Поэтическое завещание лермонтова

Михаил Лермонтов — Завещание: Стих

Соседка есть у них одна…
Как вспомнишь, как давно
Расстались. Обо мне она
Не спросит… все равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей;
Пускай она поплачет…
Ей ничего не значит!

Анализ стихотворения «Завещание» Лермонтова

Стихотворение «Завещание» было написано Лермонтовым в 1840 г., когда он уже находился во второй ссылке на Кавказе. Многие исследователи считают его пророческим завещанием самого поэта. Рассказ лирического героя действительно имеет большое сходство с судьбой Лермонтова. Возможно, он именно так и представлял свое скорое будущее.

Произведение представляет собой монолог смертельно раненого солдата, с которым он обращается к своему близкому другу. Лирический герой знает, что жить ему остается недолго, поэтому последние часы хочет провести наедине с самым верным ему человеком. В этом выражается личная тоска Лермонтова, который постоянно страдал от одиночества. Немногочисленные преданные друзья поэта остались в России. На Кавказе он так и не успел или не смог с кем-нибудь сблизиться, поэтому присутствие «брата» в момент смерти человека он считает очень ценным и важным.

Рассуждения умирающего созвучны мыслям Лермонтова. Он не сразу решается, к кому обратиться через своего посредника. Вся его жизнь и воинские заслуги никого не интересуют. Лирический герой с грустью понимает, что даже его смерть не сможет никого взволновать и вызвать искреннее сочувствие. Во фразе «если спросит кто-нибудь…» заложена огромная горечь. Умирающий получает последний шанс высказаться перед смертью, но вынужден через друга обращаться, по сути, к первому попавшемуся человеку. Герой не описывает подробности своего смертельного ранения, только скромно замечает, что «умер честно за царя». Он жалеет лишь о том, что будет похоронен на чужбине, и просит передать поклон «родному краю».

Родителей Лермонтова в то время не было в живых. Герой произведения уже давно находится на войне и не имеет сведений об отце и матери. В случае если кто-нибудь из них еще жив, он просит друга не усиливать печаль и сказать, что сын, вероятно, вернется не скоро.

В последней строфе появляется женский образ. Это давняя соседка солдата, в которую он, судя по всему, был влюблен. Из слов умирающего можно заключить, что когда-то она отвергла его любовь («пустое сердце»). Но перебирая в памяти всю свою жизнь, он связывает с ней самые счастливые воспоминания. Он уверен, что женщина также не будет страдать от известия о его смерти, но все равно просит товарища рассказать ей обо всем. Если же этот рассказ вызовет у бывшей возлюбленной скупые слезы, то «ей ничего не значит!».

Стихотворение «Завещание» было высоко оценено современниками. Оно очень точно выражает мироощущение поэта в последние годы жизни. Монолог умирающего – точная исповедь человека, который так и не смог занять свое место в обществе.

Стихотворение М.Ю. Лермонтова «Завещание» (восприятие, истолкование, оценка)

Скачать сочинение
Тип: Анализ стихотворения

Стихотворение Лермонтова «Завещание» было написано в 1840 году и по форме представляет собой исповедь героя перед смертью. Из слов лирического героя мы понимаем, что он – воин, погибающий на чужбине от страшного ранения: «…навылет в грудь Я пулей ранен был». Зная историческую ситуацию, мы можем предположить, что действие стихотворения происходит на Кавказе.
Перед смертью герою необходимо высказаться – он рассказывает обо всей своей жизни товарищу:
Наедине с тобою, брат,
Хотел бы я побыть:
На свете мало, говорят,
Мне остается жить!
Эти слова звучат трагично – герой наверняка очень молод. Но, как мы понимаем из дальнейших слов, вся его жизнь была трагичной. Лирический герой очень одинок: «… моей судьбой, Сказать по правде, очень Никто не озабочен». Он предполагает, что, пока он служил, его родители умерли. Но, рассуждает молодой человек, это и к лучшему – что может быть хуже, чем огорчить отца и мать страшной вестью? Поэтому, на всякий случай, герой предупреждает своего товарища:
Но если кто из них и жив,
Скажи, что я писать ленив,
Что полк в поход послали,
И чтоб меня не ждали.
Была у лирического героя и «сердечная зазноба». Однако и здесь все печально – молодой человек уверен, что он нелюбим и забыт:
Соседка есть у них одна.
Как вспомнишь, как давно
Расстались. Обо мне она
Не спросит…
Поэтому слова молодого человека звучат цинично и жестоко:
все равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей;
Пускай она поплачет —
Ей ничего не значит!
Но, несмотря на все удары судьбы, герой стихотворения превыше всего ставит порядочность, достоинство, собственное доброе имя. Смыслом своей жизни он считает службу царю и отечеству: «Что умер честно за царя».
Таким образом, герой стихотворения — типичный для творчества Лермонтова романтический герой с трагической судьбой и таким же мироощущением. Он, несмотря на свой большой потенциал, не обретает счастья, находится в разладе с окружающим миром и собой. Именно поэтому, как это всегда бывает у Лермонтова, герой погибает «во цвете лет».
Форма исповеди, повествование от 1-го лица помогает раскрыть внутренний мир героя, глубже «проникнуть» в его характер.
Стихотворение состоит из 4 восьмистиший с перекрестной и смежной рифмовкой. На мой взгляд, оно бедно лексическими средствами выразительности: здесь встречаются лишь эпитет («пустое сердце»), обращение («брат», которое подчеркивает интимность интонации стихотворения) и устойчивые метафорические выражения («застать в живых», «ранен навылет», «поклон посылаю», «жить на свете»).
В синтаксическом плане в стихотворении довольно много восклицательных предложений и умолчаний, что помогает передать живую непосредственную, эмоциональную речь («На свете мало, говорят, Мне остается жить!»; «Поедешь скоро ты домой: Смотри ж. » и т. д.)
Таким образом, на мой взгляд, стихотворение «Завещание» — типичное произведение для романтической лирики Лермонтова. Типичен лирический герой произведения, вступивший в трагическую схватку с судьбой и проигравший ее. Типичны художественные средства, которые поэт использует в этом стихотворении.
На мой взгляд, «Завещание» отчетливо перекликается с поэмой Лермонтова «Мцыри», продолжая «главную» тему поэта — о дисгармонии человека с окружающим миром и собой.

человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Лермонтов М.Ю. / Стихотворения / Стихотворение М.Ю. Лермонтова «Завещание» (восприятие, истолкование, оценка)

Смотрите также по произведению «Стихотворения»:

Анализ стихотворения «Завещание» Заболоцкого

Стихотворение “Завещание” Заболоцкий написал в продолжение своих философских размышлений еще довоенных лет. Краткий анализ “Завещание” по плану, который можно использовать для объяснения темы на уроке литературы, поможет ученикам 9 класса понять смысл произведения и его место в творчестве поэта.

Краткий анализ

История создания – стихотворение написано в 1947 году и относится к позднему периоду творчества поэта.

Тема стихотворения – желание оставить свой сед в сердцах людей, не уйти до конца и после смерти.

Композиция – одночастная, несмотря на то, что каждая строфа выражает свою мысль, они объединены общей идеей.

Жанр – элегия.

Стихотворный размер – шестистопный ямб.

Эпитеты“необозримый мир”, “туманные превращения”, “бедный прах”, “далекий правнук”, “медленная птица”, “безмолвный мрак”.

Метафоры“иссякнет жизнь”, “сверкание чудес”.

Олицетворения“дыхание цветов”, “почуял жизнь безжизненный кристалл”, “упала капля дождевая”.

Сравнения“как медленная птица”, “как летний дождь”.

История создания

В 1944 году Заболоцкий был освобожден из сталинского лагеря, куда попал по обвинению в антисоветской пропаганде. Здоровье поэта было подорвано жизнью за колючей проволокой, и хотя ему суждено было прожить еще чуть больше десятка лет, он уже предчувствовал свою смерть. Этим предчувствием и продиктовано “Завещание”. Это стихотворение относится к позднему периоду творчества поэта. После его написания он проживет только десять лет.

Автор говорит о своем желании оставаться с потомками даже после того, как умрет его тело – это основная тема стиха. Он считает, что если человек оставил после себя хороший след, его душа остается на земле, наблюдая за тем, как пришедшие после завершают все то, что не завершил умерший человек.

Также Заболоцкий поднимает тему единства человека и природы, говоря о том, что наблюдения за ней, стремление понять и слиться с ее процессами – это и есть настоящее рождение.

Композиция

На протяжении всего стихотворения поэт развивает одну и ту же мысль о жизни после смерти. Размышления лирического героя последовательны: он говорит о неизбежности смерти, но это не грустные рассуждения, ведь поэт считает, что его прах станет частью природы – и эта мысль для него отрадна.

Он верит, что сознание человека не умирает вместе с человеком – оно остается в животных и природных явлениях, таким образом предки могут “присматривать” за своими потомками. Каждая строфа показывает какую-то грань этой идеи, наполняя произведение радостью несмотря на то, что оно посвящено такой печальной теме, как смерть.

Для воплощения свой идеи автор выбрал жанр элегии. Он позволил поэту создать гармоничный союз пейзажной и философской лирики, сделав рассуждения в меру грустными и в то же время возвышенными.

Автор также намеренно использует такой размер, как шестистопный ямб, который помогает ему придать стиху торжественность. В строфах сочетаются параллельная и кольцевая рифмы.

Средства выразительности

Чтобы стихотворение звучало еще более торжественно и возвышенно, Заболоцкий использует разнообразные тропы:

  • Эпитеты – “необозримый мир”, “туманные превращения”, “бедный прах”, “далекий правнук”, “медленная птица”, “безмолвный мрак” .
  • Метафоры – “иссякнет жизнь”, “сверкание чудес” .
  • Олицетворения – “дыхание цветов”, “почуял жизнь безжизненный кристалл”, “упала капля дождевая” .

Все эти средства выразительности работают на то, чтобы максимально полно донести до читателя авторскую идею.

Михаил Лермонтов
стихотворение
«Завещание»
(Наедине с тобою, брат)

Наедине с тобою, брат,
Хотел бы я побыть:
На свете мало, говорят,
Мне остается жить!
Поедешь скоро ты домой:
Смотри ж. Да что моей судьбой,
Сказать по правде, очень
Никто не озабочен.

А если спросит кто-нибудь.
Ну, кто бы ни спросил,
Скажи им, что навылет в грудь
Я пулей ранен был;
Что умер честно за царя,
Что плохи наши лекаря,
И что родному краю
Поклон я посылаю.

Отца и мать мою едва ль
Застанешь ты в живых.
Признаться, право, было б жаль
Мне опечалить их;
Но если кто из них и жив,
Скажи, что я писать ленив,
Что полк в поход послали,
И чтоб меня не ждали.

Соседка есть у них одна.
Как вспомнишь, как давно
Расстались. Обо мне она
Не спросит. все равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей;
Пускай она поплачет —
Ей ничего не значит!

Стихотворение позднего Лермонтова, написано в 1840 году. «Завещание» — один из наиболее совершенных образцов лирики Лермонтова.

Стихотворение построено как предсмертный монолог героя, обращенный, по-видимому, к его боевому товарищу. Умирающий армейский офицер — «простой человек» в социально-бытовом и психологическом смысле слова, с типичной военной биографией; в его личности отчетливо различимы признаки народного характера.

Герой «Завещания» верен своему патриотическому долгу; его любовь к родине сказывается и в приверженности к родному краю, которому раненый посылает свой предсмертный привет.

Однако основной тон стихотворения составляют скепсис, горечь, неудовлетворенность. Эта горькая нота звучит в стихотворении с нарастающей силой; возникающий в конце образ женщины с «пустым сердцем» как бы концентрирует в себе все то жестокое и несправедливое, что испытал в жизни умирающий армеец.


Белинский Виссарион Григорьевич
(знаменитый литературный критик)

Знаменитый литературный критик пушкинской эпохи В. Г. Белинский писал о «Завещании»: «. это похоронная песнь жизни и всем ее обольщениям, тем более ужасная, что ее голос не глухой и не громкий, а холодно спокойный; выражение не горит и не сверкает образами, но небрежно и прозаично. Мысль этой пьесы: и худое и хорошее — все равно; сделать лучше не в нашей воле, и потому пусть идет себе как оно хочет. »


Полонский Яков Петрович
(поэт, прозаик)

Высоко оценивал «Завещание» и Я. П. Полонский: «Для меня нет выше тех стихов Лермонтова, которые всем одинаково понятны — и старикам, и детям, и ученым, и людям безграмотным, как, например, его стихи: «Наедине с тобою, брат, хотел бы я побыть. ». Стих, по простоте похожий на прозу, и в то же время густой и прозрачный как поэзия, — для меня есть признак силы, — и я силу эту находил в самых простых стихах Пушкина»

Интересен отзыв о «Завещании» английского литератора М. Беринга: «Слова этого стихотворения те самые, которые употребляются в обыкновенном разговоре, они именно те, которые сказал бы солдат в подобном случае. Не употреблено ни одно поэтическое или литературное выражение. А тем не менее стихотворение дает нам впечатление поэтич. чутья и высокого поэтич. искусства. Я не знаю ни одного другого языка, на котором это было бы возможно»

Литературное завещание Лермонтова и Есенина: диалог через столетие

Дата публикации: 25.11.2014 2014-11-25

Статья просмотрена: 936 раз

Библиографическое описание:

Пяткин С. Н., Тихонова П. М. Литературное завещание Лермонтова и Есенина: диалог через столетие // Молодой ученый. ? 2014. ? №21.1. ? С. 18-22. ? URL https://moluch.ru/archive/80/13760/ (дата обращения: 21.11.2020).

Настоящая статья посвящена анализу влияния творчества М.Ю. Лермонтова на лирику С.А. Есенина. На примере изучения темы поэтического завещания в стихотворном наследии двух великих русских поэтов прослеживается диалог есенинской лирики с поэзией Лермонтова, отмечается сходство и различие авторских подходов к этико-художественному самовыражению поэтического завещания.

Ключевые слова: русская поэзия, поэтическое завещание, Лермонтов, Есенин, сильный текст, творческий диалог, авторское «я».

Abstract. This article analyzes the influence of creativity Lermontov on lyrics by Yessenin. The authors trace the link between the Yesenin’s lyric and poetry of Lermontov, exploring the theme of poetic testament in the poetic heritage of two great Russian poets. Also the authors note the similarities and differences of author’s approaches to ethical and artistic expression of the poetic testament.

Keywords:Russian poetry, poetic testament, Lermontov, Yessenin, strong text, creative dialogue, the author’s «I».

Один их участников траурной церемонии похорон Сергея Есенина вспоминал: «…мы обнесли гроб с его телом вокруг памятника Пушкину. Мы знали, что делали, – это был достойный преемник пушкинской славы» [7, с. 379]. Столь уверенно высказанная современником поэта высокая оценка его творчеству впоследствии станет едва ли не хрестоматийной репутацией Есенина, актуальной и для рядового читателя, и для ученого-филолога. «Пушкинский вектор» есенинской поэзии очевиден и бесспорен, что отражает доминирующее положение Пушкина в научных исследованиях, посвященных проблеме литературных традиций в художественном наследии Есенина [см.: 10]. А это, в свою очередь, не всегда оправданно, а может быть, и несколько искусственно уводит на периферию научного знания не менее значимые для есенинского творчества имена поэтов-предшественников, среди которых и один величайших современников Пушкина – Михаил Юрьевич Лермонтов.

Симптоматично, что в юбилейный лермонтовский год не планируется проведение конференции, подобной той, что прошла в памятном всем нам 1999 году, – «Пушкин и Есенин». Можно осторожно предположить, что не видят современные есениноведы соответствующего научного потенциала, необходимого для форума, который бы объединил имена Лермонтова и Есенина. Действительно, на сегодняшний день опыт изучения «лермонтовского присутствия» в поэтическом мире Есенина не отличается широтой и многообразием исследовательских подходов и решений. В некоторой степени в этом «виноват» и сам Есенин. В своей «Автобиографии», датированной 20 июня 1924 года, он отмечал: «Из поэтов мне больше всего нравился Лермонтов и Кольцов. Позднее я перешел к Пушкину» [3, т. VII, с. 15].

Следуя этому признанию поэта, исследователи сосредоточили свое внимание преимущественно на его ранней лирике, обнаруживая и скупо комментируя немногочисленные следы лермонтовского влияния [см.: 2, 4, 5, 9]. Под знаком преодоления этой тенденции воспринимается глубокая работа Евгения Сергеева «И звезда с звездою говорит» [13]. В новейшем есениноведении особняком стоят публикации пензенского ученого В.А. Сухова, актуализирующие нравственно-философский контекст темы «Лермонтов и Есенин» и указывающие на глубинные и разнородные по своей сути творческие связи двух гениев русской литературы [14, 15, 16]. Его подход, обещающий фундаментальное монографическое исследование, нам видится наиболее продуктивным для полного и детального научного описания феномена «лермонтовского присутствия» в художественном мире Есенина.

Наша работа, подключаясь к исследовательской парадигме В.А. Сухова, целью своей преследует изучение феномена поэтического завещания в контексте творческого диалога есенинской лирики с поэзией Лермонтова. Такая постановка цели определяет в качестве первоочередной задачи экспликацию и анализ функционально-художественного статуса стихотворения М.Ю. Лермонтова «Завещание» (1840) в поэтическом сознании Есенина. Выбор этого произведения из всего лермонтовского наследия не случаен. Во-первых, именно с этим признанным шедевром лермонтовской лирики непосредственно связано само бытование интересующей нас темы в творчестве поэта. Во-вторых, лермонтовское «Завещание» в сознании Есенина существует как произведение, внутренне созвучное его душевному состоянию и сплавленное с собственной песенной стихией. По свидетельству современника поэта, Вс. Рождественского, Есенин «от некоторых стихов Лермонтова готов был плакать и неподражаемо умел напевать вполголоса на какой-то собственный мотив его “Завещание”» [11, с. 316]. Не случайно, заключительное двустишие лермонтовского «Завещания» («Пускай она поплачет… // Ей ничего не значит!» [6, с. 507]) обрело свою вторую жизнь, отозвавшись в пронзительных строках есенинского стихотворения-песни: «Сыпь, тальянка, звонко, сыпь, тальянка, смело!» (1925): «Пусть она услышит, пусть она поплачет. // Ей чужая юность ничего не значит» [3, т. I, с. 241]. Однако эта связь, более чем очевидная, – «Завещания» Лермонтова с поэзией Есенина, как мы думаем, далеко не единственная.

На наш взгляд, само по себе лермонтовское произведение не исчерпывает собой темы завещания в творчестве поэта; в поздней лирике поэта она характерна для нескольких стихотворений, образующих идейно-художественное единство, в котором «Завещание» выступает в качестве так называемого сильного текста. Жанр поэтического завещания, несмотря на его, несомненно, архаичную природу, не имеет на сегодня устоявшейся дефиниции. Можно лишь говорить о его некоторых структуро- и смыслообразующих признаках, к коим относятся более или менее выраженная сюжетность, где исходным элементом служит ситуация неотвратимой смерти/гибели лирического героя, и наличие адресата, на которого возлагается долг – последняя воля умирающего. Кроме того, тексту поэтического завещания присуща исповедальная интонация. Безусловно, все названные признаки наличествуют в лермонтовском стихотворении. Однако относится оно к ролевой лирике, где автор и субъект речи (при всех возможных сближающих их чертах и свойствах [см.: 8, с. 158–168]) внеположны друг другу. То есть лермонтовское произведение, являясь по всем жанровым признакам образцовым поэтическим завещанием, в полной и достаточной мере не может считаться подлинным завещанием лирического «я» поэта. Оно, по нашему мнению, реализуется в стихотворениях, что служат своеобразным продолжением текста «Завещания», образуя с ним единство, где означенные нами жанровые признаки не сведены в пространстве одного художественного целого, а как бы разведены по разным произведениям, в которых субъект речи прямо, непосредственно связан с автором. К таковым, с нашей точки зрения, относятся стихотворения «Сон» и «Выхожу один я на дорогу…», написанные, что важно отметить, после «Завещания», в 1841 году. Каждое из них по праву аттестуется в лермонтоведении пронзительной лирической исповедью поэта. При этом в первом произведении актуализировано событие смерти героя, предстающее как провидческий сон, во втором явлена последняя воля авторского «я»:

Но не тем холодным сном могилы.

Я б желал навеки так заснуть,

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб дыша вздымалась тихо грудь;

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

Про любовь мне сладкий голос пел,

Тёмный дуб склонялся и шумел [6, с. 543–544].

Приведенное выше воспоминание Вс. Рождественского характеризует Есенина в последние два года его жизни. Современник поэта не указывает, от каких «стихов Лермонтова готов был плакать» Есенин. Рискнем предположить, что это были произведения, идейно-тематически связанные с «Завещанием». Оно входит в сознание Есенина в эмоциональном ореоле этих стихов, который на уровне неуловимых ассоциаций столь же неуловимо способствует тому, что чужое произведение начинает жить по законам есенинской поэзии.

«Завещание», как мы уже говорили, оставляет в лирике Есенина свой очевидный и осязаемый след – по сути, прямое цитирование заключительных строк этого стихотворения. Знаки «лермонтовского присутствия» иного рода, на наш взгляд, прочитываются в «маленькой поэме» Есенина «Метель» (1924). В ней, словно сотканной из ярких, почти сюрреалистических полотен, кульминационной является картина похорон лирического героя. Она возникает как сонное видение героя («Себя усопшего / В гробу я вижу»), где он выступает не только в качестве наблюдателя, но и участника погребального обряда: «Я веки мертвому себе / Спускаю ниже, // Кладя на них / Два медных пятачка» [3, т. II, с. 151]. Сюжетная ситуация сна о собственной смерти авторского «я» текста, на наш взгляд, ассоциативно связана у Есенина с изображенным миром стихотворения Лермонтова «Сон» («В полдневный жар в долине Дагестана…»). Подчеркнем, что в обоих произведениях мотив и сама картина смерти существуют в пределах пророческого сна, сна-предсказания, и вместе с тем прямо обусловлены жизненными реалиями поэтов. Лермонтов участвует в войне с горцами на Кавказе, ежечасно рискуя навсегда остаться на чужбине «с свинцом в груди». Есенин мучительно ищет себя как поэт в новой исторической реальности, освященной марксовым «Капиталом».

Поэзия Есенина 1924-25 годов весьма неоднозначна и неоднородна по своему настроению, ей характерна резкая смена эмоциональных спадов и подъемов. Поэт находится в преддверии своего тридцатилетия. Это очередной жизненный рубеж, исподволь вынуждающий Есенина подводить итоги пройденного пути.

Разберемся во всем, что видели,

Что случилось, что сталось в стране,

И простим, где нас горько обидели

По чужой и по нашей вине.

Принимаю, что было и не было,

Только жаль на тридцатом году –

Слишком мало я в юности требовал,

Забываясь в кабацком чаду [3, т. I, с. 216].

С одной стороны, этот возраст воспринимается Есениным как начало нового творческого этапа в жизни:

Пора приняться мне

Чтоб озорливая душа

Уже по-зрелому запела [3, т. II, с. 165];

а с другой – как «жизни край», её обрыв:

Я знаю, знаю. Скоро, скоро

Ни по моей, ни чьей вине

Под низким траурным забором

Лежать придется так же мне [3, т. I, с. 238].

Это экзистенциальное мироощущение отчетливо выражается во всем позднем творчестве поэта, неразрывно связываясь с исповедальностью как эмоционально-экспрессивной и содержательной доминантой лирического самовыражения поэта [см.: 10, с. 272–295]. Появляется целый ряд произведений, явно или косвенно обнаруживающих в себе жанровые признаки поэтического завещания. Здесь мы особо обращаем внимание на множественность его адресатов, не свойственную Лермонтову и воссоздающую масштабную картину прощания со всем дорогим и близким сердцу поэта.

Среди этих адресатов – мир природы:

Гори, звезда моя, не падай.

Роняй холодные лучи.

Ведь за кладбищенской оградой

Живое сердце не стучит [3, т. I, с. 237];

Любимая, ну, что ж! Ну, что ж!

Я видел их и видел землю,

И эту гробовую дрожь

Как ласку новую приемлю [3, т. I, с. 293];

Ты слышишь, дедушка?

Ты сядешь или нет в вагон,

На свадьбе похорон

И спеть в последнюю

Печаль мне «аллилуйя»? [3, т. II, с. 141];

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Обещает встречу впереди [3, т. IV, с. 244];

По-разному определяется у Есенина и содержание последней воли, свидетельствуя о незавершенности в сознании поэта самой идеи последнего долга, возлагаемого на адресата:

Пускай я сдохну,

Не ставьте памятник в Рязани![3, т. II, с. 162];

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,

Не грусти и не печаль бровей… [3, т. IV, с. 244].

Во всем обширном корпусе лирики, содержащем признаки жанра поэтического завещания, так же, как и у Лермонтова, на наш взгляд, есть свой сильный текст. Это стихотворение «Мы теперь уходим понемногу…», написанное Есениным в связи со смертью его друга, поэта А.В. Ширяевца.

Связь этого стихотворения с лермонтовским «Выхожу один я на дорогу…» осязаема уже на уровне ритмической организации: в обоих текстах используется редкий для русского стихосложения размер – пятистопный хорей. «Выхожу один я на дорогу…» – первое в русской поэзии стихотворение, написанное таким размером, что и дает основание видеть в есенинском тексте метрическую цитату из Лермонтова [см.: 12, с. 78]. Вместе с тем, близость данных произведений может быть прослежена и на других уровнях. Так, каждое из стихотворений являет собой элегическое раздумье поэта, стоящего на пороге неотвратимой смерти и испытывающего перед ней невольное смятение:

Что же мне так больно и так трудно?

Жду ль чего? жалею ли о чём? [6, с. 543]

Перед этим сонмом уходящим

Я не в силах скрыть своей тоски

Оттого пред сонмом, уходящим

Я всегда испытываю дрожь [3, т. I, с. 201-202].

Любопытно отметить, что и у Лермонтова, и у Есенина жизнь ассоциируется, прежде всего, с дыханием, то есть жизнью души:

Чтоб дыша вздымалась тихо грудь…

И на этой на земле угрюмой

Счастлив тем, что я дышал и жил.

В обоих стихотворениях величие и мощь земного бытия, благословляющего жизнь и микширующее трагическое чувство всесильности смерти, связывается с образом природного мира:

Надо мной чтоб вечно зеленея

Тёмный дуб склонялся и шумел.

Мир осинам, что, раскинув ветви,

Загляделись в розовую водь.

Однако последняя воля лермонтовского героя обращена на самого себя, на обретение «сна жизни», которого никто из живущих не должен тревожить. Происходит самозамыкание героя, пребывание в себе, порождающие утрату «способности к общению с другим», что «означает удаление от Бога» [1, с. 285]. Собственно, процесс такого «удаления» отчетливо виден в стихотворении: «я» текста добровольно уходит от созерцания высшей гармонии бытия («Пустыня внемлет Богу»; «звезда с звездою говорит»), погружаясь в свой неспокойный, противоречивый мир, ища в нем источники помощи во внутреннем сопротивлении смерти. У Есенина же его последнее слово, вырастающее их духовно трезвого и мудрого восприятия христианского смысла жизни и смерти, наполнено любовью, обращенной к живущим с ним на одной земле людям. В этом отношении показательно и последнее стихотворение Есенина, в котором поэт с торжественной трагичностью, принимает мысль о близкой смерти и внутренне смиряется с ней, подобно тому, как это сделал Иисус Христос после молитвы на Елеонской горе.

Таким образом, подводя итоги нашему исследованию, можно сказать следующее. Лермонтовское поэтическое завещание, существующее в сознании автора в художественном единстве нескольких произведений, где одноименное стихотворение занимает позицию сильного текста, обнаруживает диалогическое соприкосновение с лирикой Есенина 1924-25 годов, оказывая влияние на особенности этико-художественного самовыражения феномена завещания у новейшего поэта.

1. Бобков К.В. Шевцов Е.В. Символ и духовный опыт православия. – М.: ТОО «ИЗАН», 1996. – 312 с.

2. Голованова Т.П. Наследие Лермонтова в советской поэзии. – Л.: Наука, 1978. – 192 с.

3. Есенин С.А. Полн. собр. соч.: в 7 т. / Гл. ред. Ю.Л. Прокушев; ИМЛИ им. А.М. Горького РАН. – М.: Наука; Голос, 1995-2002. – Т. 1. – 1995. – 672 с.; Т. 2. – 1997. – 464 с.; Т. 4. – 1996. – 544 с.; Т. 7, кн. 1. – 1999. – 559 с.

4. Жаворонков А.З. Традиции и новаторство в творчестве С.А. Есенина: дисс. … док. филол. наук. – Тбилиси, 1971. – 386 с.

5. Кулинич А.В. Новаторство и традиции в русской советской поэзии 20х годов. – Киев: Изд-во Киевского ун-та, 1967. – 376 с.

6. Лермонтов М.Ю. Собр. соч.: В 4 т. – М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1958-1960. – Т. 1. – 1958. – 755 с.

7. Либединский Ю.Н. Мои встречи с Есениным // Воспоминания о Сергее Есенине. – М.: Московский рабочий, 1965. – С. 360–379.

9. Наумов Е. Сергей Есенин. Личность. Творчество. Эпоха. Л.: Лениздат, 1973. – 455 с.

10. Пяткин С.Н. Пушкин в художественном сознании Есенина: монография. – Изд. 2-е., перераб. и дополн. – Б.Болдино-Арзамас: АГПИ, 2010. – 377 с.

11. Рождественский Вс. Сергей Есенин // О Есенине. Стихи и проза писателей – современников поэта. – М.: Правда, 1990. – С. 312–318.

12. Руднев Вадим. Словарь культуры XX века. Ключевые понятия и тексты. – М.: Аграф, 1999. – 384 с.

13. Сергеев Е. И звезда с звездою говорит // В мире Есенина. – М.: Сов. писатель, 1986. – С. 285-299.

14. Сухов В.А. Дар трагического пророчества в поэзии М.Ю. Лермонтова и С.А. Есенина // Современное есениноведение. – 2007. – №6. – С.154-166.

15. Сухов В.А. Лермонтовские демонические мотивы в творчестве Есенина и «поэтов-имажинистов» // Сергей Есенин: диалог с XXI веком. Сборник научных трудов по материалам Международного научного симпозиума, посвященного 115-й годовщине со дня рождения С.А. Есенина. – Москва-Рязань-Константиново, 2011. – С.373-383.

16. Сухов В.А. Лермонтовский подтекст «странной любви» к родине в творческом осмыслении Сергея Есенина // Современное есениноведение. – 2006. – №4. – С.124-130.

«Завещание» М. Лермонтов

«Завещание» Михаил Лермонтов

Наедине с тобою, брат,
Хотел бы я побыть:
На свете мало, говорят,
Мне остается жить!
Поедешь скоро ты домой:
Смотри ж… Да что? моей судьбой,
Сказать по правде, очень
Никто не озабочен.
А если спросит кто-нибудь…
Ну, кто бы ни спросил,
Скажи им, что навылет в грудь
Я пулей ранен был;
Что умер честно за царя,
Что плохи наши лекаря
И что родному краю
Поклон я посылаю.

Отца и мать мою едва ль
Застанешь ты в живых…
Признаться, право, было б жаль
Мне опечалить их;
Но если кто из них и жив,
Скажи, что я писать ленив,
Что полк в поход послали
И чтоб меня не ждали.

Соседка есть у них одна…
Как вспомнишь, как давно
Расстались. Обо мне она
Не спросит… все равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей;
Пускай она поплачет…
Ей ничего не значит!

Анализ стихотворения Лермонтова «Завещание»

Незадолго до своей трагической гибели Михаил Лермонтов написал стихотворение «Завещание» (1840 г), которое, на первый взгляд, не имело никакого отношения к судьбе самого поэта. В нем автор изобразил умирающего солдата, который прощается со своим другом и братом по оружию, наказывая ему выполнить последнюю волю. Солдат был сражен вражеской пулей и, находясь в лазарете, понимает, что жить ему осталось совсем немного. Он просит неизвестного собеседника передать поклон родной земле и рассказать тем, кто дорого солдату, о его смерти. «Скажи им, что навылет в грудь я пулей ранен был, что умер честно за царя», — отмечает главный герой произведения. При этом он подчеркивает, что его другу вряд ли удастся застать в живых отца и мать. И это неудивительно, потому что в царской России в армию солдат призывали сроком на 25 лет. И если им удалось выжить во многочисленных войнах, то дома они уже практически никого не заставали и своих близких. Поэтому главный герой стихотворения, с одной стороны, очень опечален тем, что его родители, вероятно, уже умерли. С другой же стороны он не хочет, чтобы они знали о его гибели. Поэтому он просит друга не сообщать им об этом, если застанет стариков в живых. «Скажи, что я писать ленив, что полк в поход послали и чтоб меня не ждали», — отмечает солдат.

Лермонтов нарочно не указывает, кем был его герой в обычной жизни. Вероятнее всего, он – обычный крестьянский парень, которому служба армии сломала всю жизнь. сам же герой признается в том, что когда-то был влюблен в свою соседку. Однако он понимает, что избранница уже давно забыла о его существовании. Ей солдат разрешает рассказать о своей гибели. «Ты расскажи всю правду ей, пустого сердца не жалей!», — отмечает главный герой. Действительно, его бывшая возлюбленная может оказаться единственным человеком, который искренне поплачет о погибшем. Но это печальное известие вряд ли затронет ее душу, потому что образ того, кого она когда-то любила, дано уже стерся из памяти этой немолодой уже женщины.

Рассказывая о судьбе неизвестного русского солдата, Михаил Лермонтов вкладывает в это стихотворение тайный смысл. Между строк можно прочесть завещание самого поэта, который знает, что его жизнь будет недолгой и интуитивно ищет смерти. Сегодня многие исследователи творчества Лермонтова приходят к убеждению, что этот человек обладал пророческим даром и знал, что должен умереть. Если исходить из этого, то тайный смысл стихотворения «Завещание» становится явным. Ведь поэт также погиб от пули в грудь во время дуэли, хотя мечтал умереть на поле брани. Точно так же, как и у главного героя произведения, у Лермонтова к тому моменту в живых не было ни отца, ни матери, а к родной бабушке он питал весьма сложные и смешанные чувства, не считая ее близким для себя человеком. Что касается образа девушки-соседки, то под это определения могут попасть многие женщины, которыми восхищался поэт. Однако, вероятнее всего, автор подразумевает Варвару Лопухину, которая была его музой до самой смерти, хотя Лермонтов отказался связывать себя узами брака с женщиной, которую боготворил. Именно от был виноват в разрыве отношений с возлюбленной, считая, что не способен сделать ее по-настоящему счастливой. Однако в стихотворении ситуация представлена с точностью до наоборот: автор фактически обвиняет свою избранницу в том, что она его забыла. И это – единственная неточность в произведении, которую можно считать неумелой попыткой Лермонтова оправдать свои поступки. Он посчитал, что Лопухина гораздо легче перенесет известие о его смерти, если будет знать, что между ними все кончено. И – оказался неправ, потому что лишил возлюбленную возможности провести с ним последние месяцы жизни, о чем Варвара Лопухина сожалела до самой смерти.

Поэтическое завещание лермонтова

1. Алпатова Т. А. «История души человеческой» в зеркале повествования: роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» и традиции прозы Н. М. Карамзина / Т. А. Алпатова // Литература в школе. – 2008. – N 1. – С. 7–11. (Сравнительный литературный анализ произведений)

2. Бахтиярова Л. Р. «И вижу я себя ребенком. «: устный журнал «Детство Лермонтова». VI класс / Л. Р. Бахтиярова // Литература в школе. – 2007. – N 10. – С. 47–49. (Детские годы М. Ю. Лермонтова, его ранние произведения; в основу ранних произведений положена его семейная драма. Содержатся биографические сведения о поэте)

3. Беленький Г. И. Выстраданная любовь, или Еще раз о стихотворении М. Ю. Лермонтова «Родина» / Г. И. Беленький // Литература в школе. – 2010. – N 11. – С. 7–9. (Стихотворение «Родина» связано с коренными проблемами творчества Лермонтова, его размышлениями о земле и небе, о судьбах отчизны и народа, жизнь которого он хорошо знал)

4. Бражников И. Л. Чувство России. «Родина» М. Ю. Лермонтова / И. Л. Бражников // Литература в школе. – 2010. – N 6. – С. 20–21. (Пространственный анализ стихотворения М. Ю. Лермонтова «Родина»)

5. Бурцева Е. А. Любовная лирика М. Ю. Лермонтова / Е. А. Бурцева // Литература в школе. – 2010. – N 11. – С. 10–13. (Эволюция любовной лирики в поэзии Лермонтова. Анализ стихотворений разных периодов: тема становится одной из центральных в его творчестве)

6. Елисеева Т. А. «И в небесах я вижу бога. «. Анализ лирических стихотворений М. Ю. Лермонтова . IX класс / Т. А. Елисеева // Литература в школе. – 2010. – N 11. – С. 32–37. (Система уроков по лирическим стихотворениям Лермонтова, связанным темой духовных исканий поэта. Эволюция мировосприятия лирического героя как путь к Богу. Приемы работы с музыкой и живописью)

7. Каргашин И. А. «Первое выражение языка народного есть разговор, речь живая. «: «Бородино» М. Ю. Лермонтова в свете исторической поэтики / И. А. Каргашин // Литература в школе. – 2007. – N 8. – С. 2–7. (На примере сопоставления двух стихотворений М. Ю. Лермонтова, «Бородино» и более раннего (1831) текста «Поле Бородина», рассматривается эволюция творческого замысла и его воплощения, становление сказовой формы)

8. Костерина Э. В. Стихотворение «Выхожу один я на дорогу. » – поэтическое завещание М. Ю. Лермонтова: опыт анализа стихотворения. IX класс / Э. В. Костерина // Литература в школе. – 2007. – N 11. – С. 38–40. (Сочетание принципа научности в анализе стихотворения с чувственно-эмоциональным восприятием. Созерцание торжественного величия мира, жажда жизни и человеческая горечь в стихотворении М. Ю. Лермонтова «Выхожу один я на дорогу. «. Материал для урока литературы в 9 классе)

9. Кунарев А. Богатырское племя: о стихотворении М. Ю. Лермонтова «Бородино» / А. Кунарев // Литература в школе. – 2007. – N 8. – С. 7–14. (Подробный анализ поэтического текста стихотворения М. Ю. Лермонтова «Бородино». Рассмотрены разные трактовки произведения)

10. Минина С. П. Сочинение-описание памятника М. Ю. Лермонтову: VIII класс / С. П. Минина // Литература в школе. – 2007. – N 10. – С. 35–37 (Особенности произведений монументальной скульптуры и с особенности сочинения-описания памятника)

11. Миронова К. В. Стихотворение М. Ю. Лермонтова «Когда волнуется желтеющая нива. » / К. В. Миронова // Литература в школе. – 2009. – N 7. – С. 31–34. (Литературный анализ стихотворения Михаила Юрьевича Лермонтова » Когда волнуется желтеющая нива. » в 11 классе)

12. Нахапетов Б. А. «Нынче поутру зашел ко мне доктор. «: образ доктора Вернера в романе М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» / Б. А. Нахапетов // Литература в школе. – 2011. – N 1. – С. 6–9. (Образ доктора Вернера в романе «Герой нашего времени» и его возможные прототипы в работах русских литературных критиков)

13. Нестор Роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» / Нестор // Литература в школе. – 2007. – N 4. – С. 6–10. (О самом таинственном образе русской литературы 19 столетия – Печорине. Литературный анализ «Героя нашего времени»)

14. Нещерет Н. В. Знакомство шестиклассников с жанром поэмы: М. Ю. Лермонтов. «Беглец». VI класс / Н. В. Нещерет // Литература в школе. – 2006. – N 10. – С. 34–35. (Материал для подготовки уроков литературы в 6 классе: знакомство с жанром поэмы на примере поэмы М. Ю. Лермонтова «Беглец». Уроки разработаны в рамках программы А. Г. Кутузова)

15. Потапова Н. Н. Сочинение-описание внешности человека по картине В. М. Васнецова «Царь Иван Васильевич Грозный»: урок развития речи. VII класс / Н. Н. Потапова // Литература в школе. – 2009. – N 10. – С. 38–41. (Урок развития речи для 7 класса. В ходе урока используется репродукция картины В. М. Васнецова «Царь Иван Васильевич Грозный». Урок посвящен изучению эпохи царя Ивана Грозного и анализу его литературного портрета)

16. Селякина С. Т. Кавказ в творчестве М. Ю. Лермонтова / С. Т. Селякина // Литература в школе. – 2009. – N 7. – С. 26–28. (О творчестве Михаила Юрьевича Лермонтова во время его пребывания на Кавказе. Материал для урока внеклассного чтения в 6 классе)

17. Сизова М. А. Жанр «светской» повести в русской литературе 1830-годов / М. А. Сизова // Литература в школе. – 2006. – N 11. – С. 47–48. (Развитие жанров романа и повести в 30-е гг. 19 века в России. Обзор ярчайших образцов этих жанров того времени: «Три повести» Н. В. Павлова, «Княгиня Лиговская» М. Ю. Лермонтова», «Повести покойного Ивана Петровича Белкина» А. С. Пушкина и т. д.)

18. Ситникова В. Г. Кавказские пейзажи в повести М. Ю. Лермонтова «Бэла»: «Дорога на небо»? Материалы к уроку: IX класс / В. Г. Ситникова // Литература в школе. – 2012. – N 6. – С. 29–32. (Восприятие позиции писателя в изображении связи человека и природы с использованием художественной интерпретации – экранной версии повести)

19. Соловей Т. Г. Стихотворение М. Ю. Лермонтова «На севере диком. «: VI класс / Т. Г. Соловей // Литература в школе. – 2007. – N 8. – С. 33–37. (Материал для подготовки урока литературы в 6 классе. Литературный анализ стихотворения. Сопоставляются «На севере диком. » М. Ю. Лермонтова и «Кедр стоит одиноко. » Генриха Гейне, строки из которого поэт использует в качестве эпиграфа. В статье содержатся полные тексты стихотворений А. А. Фета «На севере дуб одинокий. «, Ф. И. Тютчева «С чужой стороны», Н. Н. Михайлова «На северном голом утесе. » и З. Н. Гиппиус «На севере кедр одиноко. «)

20. Табакова Л. П. Сказка «Ашик-Кериб» М. Ю. Лермонтова: урок внеклассного чтения / Л. П. Табакова // Литература в школе. – 2009. – N 8. – С. 44–45. (Урок внеклассного чтения по сказке Михаила Юрьевича Лермонтова «Ашик-Кериб»)

21. Харитонова О. Н. «Герой нашего времени» / О. Н. Харитонова // Литература в школе. – 2009. – N 7. – С. 40–44. (Сценарий интеллектуальной игры по роману Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой нашего времени»)

22. Чернов Ф. К. Связь времени и поколений: стихотворение М. Ю. Лермонтова «Бородино» / Ф. К. Чернов // Литература в школе. – 2007. – N 8. – С. 37–40. (Устная картина, сопровождаемая яркими иллюстрациями или фотографиями. Из опыта применения этого приема в 5 классе при изучении стихотворения М. Ю. Лермонтова. Описан ход урока)

Смотрите так же:  Приказ мчс 360

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *