedes-Benz», который он подарил ей годом ранее.

Согласно материалам дела, девушка являлась собственником автомобиля на основании договора купли-продажи. Однако истец обосновал свои претензии распиской, по которой ответчица обещала вернуть заявителю автомобиль, но в указанный срок обязательство не выполнила.

Ответчица заявила встречный иск о признании расписки недействительной, она поясняла, что этот документ не является договором дарения и не соответствует его требованиям, а также заявила, что бумагу у неё отобрали обманным путём.

Прикубанский суд Краснодара исковые требования удовлетворил и обязал ответчицу заключить договор дарения дорогостоящего автомобиля, а также передать имущество истцу. Краснодарский краевой суд эту позицию поддержал.

Суды сослались на нарушение статей 309 и 310 Гражданского кодекса со стороны ответчицы — о порядке удовлетворения должником требований кредитора и о недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств.

Верховный суд РФ такую трактовку ситуации счёл неверной.

Природа правоотношений

Высшая инстанция напоминает, что на стадии подготовки дела к разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Это требование изложено в статье 148 Гражданского процессуального кодекса, а также в нескольких документах пленума как Верховного, так и Высшего Арбитражного суда, например, в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 года No 23 «О судебном решении».

«Рассматривая дело, суд должен установить закон, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и правоотношения сторон, определить, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, вынести данные обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56, часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса)», — указывает суд.

Однако в нарушение этих норм процессуального права и актов их разъяснения суд первой инстанции не определил вид обязательства, принятого на себя ответчицей данной распиской и не установил закон, подлежащий применению при разрешении спора.

Исполнение обязательства

ВС разъяснил и нормы, касающиеся возникновения обязательств и требования об их исполнении:

— обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения и иных оснований (пункт 2 статьи 307 ГК);

— обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с его условиями и требованиями закона, а при отсутствии условий и требований — в соответствии с обычаями или иными традиционно предъявляемыми требованиями (статья 309 ГК);

— односторонний отказ от исполнения обязательства, либо изменение его условий не допускается, но бывают исключительные случаи (пункт 1 статьи 310 ГК).

При этом в пункте 11 постановления пленум Верховного суда от 22 ноября 2016 года No 54 разъяснено, что договором могут быть установлены правила о возможности отказа от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий. Кроме того, право на односторонний отказ от договора может быть предусмотрено правилами об отдельных видах договоров.

«В частности, даритель вправе отказаться от исполнения договора, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни (пункт 1 статьи 577 ГК)», — говорится в определении.

Таким образом, считает высшая инстанция, положения статей 309 и 310 ГК, на основании которых суд пришёл к решению об удовлетворении иска, определяют только общие правила исполнения обязательств, применение которых возможно лишь с учетом правил о конкретном виде обязательства или договора.

Когда подарок в собственности

ВС считает, что раз у ответчицы автомобиль находился в собственности по договору купли-продажи, то судам надлежало определить закон, который позволит передать право на спорное имущество истцу.

Однако в решении суда отсутствуют выводы о юридической квалификации спорных правоотношений, не приведены нормы права, регулирующие вопросы перехода права собственности на автомобиль, в том числе условия, при которых возможен отказ от исполнения обязательства, отмечает ВС.

Кроме того, суд не учел, что договор купли-продажи никем не оспорен и недействительным не признан. А ответчица является собственницей Mercedes не на основании договора дарения, как указано в расписке, а на основании именно договора купли-продажи.

Таким образом, обжалуемое решение нельзя признать отвечающим нормам материального и процессуального права, считает ВС. Он отменил определение краевого суда и направил дело на новое рассмотрение апелляционной инстанции.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.05.2017 N 5-КГ17-30

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 30 мая 2017 г. N 5-КГ17-30

председательствующего Кликушина А.А.,

судей Назаренко Т.Н. и Рыженкова А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Милованова П.С. к Шабровой Л.Р., Червяковой С.Г., Кривошеину О.Б., Харину А.С. о признании договора дарения незаключенным, признании договоров купли-продажи недействительными, прекращении права собственности, восстановлении срока для принятия наследства и признании права собственности,

по кассационной жалобе Харина А.С. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кликушина А.А., выслушав объяснения представителя Харина А.С. — Прусовой-Лазуриной М.Е., поддержавшей доводы кассационной жалобы, представителя Милованова П.С. — Корсунской О.Ю., возражавшей против доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Милованов П.С. обратился в суд с иском к Шабровой Л.Р., Червяковой С.Г., Кривошеину О.Б., Харину А.С. о признании договора дарения незаключенным, признании договоров купли-продажи недействительными, прекращении права собственности, восстановлении срока для принятия наследства и признании права собственности. В обоснование иска Милованов П.С. указал, что он является сыном Милованова С.Н., умершего 18 июля 2013 г. Милованов С.Н. являлся собственником квартиры, находящейся по адресу: г. , которую он 8 июля 2013 г. подарил Шабровой Л.Ф. При жизни Милованова С.Н. переход права собственности на спорную квартиру на имя Шабровой Л.Ф. оформлен не был. Право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за Шабровой Л.Ф. уже после смерти Милованова С.Н. по выданной им доверенности, которая после его смерти прекратила свое действие. В дальнейшем, спорная квартира продана Червяковой Л.Р., затем Кривошеину О.Б. Последним собственником квартиры по договору купли-продажи от 28 июня 2014 г. стал Харин А.С. Истец является единственным наследником Милованова С.Н., в связи с чем просил суд восстановить ему срок для принятия наследства, поскольку он пропущен по уважительной причине, истец не знал о месте жительства и смерти отца.

Решением Перовского районного суда г. Москвы от 27 января 2016 г. в удовлетворении иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г. решение суда первой инстанции отменено с принятием по делу нового решения об удовлетворении иска Милованова П.С.

В кассационной жалобе Харин А.С. ставит вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г., как незаконного.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Кликушина А.А. от 21 апреля 2017 г. кассационная жалоба заявителя с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального права были допущены судом апелляционной инстанции по настоящему делу.

Судом установлено, что Милованов С.Н. являлся собственником двухкомнатной квартиры, находящейся по адресу: , .

8 июля 2013 г. Милованов С.Н. по договору дарения произвел отчуждение спорной квартиры Шабровой Л.Р. (л.д. 57).

18 июля 2013 г. Милованов С.Н. умер (л.д. 129), единственным наследником после его смерти являлся истец Милованов П.С, который с заявлением к нотариусу о принятии наследства не обращался (л.д. 164).

9 сентября 2013 г. Шаброва Л.Р., действуя по доверенности от 9 июля 2013 г. (л.д. 58), выданной при жизни Миловановым С.Н., обратилась в регистрирующий орган с заявлением о регистрации перехода права собственности спорного объекта недвижимости (л.д. 61).

Право собственности Шабровой Л.Р. на спорную квартиру зарегистрировано в Управлении Росреестра по г. Москве 19 сентября 2013 г. (л.д. 12).

31 октября 2013 г. между Шабровой Л.Р. (продавец) и Червяковой С.Г. (покупатель) заключен договор купли-продажи спорной квартиры (л.д. 88).

Впоследствии 29 января 2014 г. Червякова С.Г. заключила договор купли-продажи с Кривошеиным О.Б. (л.д. 38), который, в свою очередь, по договору купли-продажи от 28 июня 2014 г. произвел ее отчуждение Харину А.С. (л.д. 31).

9 июля 2014 г. Харину А.С. выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на спорную квартиру (л.д. 68).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что договор дарения квартиры от 8 июля 2013 г. является незаключенным, поскольку письменная форма договора соблюдена, соглашение по всем существенным условиям договора достигнуто. Отвергая доводы истца о регистрации перехода права собственности в соответствии с данным договором после смерти дарителя по прекратившей действие доверенности, суд исходил из того, что вышеуказанный договор дарения в силу закона не требовал обязательной государственной регистрации, таким образом, оснований для признания незаконными последующих сделок с квартирой не имеется. Кроме того, не имеется оснований, по мнению суда первой инстанции, для восстановления срока для принятия наследства.

Отменяя решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска и принимая по делу новое решение об удовлетворении иска Милованова П.С, суд апелляционной инстанции исходил из того, что Милованов С.Н. при жизни заявление о регистрации перехода права собственности на спорную квартиру на Шаброву Л.Р. в регистрирующий орган не подавал, соответствующее заявление подано Шабровой Л.Р. после его смерти по доверенности, которая в силу ст. 188 ГК РФ прекратила свое действие, что являлось безусловным основанием для отказа в государственной регистрации перехода права собственности на квартиру. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о волеизъявлении Милованова С.Н., направленном на государственную регистрацию перехода права собственности на названный объект недвижимости к Шабровой Л.Р., судом не добыто, а сам по себе факт подписания Миловановым С.Н. договора дарения, совершенного в простой письменной форме, по мнению суда апелляционной инстанции, не свидетельствует о таком волеизъявлении. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у Шабровой Л.Р. не возникло в отношении спорной квартиры права собственности, и как следствие, права распоряжения данным имуществом. Также суд апелляционной инстанции отказал в признании последнего покупателя спорной квартиры Харина А.С. добросовестным приобретателем в связи с непроявлением им, по мнению суда, при покупке квартиры должной осмотрительности. Восстанавливая Милованову П.С. срок для принятия наследства после смерти Милованова С.Н., суд апелляционной инстанции посчитал причины его пропуска уважительными.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что постановление суда апелляционной инстанции принято с нарушением норм материального права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статья 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Согласно части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 — 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (статья 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных настоящей главой.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Смотрите так же:  Как получить налоговый вычет по ндфл за обучение

Таким образом, апелляционное определение также должно соответствовать общим требованиям, предъявляемым к решению суда статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть должно быть законным и обоснованным.

Однако при вынесении определения судом апелляционной инстанции указанные выше требования закона соблюдены не были.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) временем открытия наследства является момент смерти гражданина. При объявлении гражданина умершим днем открытия наследства является день вступления в законную силу решения суда об объявлении гражданина умершим, а в случае, когда в соответствии с пунктом 3 статьи 45 данного Кодекса днем смерти гражданина признан день его предполагаемой гибели, — день и момент смерти, указанные в решении суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (пункт 1 статьи 1154 ГК РФ).

Согласно первому абзацу пункта 1 статьи 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154 кодекса), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 9 от 29 мая 2012 г. «О судебной практике по делам о наследовании» даны разъяснения, в соответствии с которыми требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Обращаясь 18 февраля 2015 г. в суд с иском, Милованов П.С. ссылался на то, что пропустил срок для принятия наследства, оставшегося после смерти его отца Милованова С.Н., наступившей 18 июля 2013 г., поскольку не знал о его смерти и об открытии наследства, разыскивал его.

Вместе с тем, в материалах дела имеются сведения, что Милованов С.Н. в связи со смертью в декабре 2013 года снят с регистрационного учета по месту жительства (л.д. 96).

В соответствии с письмом ОМВД России по району Ивановское г. Москвы от 11 августа 2015 г., розыскное дело, заведенное 12 декабря 2013 г. по заявлению истца Милованова П.С. в отношении Милованова С.Н., как без вести пропавшего, прекращено 14 апреля 2014 г. (л.д. 116).

Возражая против иска, представитель ответчика Харина А.С. в судебном заседании ссылался на то, что о смерти своего отца Милованова П.С. истцу должно было быть известно еще декабре 2013 года, когда появились сведения о снятии умершего Милованова С.Н. с учета по месту жительства (л.д. 213).

Удовлетворяя требования Милованова П.С. о восстановлении срока для принятия наследства и признавая причины пропуска такого срока уважительными, суд апелляционной инстанции не определил момент, когда истцу стало известно о смерти своего отца, а также был ли соблюден истцом шестимесячный срок для обращения в суд с заявлением о восстановлении срока для принятия наследства.

Данные юридически значимые обстоятельства, подлежащие установлению для правильного разрешения настоящего спора, оставлены судом апелляционной инстанции без исследования и правовой оценки, тогда как установленный п. 1 ст. 1155 ГК РФ срок для принятия наследства является пресекательным и восстановлению не подлежит.

Вывод суда апелляционной инстанции о возможности восстановления истцу срока для принятия наследства сделан без учета положений пункта 1 статьи 1155 ГК РФ и вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 9 от 29 мая 2012 г. о порядке применения данной правовой нормы, что привело к неправильному разрешению заявленного спора.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, в связи с чем могут быть устранены только посредством отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г. с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 августа 2016 г. отменить, направить дело на новое апелляционное рассмотрение.

Практика по спорам о признании недействительным договора дарения земельного участка

Федеральные нормативные правовые акты:

Гражданский кодекс РФ

— ст. 166 «Оспоримые и ничтожные сделки»

— ст. 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки»

— ст. 168 «Недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта»

— ст. 170 «Недействительность мнимой и притворной сделок»

— ст. 171 «Недействительность сделки, совершенной гражданином, признанным недееспособным»

— ст. 177 «Недействительность сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими»

— ст. 178 «Недействительность сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения»

— ст. 181 «Сроки исковой давности по недействительным сделкам»

— гл. 32 «Дарение» (ст. ст. 572 — 582)

Земельный кодекс РФ

— ст. 1 «Основные принципы земельного законодательства»

— ст. 35 «Переход права на земельный участок при переходе права собственности на здание, сооружение»

— гл. I.1 «Образование земельных участков» (ст. ст. 11.2 — 11.10)

Федеральный закон от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»

— ст. 9 «Реестр прав на недвижимость»

— ст. 13 «Внесение сведений в Единый государственный реестр недвижимости»

— ст. 62 «Порядок предоставления сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости»

— ст. 63 «Плата за предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости»

Федеральная судебная практика:

Спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. ст. 301, 302 ГК РФ.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам ст. ст. 301, 302 ГК РФ, а не по правилам гл. 59 ГК РФ.

(П. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»)

Доказательством принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу может быть не только государственная регистрация прав на это имущество, но и предусмотренные процессуальным доказательством документы, подтверждающие наличие прав на недвижимость у определенного лица.

(П. 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»)

Если запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим.

(П. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»)

Примечание. С 01.01.2017 действует Федеральный закон от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Он предусматривает ведение Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН), в состав которого входят, в частности, реестр объектов недвижимости (кадастр недвижимости) и реестр прав, ограничений прав и обременений недвижимого имущества (реестр прав на недвижимость), реестровые дела и кадастровые карты (ст. ст. 1, 7 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ).

Дарение земельного участка без находящихся на нем строений, в случае принадлежности и того, и другого имущества одному лицу, запрещено законом. Договор, предусматривающий такое дарение, признается недействительным.

(Определение Верховного Суда РФ от 30.07.2013 N 4-КГ13-24)

Положения п. 1 ст. 572 ГК РФ, которые определяют понятие договора дарения, а также содержат условия и последствия непризнания договора дарением, не нарушают конституционные права граждан.

(Определение Конституционного Суда РФ от 24.03.2015 N 661-О)

Практика Московского городского суда:

Если право собственности супругов на земельный участок возникло в период брака, данное имущество является общей собственностью супругов, а сделки с таким имуществом должны совершаться с соблюдением требований о получении нотариально удостоверенного согласия другого супруга. В противном случае договор дарения нарушает права истца на общее имущество супругов.

(Постановление Президиума Московского городского суда от 15.04.2016 по делу N 44г-29/2016)

При заключении договора дарения земельного участка нарушен установленный законом запрет на отчуждение участка без расположенных на нем объектов недвижимости, принадлежащих одному лицу, в связи с чем договор дарения является ничтожной сделкой, которая не порождает каких-либо последствий (ст. ст. 167, 168 ГК РФ).

(Определение Московского городского суда от 06.04.2015 N 4г/7-2887/15)

Суд отказался признать недействительным договор дарения земельного участка, поскольку не доказан неосознанный характер действий дарителя в момент заключения договора: ранее даритель не наблюдался у специалиста в связи с нарушением умственной деятельности, не состоял на учете в ПНД и не проходил специализированного лечения, которое способно повлечь нарушение интеллекта и воли из-за воздействия медицинских препаратов.

(Апелляционное определение Московского городского суда от 04.02.2015 по делу N 33-3534)

Если стороны исполнили заключенные договоры дарения земельных участков и достигли желаемого правового результата, характерного для этих сделок (перехода права собственности на участки от истца к ответчику), то суд откажется признать эти договоры недействительными как притворные сделки.

Суд пояснил, что при совершении притворной сделки единая воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание других правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Истец не доказал, что заключенные сторонами договоры дарения являются притворными сделками, прикрывающими договор ренты или договор возмездного оказания услуг. Доказательства того, что при заключении спорных договоров воля сторон была направлена на установление каких-либо иных правоотношений, чем определенные в договорах дарения, отсутствуют.

(Апелляционное определение Московского городского суда от 24.11.2014 по делу N 33-46732)

Коротко о важном:

— о признании недействительным договора дарения земельного участка.

— о применении последствий недействительности сделки;

— о прекращении права собственности на земельный участок;

— об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения;

— о признании права собственности на земельный участок;

— об обязании устранения препятствий пользования земельным участком.

— Следует учитывать, что с 01.01.2017 действует Федеральный закон от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Он предусматривает ведение Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН), в состав которого входят, в частности, реестр объектов недвижимости (кадастр недвижимости) и реестр прав, ограничений прав и обременений недвижимого имущества (реестр прав на недвижимость), реестровые дела и кадастровые карты (ст. ст. 1, 7 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ).

— Обращаем внимание, что с 15.07.2016 проведенная государственная регистрация возникновения и перехода прав на недвижимое имущество удостоверялась только выпиской из ЕГРП, а не свидетельством о государственной регистрации прав или выпиской из ЕГРП по выбору правообладателя, как предусматривалось ранее (п. 1 ст. 14 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ признан утратившим силу с 01.01.2017 согласно Федеральному закону от 03.07.2016 N 361-ФЗ). С 01.01.2017 государственный кадастровый учет, государственная регистрация возникновения или перехода прав на недвижимое имущество удостоверяются выпиской из ЕГРН (ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ).

— Предъявлять исковые требования о признании недействительным договора дарения земельного участка целесообразно сторонам оспариваемой сделки, поскольку признание заключенного ими договора дарения недействительным напрямую затрагивает их права и интересы.

Под последствиями признания недействительности сделки, как правило, подразумевается восстановление нарушенного права. В рассматриваемой категории споров наиболее распространенными являются требования о прекращении права собственности на земельный участок и внесении соответствующей записи в ЕГРН, а также об истребовании участка из чужого незаконного владения.

— Нужно иметь в виду, что в соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года, тогда как по искам о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности законом установлен специальный, сокращенный срок исковой давности — один год.

— При подаче иска необходимо помнить о том, что согласно ч. 1 ст. 30 ГПК РФ иски о правах на земельные участки, участки недр, здания, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей, а также об освобождении имущества от ареста предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества. В противном случае суд может отказать в принятии иска к производству, возвратив исковое заявление на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ (например, Апелляционные определения Московского городского суда от 28.11.2014 по делу N 33-37425, от 24.02.2014 по делу N 33-3990).

— Обращаем внимание, что с 01.01.2017 исковое заявление может быть подано в суд как на бумажном носителе, так и в электронном виде — в том числе в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, — посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети Интернет (ч. 1.1 ст. 3 ГПК РФ в ред. Федерального закона от 23.06.2016 N 220-ФЗ).

— С практикой Московского областного суда по данной категории споров можно ознакомиться в материале «Спор о признании недействительным договора дарения земельного участка (на основании практики Московского областного суда)».

— Перед подачей иска целесообразно выяснить, не налагались ли на подаренный земельный участок какие-либо ограничения, влияющие на его оборотоспособность. Так, например, ничтожным считается договор дарения земельного участка, в отношении которого решением суда приняты обеспечительные меры, ограничивающие его свободный оборот (например, арест). В частности, оспаривая договор, можно сослаться на п. 4 ст. 80 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», согласно которому арест имущества включает запрет распоряжаться им.

— Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Так, мнимой сделкой можно признать договор дарения земельного участка, совершенный с целью избежать обращения взыскания на подаренное имущество (например, Апелляционное определение Московского городского суда от 20.04.2015 по делу N 33-12727).

— Можно добиться признания договора дарения земельного участка недействительным, доказав наличие встречного обязательства другой стороны (одаряемого) по отношению к дарителю (например, обязательства по уплате стоимости земельного участка, по передаче взамен какого-либо имущества и т.п.). В этом случае договор дарения будет считаться притворной сделкой — т.е. сделкой, совершенной с целью прикрыть другую сделку, а согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворные сделки ничтожны.

— Если на подаренном земельном участке находятся объекты недвижимого имущества, однако в договоре дарения они не упомянуты, имеются основания для признания такого договора недействительным. Дело в том, что п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ содержит запрет на отчуждение земельного участка без находящихся на нем зданий и сооружений, если и участок, и эти здания принадлежат одному и тому же лицу (например, Определения Верховного Суда РФ от 30.07.2013 N 4-КГ13-24, Московского городского суда от 06.04.2015 N 4г/7-2887/15).

— Следует помнить, что если земельный участок находится в общей собственности нескольких лиц, он может быть подарен только с согласия всех участников общей совместной собственности (п. 2 ст. 576 ГК РФ). В противном случае сделка может быть оспорена и признана судом недействительной (п. 3 ст. 253 ГК РФ). Аналогичное правило (ст. 35 СК РФ) применяется и к общему имуществу супругов. Договор дарения земельного участка, являющегося общим имуществом супругов, заключенный без согласия одного из них, может быть признан недействительным (например, Определение Московского городского суда от 14.03.2016 N 4г-2070/2016).

Смотрите так же:  Доверенность от физического лица в суд общей юрисдикции

Для принятия решения в пользу истца необходимо доказать обстоятельства, указанные в таблице:

При заключении договора дарения был нарушен установленный запрет на отчуждение земельного участка без расположенных на нем объектов недвижимости, принадлежащих одному лицу

Договор дарения земельного участка, в котором отсутствуют сведения о том, что на участке располагаются какие-либо объекты недвижимого имущества

Выписка из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017), подтверждающая наличие на участке принадлежащих дарителю объектов недвижимости

Документы, подтверждающие возведение дома на земельном участке, принадлежащем дарителю, до момента заключения договора дарения участка (например, копии договоров на строительство фундамента дома и самого дома, акты о приемке выполненных работ)

Определение Верховного Суда РФ от 30.07.2013 N 4-КГ13-24

Определение Московского городского суда от 06.04.2015 N 4г/7-2887/15

Договор дарения был заключен в период действия наложенных судом обеспечительных мер, запрещающих распоряжение имуществом

Определение суда о наложении на земельный участок обеспечительных мер

Оспариваемый договор дарения земельного участка совершен с целью прикрыть другую сделку (притворная сделка) или для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия (мнимая сделка)

Предварительный договор иного характера, заключенный между сторонами сделки (например, предварительный договор купли-продажи земельного участка)

Любые доказательства наличия встречного обязательства одаряемого по отношению к дарителю

Приговор (решение) суда, из которого следует обязанность ответчика выплатить задолженность

Документы, подтверждающие факт возбуждения в отношении ответчика исполнительного производства

Апелляционное определение Московского городского суда от 20.04.2015 по делу N 33-12727

На момент совершения сделки даритель не мог понимать характер и значение своих действий и руководить ими

Заключение психолого-психиатрической экспертизы

Договор дарения был подписан не дарителем, а иным лицом

Заключение почерковедческой экспертизы

Определение Московского городского суда от 28.03.2016 N 4г-3335/2016

Определение Московского городского суда от 22.04.2016 N 4г-3661/2016

Подаренный земельный участок находится в общей собственности нескольких лиц/является общим имуществом супругов. Согласие всех участников общей собственности/второго супруга на отчуждение участка получено не было

Отсутствие доказательств получения согласия на отчуждение земельного участка

Заключение почерковедческой экспертизы о том, что согласие на отчуждение земельного участка было подписано ненадлежащим лицом

Постановление Президиума Московского городского суда от 15.04.2016 по делу N 44г-29/2016

Определение Московского городского суда от 14.03.2016 N 4г-2070/2016

Апелляционное определение Московского городского суда от 12.10.2015 по делу N 33-37888/2015

Для принятия решения в пользу ответчика необходимо доказать обстоятельства, указанные в таблице:

Обстоятельства, подлежащие доказыванию

Доказательства, которыми можно подтвердить эти обстоятельства

Примеры из судебной практики

Стороны договора дарения не заблуждались относительно его предмета и осознавали последствия его заключения

Сделка была совершена не под влиянием обмана

Отсутствие достоверных сведений о том, что какая-либо из сторон договора заблуждалась относительно предмета и последствий совершаемой сделки

Отсутствие доказательств совершения сделки под влиянием обмана

Определение Московского городского суда от 02.02.2016 N 4г-553/2016

Определение Московского городского суда от 27.10.2015 N 4г/5-10671/2015

Апелляционное определение Московского городского суда от 10.06.2015 по делу N 33-20293/2015

Апелляционное определение Московского городского суда от 30.04.2014 по делу N 33-15549

На момент заключения договора дарения земельного участка на этом участке не было объектов недвижимости, принадлежащих дарителю

Выписка из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017), подтверждающая отсутствие зарегистрированных прав дарителя на расположенные на земельном участке объекты недвижимости

Договор дарения земельного участка не является притворной или мнимой сделкой, не прикрывает другой договор (например, ренты, возмездного оказания услуг), до совершения договора дарения стороны не заключали каких-либо соглашений о встречных обязательствах или встречной передаче какой-либо вещи, опровергающих безвозмездность совершенной сделки по дарению земельного участка

Договор дарения долей в праве общей долевой собственности на земельный участок и долей в праве общей долевой собственности на здание магазина с офисными помещениями с отметкой о регистрации перехода права

Договор дарения земельного участка и расположенного на нем дома с отметкой о регистрации перехода права

Отсутствие в договорах дарения условий о том, что имущество передается в собственность ответчика за оказание услуг по уходу и содержанию истца

Отсутствие других доказательств того, что стороны фактически заключили договор ренты и достигли соглашения по всем его существенным условиям

Отсутствие доказательств того, что договор дарения прикрывает договор возмездного оказания услуг

Отсутствие доказательств, подтверждающих наличие между сторонами договора дарения других правоотношений или встречных обязательств

Определение Московского городского суда от 24.02.2016 N 4г-1272/2016

Апелляционное определение Московского городского суда от 24.11.2014 по делу N 33-46732

На момент совершения сделки даритель понимал характер и значение своих действий и мог руководить ими

Свидетельские показания, в том числе лечащих и привлеченных врачей

Медицинские документы о состоянии здоровья дарителя, которые подтверждают отсутствие у него на момент заключения договора психического расстройства, нарушений интеллекта и воли

Заключение психолого-психиатрической экспертизы (в том числе посмертной комплексной)

Документы (например, справки, ответы на запрос суда) о том, что даритель не состоит на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансере

Исковое заявление о признании недействительным договора дарения земельного участка и применении последствий недействительности сделки (на основании судебной практики Мосгорсуда):

В ________________________ районный суд

Представитель Истца: Петухов Олег Анатольевич

Госпошлина: ____________________ руб.

Исковое заявление о признании недействительным

договора дарения земельного участка и применении

последствий недействительности сделки

(для спора на основании практики Мосгорсуда)

«___» _____________ _____ г., между ________________ и ______________________ (далее — Ответчик) был заключен договор дарения земельного участка общей площадью _______, кадастровый номер _______, расположенного по адресу: ______________________________ (далее — Земельный участок).

По мнению Истца, указанная сделка является недействительной, поскольку:

— Ответчик заключил договор дарения Земельного участка без расположенных на нем принадлежащих Ответчику объектов недвижимости, о чем свидетельствует договор дарения Земельного участка, в котором отсутствуют сведения о том, что на участке располагаются какие-либо объекты недвижимого имущества/выписка из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017)/копии договоров на строительство фундамента дома и самого дома, акты о приемке выполненных работ, другие документы, которые подтверждают возведение дома на Земельном участке, принадлежащем Ответчику, до момента заключения договора дарения Земельного участка/другие документы.

Согласно п. 4 ст. 35 Земельного кодекса РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

— Договор дарения был заключен в период действия наложенных судом обеспечительных мер, запрещающих распоряжение Земельным участком, что подтверждается: определением суда о наложении на Земельный участок обеспечительных мер.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 4 ст. 80 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» запрещено распоряжение находящимся под арестом имуществом.

— Оспариваемый договор дарения Земельного участка совершен с целью прикрыть другую сделку, что подтверждается: предварительным договором, содержащим встречные обязательства одаряемого по договору дарения.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

— Оспариваемый договор дарения Земельного участка был заключен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

— На момент совершения сделки в виде договора дарения даритель не мог понимать характер и значение своих действий и руководить ими, что подтверждается: заключением психолого-психиатрической экспертизы.

В соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

— Договор дарения был подписан не дарителем, а иным лицом, что подтверждается заключением почерковедческой экспертизы.

Согласно ст. ст. 160, 167, 168, 434, 572 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме, подписан сторонами, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон. Сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна, недействительная сделка не влечет юридических последствий и при ее недействительности каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

— Подаренный Земельный участок находится в общей собственности нескольких/является общим имуществом супругов. Согласие всех участников общей собственности/второго супруга на отчуждение имущества получено не было.

В силу п. п. 2, 3 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Для супруга (супруги) дарителя дополнительно:

Согласно п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании вышеизложенного и руководствуясь п. 1 ст. 166, п. 1 ст. 168, ст. 177 Гражданского кодекса РФ, а также ст. ст. 131, 132 Гражданского процессуального кодекса РФ,

1. Признать договор дарения Земельного участка от «___» _____________ _____ г. недействительным.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности на Земельный участок/истребования Земельного участка из чужого незаконного владения/иное.

1. Копия кадастрового плана Земельного участка.

2. Копия кадастрового паспорта Земельного участка.

3. Копия договора дарения Земельного участка.

4. Доказательства наличия на земельном участке объектов недвижимости, принадлежащих ответчику: копия выписки из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017) на объект(ы) недвижимости N ____ от «___» _________ ___ г./копии договоров на строительство фундамента дома и самого дома, акты о приемке выполненных работ, другие документы, которые подтверждают возведение дома на Земельном участке, принадлежащем Ответчику, до момента заключения договора дарения Земельного участка/другие документы.

5. Доказательство наличия мер обеспечительного характера в отношении земельного участка на момент заключения договора дарения: копия определения суда об обеспечении иска.

6. Доказательство наличия встречного обязательства одаряемого: копия предварительного договора о встречном обязательстве/другое.

7. Доказательство того, что на момент совершения сделки даритель не мог понимать характер и значение своих действий и руководить ими: копия заключения психолого-психиатрической экспертизы.

8. Доказательство подписания договора не дарителем, а иным лицом: копия заключения почерковедческой экспертизы.

9. Копия искового заявления для Ответчика.

10. Квитанция об уплате госпошлины.

11. Доверенность на представителя (если иск подается представителем Истца).

Судебные акты, прилагаемые к исковому заявлению:

Апелляционное определение Московского городского суда от 24.06.2015 по делу N 33-21601

Возражение на исковое заявление о признании недействительным договора дарения земельного участка и применении последствий недействительности сделки (на основании судебной практики Мосгорсуда):

Представитель Ответчика: Петухов Олег Анатольевич

телефон: 8-929-527-81-33, 8-921-234-45-78,

эл. почта: ____________________________

Дело N ________________________________

Возражение на исковое заявление о признании

недействительным договора дарения земельного участка

и применении последствий недействительности сделки

«__» _________ ___ г. в _________ районный суд Истцом __________________ было подано исковое заявление о признании недействительным договора дарения земельного участка общей площадью _______, кадастровый номер ________________, расположенного по адресу: ______________________________ (далее — Земельный участок), и применении последствий недействительности сделки.

Ответчик возражает против удовлетворения указанных исковых требований, поскольку:

— стороны договора дарения не заблуждались относительно его предмета и осознавали последствия его заключения, что подтверждается отсутствием доказательств обратного. Сделка не была совершена под влиянием обмана.

Согласно ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

— Договор дарения Земельного участка не является притворной или мнимой сделкой, не прикрывает другой договор (например, ренты, возмездного оказания услуг), до совершения договора дарения стороны не заключали каких-либо соглашений о встречных обязательствах или встречной передаче какой-либо вещи, опровергающих безвозмездность совершенной сделки по дарению земельного участка. Об этом свидетельствует договор дарения Земельного участка с отметкой о регистрации перехода права/отсутствие в договоре дарения Земельного участка условий о том, что имущество передается в собственность одаряемого за оказание услуг по уходу и содержанию дарителя/отсутствие других доказательств того, что стороны фактически заключили договор ренты и достигли соглашения по всем его существенным условиям/отсутствие доказательств того, что договор дарения прикрывает договор возмездного оказания услуг/отсутствие доказательств, подтверждающих наличие между сторонами договора дарения других правоотношений/другие документы.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, согласно которому притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

— На момент заключения договора дарения Земельного участка на этом участке не было объектов недвижимости, принадлежащих дарителю, что подтверждается выпиской из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017) об отсутствии зарегистрированных прав дарителя на объекты недвижимости, расположенные на участке.

— На момент совершения сделки даритель понимал характер и значение своих действий и мог руководить ими, о чем свидетельствуют медицинские документы о состоянии здоровья дарителя, которые подтверждают отсутствие у него на момент заключения договора дарения психического расстройства, нарушений интеллекта и воли/заключение проведенной психолого-психиатрической экспертизы/комплексной психолого-психиатрической экспертизы/справки, другие документы о том, что даритель не состоит на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансере/другие документы.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

На основании вышеизложенного, руководствуясь пп. 2, 3 ч. 2 ст. 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

В удовлетворении заявленных Истцом требований о признании недействительным договора дарения Земельного участка и применении последствий недействительности сделки отказать.

1. Доказательство отсутствия на участке объектов недвижимости, принадлежащих дарителю: копия выписки из ЕГРП (с 15.07.2016)/ЕГРН (с 01.01.2017) N _____ от «___» _________ ____ г.

2. Доказательства того, что договор дарения Земельного участка не является притворной или мнимой сделкой: договор дарения Земельного участка с отметкой о регистрации перехода права/другие документы.

3. Доказательства того, что на момент совершения сделки даритель понимал характер и значение своих действий и мог руководить ими: медицинские документы о состоянии здоровья дарителя, которые подтверждают отсутствие у него на момент заключения договора дарения психического расстройства, нарушений интеллекта и воли/копия заключения психолого-психиатрической экспертизы/комплексной психолого-психиатрической экспертизы/справки, другие документы о том, что даритель не состоит на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансере/другие документы.

4. Доверенность представителя от «___» _________ ____ г. N ______ (если возражение подписывается представителем Ответчика).

«___» __________ ____ г.

Судебные акты, прилагаемые к возражению на исковое заявление:

Апелляционное определение Московского городского суда от 04.02.2015 по делу N 33-3534

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *