Спор японии и китая

Отношения Японии и КНР накаляются

Китай активизирует усилия, направленные на возвращение под свою юрисдикцию спорных островов Дяоюйдао (Сенкаку). В конце октября китайские суда начали регулярное патрулирование акватории, невзирая на протесты Токио. Некоторые аналитики утверждают, что стороны исчерпали средства дипломатии. Пекин недвусмысленно намекает на возможность применения силы.

Во вторник ведущие информагентства вновь сообщили о появлении в районе архипелага Сенкаку 4-х кораблей службы морского дозора. Кроме того, официальный Пекин сделал ряд заявлений о принадлежности островов, которые рассматриваются как неотъемлемая часть территории страны. Однако в Токио также пока не намерены идти на уступки в этом вопросе, поскольку Япония недавно выкупила три острова у частных владельцев.

Напомним, что нынешний конфликт между Японией и КНР вспыхнул еще в сентябре. После того, как японское правительство объявило о национализации островов Сенкаку, посол Китая Чэн Юнхуа направил Токио ноту протеста. Одновременно с этим в районе островов Сенкаку появились два патрульных корабля китайских ВМС. Аналитики отмечают, что ответственность за развязывание конфликта в значительной мере лежит на Японии, которая с самого начала игнорировала позицию Китая по Дяоюйдао. Теперь возможности дипломатии оказались существенно ограничены.

Стоит отметить, что данный территориальный спор имеет давнюю историю. Китайские исторические источники говорят о начале освоения этой территории еще во времена династии Мин. Начиная с XV века острова Дяоюйдао уже находились под управлением правительства Поднебесной. Именно к этому времени относится одно из первых упоминаний о расположенном в Восточно-Китайском море архипелаге. Острова Диоюйдао описаны в китайской книге «Счастливого пути», опубликованной при императоре Юнлэ (1403-1424). Позднее территория была включена генерал-губернатором Ху Цзунсян в Юго-Восточный военный округ в качестве оборонительного рубежа. Завоевание островов Сенкаку Японией было осуществлено в 1895 году. Китай вынужден был согласиться на подписание унизительного «Семоносекского договора», по которому он утрачивал весь Тайвань.

После окончания Второй мировой войны острова Сенкаку были оккупированы США. Это обстоятельство оказало большое влияние на развитие ситуации вокруг статуса спорного архипелага. В 1971 году было подписано «Соглашение о возврате Окинавы», по которому острова передавались Японии. Власти КНР отказались признать законность данного решения. В этой связи нельзя не отметить, что международные договоренности, достигнутые после завершения Второй мировой войны предоставляют Пекину дополнительные аргументы в борьбе за спорные острова. Потсдамская декларация, признанная Японией после капитуляции, подразумевает возвращение Китаю всех оккупированных территорий, в том числе островов Дяоюйдао.

Нынешнее обострение территориального спора пока не привело к открытому военному противостоянию между Китаем и Японией, хотя китайская сторона недвусмысленно намекает на возможность применения силы в тех случаях, когда речь идет о нарушении территориальной целостности страны. Самый крупный инцидент произошел в акватории Восточно-китайского моря 25 сентября, когда Япония и Тайвань обменялись залпами из водных пушек, установленных на сторожевых катерах.

Тем временем, экономисты продолжают подсчитывать убытки, вызванные ухудшением отношений между Токио и Пекином. Особенно ощутимы последствия кризиса для японского автомобилестроения. Так, корпорация Mitsubichi Motors уже объявила о том, что экспорт в Китай сократился на 50 процентов. Другие автопроизводители также показали в начале октября значительное сокращение продаж в Китае — Toyota — на 49 процентов, Honda — 41 процент, Nissan и Mazda — 35 процентов, Suzuki — 43 процента.

Хотя призывы к введению всекитайского бойкота японских товаров несколько поутихли, ситуация по-прежнему остается натянутой. Между тем, официальный Пекин предупреждает Токио о недопустимости любых посягательств на суверенитет страны. На пресс-конференции заместитель главы МИДа Чжан Чжидзюнь заявил, что если кто-то хочет оспорить с Китаем вопрос о суверенитете, он может получить ответ силой, если потребуется.

Однако правительство КНР вряд ли решится на проведение десантной операции на островах Диоюйдао, поскольку Япония имеет гарантии безопасности со стороны США. Сегодня большая война в регионе из-за нескольких крошечных островов никому не нужна. Вашингтон официально заявил, что не будет вмешиваться в данный конфликт.

20 октября в Южно-Китайское море был направлен авианосец George Washington. Разумеется, никаких официальных заявлений по поводу целей и задач морской экспедиции не последовало. Впрочем, США могли таким образом напомнить Китаю о том, что американские военные на всякий случай отслеживают ситуацию вокруг островов Сенкаку.

Так или иначе, вялотекущий конфликт из-за архипелага может затянуться надолго, так как ни военного, ни дипломатического решения территориального спора пока не предвидится.

Япония нашла «свою землю» и в Китае

Китай и Япония многие десятилетия никак не поделят спорные острова Дяоюйдао (Сенкаку). Оба государства считают их своими, ссылаясь на исторические справки. Было проведено множество переговоров и встреч на высшем уровне, но вопрос так и остался нерешенным. Месяц назад территориальный спор разгорелся с новой силой. К чему же он может привести?

Китай считает, что Япония украла острова

Глава МИД КНР Ян Цзечи, выступая на сессии Генассамблеи ООН, обвинил Японию в краже у Китая острова Дяоюйдао (по-японски Сенкаку). «Действия Японии абсолютно нелегальны и недопустимы. Власти Японии не могут подменять историю, из которой следует, что Япония украла Дяоюйдао, а затем присоединила к себе принадлежащие Китаю острова», — заявил Ян Цзечи в минувшую пятницу.»Китай решительно призывает власти Японии немедленно прекратить любую деятельность, нарушающую суверенитет Китая, и предпринять конкретные меры для исправления своих ошибок и возвращения на переговорный путь решения данной проблемы», — добавил он. Пекин выразил разочарование поведением японского премьер-министра Йосихико Ноды, который дал понять, что не планирует менять позицию по островам Сенкаку. «Китай жестко протестует против упрямства японского лидера, который занимает неправильную позицию», — уточнил Цинь Ган. Представитель МИД Китая также обвинил Японию в том, что она игнорирует исторические факты и положения международного права. Напомним, что отношения между Японией и Китаем резко обострились после покупки японским правительством (у частного владельца) трех из пяти островов данного архипелага.

Япония ответила на обвинения

Японское правительство осудило заявления китайских дипломатов, обвинивших Токио в краже территорий КНР. Власти Японии отметили, что Сенкаку — это исконные японские земли как с исторической точки зрения, так и с точки зрения международного права. «Высказывание представителей Китая предельно игнорируют историю. Мы не можем с ними согласиться. Острова Сенкаку — это наши земли, которыми мы все время владели. Поэтому нынешняя позиция Китая относительно этих островов является односторонней», — сказал генсек японского кабинета министров Есихидэ Суга.

Суть территориального спора

Острова Дяоюйдао были открыты китайцами, но в конце XIX столетия они по итогам Первой китайско-японской войны отошли Японии. Однако спустя некоторое время, после проигрыша Германии и Японии во Второй мировой войне, Япония потеряла право на завоеванные территории. Данные острова перешли под юрисдикцию Соединенных Штатов. В 70-х годах прошлого столетия Вашингтон вернул Японии Окинаву с архипелагом Сенкаку. Некоторые аналитики считают, что морской шельф в районе этих островов содержит значительные запасы газа и нефти. Территориальный конфликт между Китаем и Японией обострился в сентябре 2012 года. Тогда Токио объявил о процедуре национализации островов через их приобретение у частных владельцев. Этот факт вызвал резкий протест Китая, по всей стране прошла волна антияпонских демонстраций. С тех пор Китай регулярно отправляет к спорным территориям собственные патрульные корабли, вызывая тем самым негодование Японии.

В начале 2013 года Токио объявил о намерении создать специальное подразделение с целью охраны данных островов. В его состав должны войти несколько сотен офицеров, а также более десяти патрульных катеров. Кроме этого, японское правительство в этом году впервые за последние 11 лет увеличило на 1,5 млрд. долларов расходы на армию. Токио не скрывал, что это было сделано в противовес Пекину, наращивающему свою военную мощь.

На днях Пекин высказал новые притязания на японские земли. Речь идет об архипелаге Рюкю. По словам китайского генерала Лю Юаня, архипелаг с 1372 года платил Китаю дань, т. е. за 500 лет до того, как он стал японским. «Острова Рюкю определенно были вассальным государством, — заявил генерал, — Я не говорю, что все бывшие вассальные государства являются китайскими, но можно с уверенностью сказать, что Рюкю точно не принадлежит Японии». По мнению многих аналитиков, разговоры о принадлежности Рюкю — это новый ход Пекина в борьбе за остров Сенкаку.

США подливают масла в огонь

Соединенные Штаты являются ярыми противниками развивающегося доминирования Китая. Они стремятся всеми силами снизить мощь КНР, и территориальный конфликт — хороший для этого повод. Если раньше отношения между Японией и Китаем в основном ограничивались только взаимными обвинениями, то с появлением американцев началось бряцанье оружием. Япония и США разрабатывают план совместных действий по отражению потенциального нападения Китая на спорные территории в Восточно-Китайском море.

20 марта представитель Минобороны Соединенных Штатов сообщил, что генерал Сигэру Ивасаки, глава комитета начальников штабов Японии, встретился с Сэмюэлем Локлиром, командующим американскими вооруженными силами в районе Тихого океана, для обсуждения плана отражения возможной атаки со стороны Китая. В свою очередь, китайский генерал Лю Юань заявил, что «нет необходимости прибегать к военным мерам для разрешения спора, и власти будут делать все возможное, чтобы избежать насилия». Но когда в дело вступают США, которые очень уж любят где-нибудь повоевать, сохранить мир будет довольно сложно.

Территориальный спор Японии и Китая угрожает азиатским экономикам

Обострившийся спор Японии и Китая из-за группы необитаемых островов уже негативно сказывается на работе компаний разных секторов экономики — от туризма до автомобилестроения. Эксперты предполагают, что последствия данного конфликта могут вызвать миллионные убытки у компаний, а также усугубить положение ведущих экономик Азии. Так, на прошлой неделе автокорпорация Mitsubishi Motors сократила на 50 процентов свой экспорт в Китай. По словам президента японской компании, это решение было принято по причине нарастающего островного спора между Японией и КНР и бойкота в Китае японских товаров. Крупнейшие японские автопроизводители заявляют о резком падении продаж в Китае: так, продажи Mitsubishi сократились на 63 процента, Тойота — на 49 процентов, Сузуки — 43 процента, Хонда — 41 процент, Нисан и Мазда — 35 процентов.

В прошлом году японские автопроизводители продали в Китае на 200 тысяч машин меньше, нежели годом ранее. В текущем году продажи еще сократятся на 100 тысяч. Многие эксперты заявляют, что территориальный спор между Японией и Китаем усугубляет экономическое положение этих стран и приводит к многомиллиардным убыткам крупных японских и китайских компаний.

Как показало исследование американского банка JPMorgan Chase, от островного спора между Японией и Китаем пострадал не только автопром, но и туристический бизнес. Поток в Японию китайских туристов за первый квартал этого года сократился на 70 процентов, в результате чего выручка Японии от китайских туристов снизилась на 845 млн долларов. Японское деловое сообщество надеется на то, что политики смогут найти компромиссное решение, и торговые отношения между Японией и Китаем восстановятся.

Территориальный спор Китая и Японии может «взорвать» регион

Валерий Кистанов, руководитель Центра исследований Японии Института Дальнего Востока РАН, считает, что конфликт между КНР и Японией по поводу этих спорных островов может активировать подобные споры по всему региону. «Если, не дай-то Бог, вокруг островов Сенкаку произойдет что-то серьезное, это по принципу домино тут же отразится на других конфликтах. Фактически «взорвется» весь регион», — сказал Кистанов.

Следует отметить, что острова Дяоюйдао (Сенкаку), на которые кроме Японии и Китая еще претендует и Тайвань, — не единственное в регионе яблоко раздора. В Южно-Китайском море 6 государств — Китай, Вьетнам, Тайвань, Филиппины, Малайзия и Бруней — друг у друга оспаривают принадлежность островов Спратли. Там расположены и спорные Парасельские острова, которые никак не поделят Китай, Вьетнам и Тайвань. Острова Лианкур (Токто) в Японском море долгие годы делят Южная Корея и Япония. Япония претендует на острова Курильской гряды, которые принадлежат России.

Как отмечает эксперт, возможность «цепной реакции» — это весомый аргумент в пользу того, что нужно решать проблему мирным путем, несмотря на серьезные масштабы конфликта. Военный конфликт не выгоден ни Пекину, ни Токио, поэтому политикам придется договариваться.

Читайте самое интересное в рубрике «Мир»

Инцидент на море поставил Японию и Китай на грань столкновения

Токио пытается помешать сближению Москвы с Пекином

В майских учениях над Восточно-Китайским морем были задействованы китайские истребители JH-7. Фото с сайта www.chinamil.com.cn

Китайские бомбардировщики нацелили ракеты на японские эсминцы в ходе учений в Восточно-Китайском море. Это чрезвычайно опасная акция, заявил Токио. Она показала, что территориальный спор между двумя державами отнюдь не улажен, несмотря на стремление их лидеров совместно противостоять экономическому диктату США.

Происшествие с самолетами Китая и кораблями Японии случилось в мае. Однако Токио не заявлял протест Пекину и ранее не публиковал о нем информацию. Спрашивается, почему. Как передало агентство Kyodo, Япония не хочет, согласно источникам, раскрывать свои методы сбора разведывательных данных и возможности их анализа.

Газета Japan Times называет сообщение об инциденте ошеломляющим, но, как и агентство, не отвечает, казалось бы, на очевидный, вопрос: если держали тайну под замком почти три месяца, то чего ради сняли с нее замок сейчас?

Возможно, мы становимся свидетелями чрезвычайно хитрого хода японской дипломатии. Ведь планируется визит председателя КНР Си Цзиньпина в Японию. И Токио молчал ради того, чтобы не портить атмосферу будущей поездки высокого гостя из Поднебесной. Тем более что Пекин тоже кое-что делал для успеха миссии Си. Китайские власти приказали своим рыбакам не вести лов в пределах территориальных вод, омывающих острова Сенкаку (Дяоюйдао) в Восточно-Китайском море. Из-за них-то между Японией и Китаем и идет спор в течение многих лет.

Контролирует острова Япония, но она жалуется на вторжения судов КНР. К тому же, по японским данным, Китай стал в одностороннем порядке разрабатывать на дне залежи газа вопреки соглашению 2008 года об их совместном освоении с Японией.

И вот в конце мая несколько китайских истребителей-бомбардировщиков JH-7 приблизились на расстояние возможного удара к двум японским эсминцам. Команды кораблей не смогли определить, что собирались делать пилоты. Но Силы самообороны Японии перехватили переговоры между китайскими летчиками. Они говорили, что наведут в учебных целях оружие на японские корабли.

Обычно ни одной стране не позволяется наводить оружие на военный объект другой страны во время учений в международных водах, говорит Бонджи Охара, старший научный сотрудник Фонда мира Sasakawa. Некоторые японские чиновники прямо называют действия китайских пилотов провокацией.

Но, может быть, в Токио реагируют на случившееся чересчур эмоционально? Вспомним, что в конце июля российские и китайские самолеты провели совместное патрулирование над Восточно-Китайским и Японским морями над международными водами, а японские и южнокорейские истребители были подняты в воздух для их перехвата.

В беседе с «НГ» руководитель Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН Валерий Кистанов отметил: «В принципе японский премьер-министр Синдзо Абэ, как и Си Цзиньпин, держит курс на укрепление взаимоотношений. Обе страны сталкиваются с экономическим давлением со стороны США. С Китаем дело дошло до торговой войны. На очереди стоит Япония. Несмотря на заявления Абэ и Трампа о нерушимости союза двух стран, президент США считает, что Япония прибегает к нечестной торговой практике и должна пойти на уступки».

По словам эксперта, вот-вот должны начаться переговоры, где Трамп будет выкручивать руки японцам. «Давление Трампа на Японию и Китай заставляет их искать договоренности. Причем Абэ этого давно добивался. Это одна из его главных внешнеполитических целей. Для Японии Китай – главный торговый партнер. В то же время он, согласно документам, представляет собой главную военную угрозу», – сказал эксперт.

Смотрите так же:  Приказ по физо 500

С другой стороны, японцы очень боятся сближения Китая с Россией на антияпонской основе. «Это кошмар для японских политиков. Абэ ведь ведет дело к улучшению отношений с Россией не только ради решения территориального вопроса. Он бы хотел немного «оттащить» Россию от Китая», – заключил Кистанов.

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Территориальный спор Японии и Китая может «взорвать» регион — эксперт

МОСКВА, 18 сен — РИА Новости. Конфликт между Японией и Китаем по поводу группы спорных островов в Восточно-Китайском море может активировать подобные территориальные споры по всему региону, считает руководитель Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН Валерий Кистанов.

Территориальный спор между Китаем и Японией о принадлежности островов Сенкаку (китайское название Дяоюйдао) обострился неделю назад после покупки японским правительством принадлежащих частному владельцу трех из пяти островов архипелага. По всему Китаю в эти дни проходят масштабные антияпонские демонстрации протеста. Власти КНР призывают Токио аннулировать свое решение по спорным островам.

«Если, не дай Бог, что-то серьезное произойдет вокруг островов Сенкаку, конечно же, это по принципу домино может отразиться на других конфликтах. То есть, фактически будет взорван весь регион», — сказал Кистанов РИА Новости.

Он напомнил, что острова Сенкаку (Дяоюйдао), на которые помимо Китая и Японии претендует также Тайвань, — не единственное яблоко раздора в регионе. В Южно-Китайском море сразу шесть стран — Китай, Тайвань, Вьетнам, Малайзия, Филиппины и Бруней — оспаривают друг у друга принадлежность островов Спратли. Там же находятся и спорные Парасельские острова, на них претендуют Китай, Тайвань и Вьетнам. Острова Токто (Лианкур) в Японском море никак не могут поделить Япония и Южная Корея. Япония претендует на четыре острова Курильской гряды, которые по итогам Второй мировой войны вошли в состав СССР, а позднее — РФ.

По мнению эксперта, возможность «цепной реакции» — один из аргументов в пользу того, что, несмотря на небывалые масштабы конфликта между Пекином и Токио, до военного конфликта между двумя государствами дело не дойдет.

«Я думаю, что войны не будет, и военного столкновения тоже, скорее всего, не произойдет», — заметил Кистанов. По его словам, в обеих странах понимают, что военный конфликт не отвечает интересам ни Пекина, ни Токио.

Помимо этого, по мнению эксперта, Токио и Пекин слишком тесно связаны экономически, чтобы вступить в войну. Китай является крупнейшим торговым партнером Японии, в Китае действуют около 30 тысяч японских компаний. Как напомнил Кистанов, Япония «более или менее безболезненно» пережила мировой экономический кризис в 2008 году во многом за счет того, что продавала свои товары на китайском рынке, который рос, в то время как рынки Европы и Северной Америки стагнировали.

Еще одним сдерживающим фактором является договор о безопасности между Японией и США. «В обеих странах понимают, что Япония не останется один на один с Китаем в случае возникновения серьезного конфликта, потому что связана договором безопасности с Соединенными Штатами», — напомнил ученый. Он уточнил, что по этому договору США обязаны защищать Японию, если она подвергнется крупномасштабной агрессии извне.

Эксперт отметил, что Пекин и Токио пока явно не собираются отказываться от попыток решить конфликт миром. До сих пор стороны не задействовали свои ВМС, к спорным островам подходят только рыболовецкие суда и патрульные корабли береговой охраны, но боевых кораблей там нет.

«Несмотря на масштабы (антияпонских выступлений в Китае), я считаю, что мы, может быть, уже сейчас наблюдаем пик (конфликта), а дальше дело пойдет на спад», — полагает Кистанов.

По его словам, китайско-японские отношения могут вернуться в нормальное русло не сразу из-за внутриполитической обстановки в обоих государствах. Как напомнил Кистанов, в Китае предстоит смена генсека ЦК Компартии и председателя КНР, а в Японии — роспуск парламента. Но в самой Японии есть «ряд серьезных экспертов, которые полагают, что Китай на самом деле не заинтересован в том, чтобы антияпонские настроения и выступления до бесконечности разрастались, и градус их накалялся, потому что они могут перекинуться на китайское правительство», — отметил российский ученый.

Другой эксперт, директор Института стратегических оценок Сергей Ознобищев, отвечая на вопросы РИА Новости, высказал мнение, что конфликт вокруг островов Дяоюйдао вряд ли вызовет обострение других территориальных споров в регионе.

«Эффекта домино все-таки не бывает в таких вещах. Редко случается, чтобы, когда что-то происходит, заинтересованные лидеры в других территориальных спорах решали: «Надо бы нам тоже прояснить ситуацию в очередной раз», — сказал Ознобищев. «У каждого территориального спора есть свои причины, своя логика, своя история и свои застарелые противоречия», — добавил он.

При этом эксперт отметил, что сам по себе территориальный спор между Пекином и Токио «чреват серьезными осложнениями». «И Китай, и Япония — это очень мощные державы. Державы восточные, самолюбивые, с чувством достоинства и, так скажем, с политическим гонором. И тут в худшем случае все может дойти до прямых столкновений. Надеюсь, что их удастся предотвратить», — добавил собеседник агентства.

Однако, уточнил аналитик, речь не идет о военных столкновениях на уровне государств. «Национальный дух, он уже провоцирует граждан на многие вещи. Вот сейчас китайские рыболовные шхуны направились к спорным островам, японцы там тоже наверняка будут высаживаться. Это все Восток, особый менталитет. И это уже будет остановить не очень просто», — считает Ознобищев.

Пять островов Сенкаку (Дяоюйдао) являются спорной территорией между Японией и Китаем. Пекин и Токио не могут определить прохождение границы между исключительными экономическими зонами в районе островов. Токио настаивает на прохождении разделительной линии посередине водного пространства, Пекин — на перемещении линии ближе к японскому побережью.

Япония утверждает, что занимает острова с 1895 года, Китай же напоминает, что на японских картах 1783 и 1785 годов Дяоюйдао обозначены как китайская территория. После Второй мировой войны острова находились под контролем США и были переданы Японии в 1972 году. На Тайване и в континентальном Китае считают, что Япония удерживает острова незаконно. Япония считает, что Китай и Тайвань стали претендовать на острова с 1970-х годов, когда выяснилось, что в этом районе много полезных ископаемых.

Японо-китайский территориальный конфликт: причины и последствия

В свою очередь Китай считает архипелаг Дяоюйдао исконно китайской землей. В качестве доказательства государственные медиа КНР, к примеру, приводят «древние карты», на которых острова обозначены как владения Пекина. В Токио прибегают к такому же приему: в 2015 году МИД Японии обнаружил китайскую карту от 1969 года, на которой острова названы по-японски.

Решение проблемы спорных районов осложняется наличием богатых рыбных ресурсов и потенциальных залежей природных ископаемых. В 1968 году в районе островов были проведены исследования под эгидой ООН, на основании которых был сделан вывод о возможности наличия запасов нефти и газа. Однако точных объемов этих запасов никто не знает: по оценке Администрации энергетической информации США, в Восточно-Китайском море залегает 28–57 млрд кубометров углеводородов, китайские расчеты превышают эти показатели в сотни раз.

Острова также представляют стратегический интерес для Пекина и Токио: обладание ими расширяет возможности как гражданского, так и военного судоходства. Из-за территориального спора стороны не могут определить прохождение границы между исключительными экономическими зонами в районе островов Сенкаку. Япония настаивает на прохождении разделительной линии посередине водного пространства, КНР — на перемещении линии ближе к японскому побережью.

За последние полвека динамика конфликта менялась, но никогда не переходила в «горячую» фазу. КНР и Тайвань заявили о своих притязаниях на острова в 1971 году в связи с предстоящим возвращением Окинавы под юрисдикцию Японии. В 1978 году после подписания японо-китайского договора о мире, дружбе и сотрудничестве Япония и КНР договорились заморозить дебаты вокруг островов. В апреле 1992 года во время визита в Токио генерального секретаря ЦК КПК Цзян Цзэминя территориальный спор был отложен на усмотрение будущих поколений. При этом каждая из сторон по-прежнему продолжала считать эти территории своими. С обеих сторон развернулись общественные движения за возвращение островов, которым сопутствовали массовые акции националистического толка.

Обострение конфликта

До конца 2000-х ситуация развивалась в позитивном ключе, и стороны даже подумывали о совместной разработке месторождений Восточно-Китайского моря. За это выступал, в частности, японский премьер-министр Юкио Хатояма, который заявил в 2009 году: «Я хочу превратить море проблем в море дружбы». В аналогичном ключе высказывался его китайский коллега Ху Цзиньтао.

Этим планам не суждено было сбыться. 11 сентября 2012 года правительство Японии национализировало три острова — Уоцури, Китако и Минамико, подписав с частным владельцем контракт о покупке этих островов за ?2,05 млрд (около $26 млн). До национализации островов Япония арендовала их у семьи Курихара. Аренда ежегодно обходилась государству в ?24 млн (около $314 тыс.).

Национализация островов была воспринята Пекином в штыки. МИД КНР призвал Японию пересмотреть свое решение, а оборонное ведомство Китая подчеркнуло, что «вооруженные силы Китая оставляют за собой право на ответные меры в связи с покупкой Японией островов Дяоюйдао».

В ответ на национализацию островов Японией в более чем 100 городах КНР прошли антияпонские демонстрации, в которых приняли участие свыше 500 тыс. человек — это самые крупные выступления в Китае с момента нормализации дипломатических отношений между двумя странами в 1972 году. Митингующие громили японские магазины и предприятия. Около представительств японских автоконцернов Toyota, Nissan и Honda по всей стране было сожжено более 100 автомобилей. На несколько процентных пунктов просели показатели японского экспорта в Китай, поскольку китайцы начали массово отказываться от продуктов из Японии.

14 сентября 2012 года шесть патрульных кораблей КНР вошли в территориальные воды, которые Япония считает своими. Демонстративный заход китайских сторожевиков стал самым крупным за всю историю территориального конфликта между Токио и Пекином вокруг Сенкаку и продолжался около семи часов. С тех пор сторожевые корабли Китая почти постоянно находятся вблизи Сенкаку и периодически совершают заходы в прибрежную зону. В среднем китайцы наведываются в спорные воды от семи до 12 раз в месяц (максимальное число нарушений — 28 — было зафиксировано в августе 2013 года).

• 17 сентября 2012 года на фоне обострения спора с Японией вокруг островов Китай начал учения ВВС с участием своих новейших истребителей и десантных кораблей. В этот же день к берегам архипелага выдвинулась флотилия из тысячи китайских рыболовных судов.

• 25 сентября 2012 года к конфликту открыто подключился Тайвань. К Сенкаку попытались прорваться около 50 тайваньских судов. Японские пограничники были вынуждены применить мощные водометы и в итоге вытеснили их в международные воды.

• 30 января 2013 года китайский фрегат временно взял под боевой прицел японское патрульное судно в районе спорных островов Дяоюйдао. По заключению японской стороны, это был «радар наведения стрельб». В связи с этим инцидентом правительство Японии приняло решение сформировать специальный отряд сил самообороны страны для защиты островов Сенкаку в составе 20 патрульных кораблей и 13 самолетов.

• 23 июля 2013 года в КНР создано Управление морской полиции, в функции которого включена, в частности, «защита суверенитета страны над территориальными водами».

• 24 июля 2013 года корабли морской полиции КНР впервые вошли в зону, которую Токио считает своими территориальными водами. Японские пограничники не предпринимали активных действий, опасаясь разрастания конфликта.

• 29-30 июля 2013 года во время визита в КНР первого заместителя министра иностранных дел Японии Акитаки Сайки состоялись его переговоры с министром иностранных дел КНР Ван И по вопросам двусторонних отношений, в том числе по конфликту вокруг Сенкаку. Достигнута договоренность о продолжении переговоров на разных уровнях.

• В сентябре 2013 года из-за конфликта вокруг островов власти Китая отказались от проведения встречи между председателем КНР Си Цзиньпином и премьер-министром Японии Синдзо Абэ на саммите G20 в Санкт-Петербурге.

• 3 октября 2013 года в Токио министр обороны США Чак Хейгел подтвердил, что на острова Сенкаку распространяются административные права Японии, следовательно, к ним применяются положения двустороннего договора безопасности. Это означает, что Вашингтон придет на помощь Японии в случае ее столкновения с КНР у этих островов

• 6 ноября 2013 года японские силы самообороны впервые разместили противокарабельные ракеты SSM-1 на островах Мияко и Окинава, взяв под прицел международные проливы, ведущие из Восточно-Китайского моря в Тихий океан.

• 16 ноября 2013 года четыре катера морской полиции КНР вошли в район расположения островов Сенкаку, этот заход стал 70-м с момента национализации этой территории японским правительством 11 сентября 2012 года.

Ситуация накалилась до предела, когда 23 ноября 2013 года министерство обороны КНР объявило о создании опознавательной зоны воздушной обороны в Восточно-Китайском море, которая, в частности, распространяется и на спорные острова Сенкаку. Согласно распоряжению минобороны КНР, китайские вооруженные силы отныне будут применять меры оборонительного характера в отношении любых воздушных судов, не отвечающих на запросы и не подчиняющихся приказам при нахождении в этой зоне.

За что борются Япония и Китай

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, это программа «Обложка-2», как всегда мы в эфире обсуждаем темы, которые кажутся наиболее важными для иностранных еженедельников. Наша тема — за что борются Япония и Китай. Мои гости — Александр Лукин, проректор Дипломатической академии МИД России, Федор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» и Александр Панов, российский посол в Японии с 1996 по 2003 год.

На этой неделе мы с изумлением наблюдали за обострением территориального спора между Японией и Китаем вокруг островов, которые по-японски называются Сенкаку, в Восточно-Китайском море, и мы продолжаем за этим наблюдать, потому что история далеко не закончилась. В какой-то момент туда приходили Китайские военные суда, в Китае продолжаются многочисленные протесты, японские компании приостанавливают свою деятельность в Китае и сегодня пришло сообщение о том, что Япония и Китай отказались от совместных мероприятий, посвященные 40-летию мирных отношений, — потому что момент совсем неподходящий, им совсем не до того. В этой истории есть разные сюжеты, исторические неразрешенные споры прошлого века, борьба за природные ресурсы. Если можно, попытаемся в этом разобраться.

Смотрите так же:  Сулейманов ахмед адвокат

Но вначале спрошу — что за странный повод для этого конфликта, когда эти острова, которых всего 5 штук, три из них японское правительство ершило выкупить у частных владельцев — почему это они были у частных владельцев?

А.ПАНОВ: наверное, нужно вернуться к принципиальной стороне дела. Потому что это спор не только между Китаем и Японией, но и между Японией и Южной Корее только что тоже было большое обострение. Есть спор между Китаем и рядом стран Юго-Восточной Азией, территориальный.

О.БЫЧКОВА: И между Россией и Японией тоже.

А.ПАНОВ: Да, что касается спора Китайцев и японцев, это связано в значительной степени с изменением баланса сил в регионе. Резко выросло влияние и могущество Китая, на этом фоне идет как раз снижение экономических позиций Японии. Республика Корея тоже вышла на место в мире по объему экономики, и растет национализм. И, в общем то, конечно, японцам сейчас показывают: ребята, вы уже не лидеры в регионе, вам надо с этим смириться. А вообще исторически эти проблемы, практически все территориальные вокруг Японии, были созданы после Второй мировой войны с участием США и даже при их инициативе. Это очень сильно проявилось в нашем споре с японцами по территориям. Потому что США, когда мы уже были готовы в 1956 г. заключить мирный договор, сказали, что если японцы согласятся получить только два из 4 островов, на которые они претендовали, они им никогда не вернут Окинаву. И Япония вынуждена была согласиться.

То же самое касается островов Сенкаку. В принципе, американцы были готовы признать эти острова за Китаем сразу после войны, но в Китае произошла коммунистическая революция, и естественно, США этот вопрос сначала подвесили, а потом отдали эти территории Японии, когда возвращали остров Окинава. Если говорить о других островах, то же самое касается территориального спора между Корей и Японией — тоже этот вопрос в значительной степени был инспирирован США.

О.БЫЧКОВА: Почему они оказались частными?

А.ПАНОВ: Когда передавались территории, в принципе, они в то время никому особенно были не нужны. Их дали в частное владение для того, чтобы чем-то там занялись предприниматели, японцы. В общем, частная собственность на земли существует, в этом ничего такого нет.

О.БЫЧКОВА: А потто выяснилось, что там есть месторождения природного газа, и японское правительство решило эти острова сделать снова государственными?

А.ПАНОВ: Самое интересное, что никто не знает — никто не бурил, и не проверят, есть там газ или нефть. Считается, что если вы владеете этими островами, то вся территория — 200 миль экономической зоны — вы можете претендовать на то, что это ваш шельф. Поэтому, конечно, это лакомый кусок. Но было пробное бурение — не все время были споры между Китаем и Японией на этих территориях. Ден Сяопин в 1978 г. сказал, что мы сейчас не можем решить этот вопрос, мы недостаточно мудры — пусть решает другое поколение, а пока будем совместно осваивать, что там может быть. И уже после этого высказывания провели одно бурение, было даже соглашение Китайско-японское — ничего там не нашли, и закрыли это дело.

Поэтому сейчас это в значительной степени один из аргументов, но он не главный. Главное это то, что растет мощь Китая, падает влияние Японии, на этом фоне очень сильно растет национализм в регионе, и это привело к взрыву таких эмоций. Но есть еще и другие причины.

О.БЫЧКОВА: Слушатели спрашивают, возможен ли в этой ситуации вооруженный конфликт?

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Надо начать с того, что с 1978 г. Китайская позиция была по всем вопросам внешней политики была такова, что надо проводить политику скромную, всякие спорные вопросы подвесить для будущих поколений, а пока с соседними странами дружить, развивать экономические связи, чтобы способствовать внутреннему развитию, и эта политика соблюдалась до сих пор. Но с Китайской стороны конкретно по этим островам, которые называются по-Китайски называются Дяоюйдао, — с Китайской стороны было понимание, что японцы будут соблюдать статус-кво и передачу из частных рук в государственные, что на самом деле ничего не решает — это чисто символический жест.

О.БЫЧКОВА: Руки все равно японские — что государственные, что частные.

А.ЛУКИН: Даже если бы они были в частном Китайском владении — вы же можете иметь землю в Испании. Вопрос собственности суверенитета два совершенно разных вопроса, никак не связанные. Суверенитет оспаривается, но контроль японский. Но Китайцы восприняли это как нарушение статус-кво и решили этим воспользоваться, чтобы покапать свое недовольство. Первая акция была японская и китайский ответ в очередной раз возбудило страсти.

Что касается войны — думаю, в этот раз до войны дело не дойдет, и тут есть множество причин — во-первых, огромная взаимная экономическая зависимость между двумя странами: Япония — второй торговый партнер Китая из государств, первый — США. Япония второй или третий инвестор — 10% инвестиций в Китайскую экономику поступает из Японии. Значит, Китай, в свою очередь, тоже не может жить без экспорта и без внешних рынков, в том числе, японского. Если он теряет внешние рынки, как это было недавно кризиса на Западе, то там возникает безработица, социальные проблемы, и так далее. Поэтому, конечно, оба правительство будут стараться не доводить дело до войны.

Но в политике имеет значение не только экономическая выгода. Если исходить из экономической выгоды, то СССР и Германия в начале 1941 г. были главными партнерами в Европе экономическими — все равно началась война. Есть вопросы роста национализма, психологические и исторические, которые, в принципе, могут довести дело до серьезного конфликта, если их вовремя не остановить.

О.БЫЧКОВА: Реплика: «Китайцы озверели — неужели им мало дальнего Востока, который с подачи президента России постепенно превращается в Китайский восток?» — Михаил. Зачем это все Китайцам? У них масса своих проблем, есть чем заняться, у них там происходят внутри сложные истории, а тут какие-то несчастные острова.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: А чем они несчастные? Они как раз с точки зрения политической выгоды очень счастливые. Я не думаю, что это так, но вполне можно интерпретировать, что как раз по той причине, что у них всякие сложные процессы внутри, самое время, чтобы народный гнев со всем пылом обрушился на японских наследников-милитаристов, и «не дадим не пяди земли».

О.БЫЧКОВА: Если там происходят массовые манифестации и нападения на японские компании — трудно поверить, что это все разгневанные граждане вышли, а не граждане, организованные местными не знаю, кем.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Скажем так — одно другого не исключает. Граждан организуют, а гнев потом вспыхивает у всех внезапно — так бывает. Но что касается цели — могу только повторить — экономикой все не решается. Есть вопрос престижа. Вопрос престижа в Восточной Азии, в Тихоокеанском регионе, в общем, является главным. Потому что надо все время всем показывать, что они не промах.

О.БЫЧКОВА: Кто тут самый крутой.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Кто самый крутой, в общем, уже понятно. Но если остальные не самые крутые, то, по крайней мере, они в обиду себя не дадут и не позволят с собой не считаться и ни на какие уступки не пойдут. И в этом смысле японский шаг действительно ничего не меняет — чья собственность на эти острова не играет роли. Но у меня ощущение, что Япония в последнее время психологически ощущает себя в осаде, чувствует, что на нее оказывается давление со всех сторон — тут и визиты президента, а потом премьер-министра Медведева на Курилы, визит президента Южной Кореи на спорный остров, который абсолютно повторил то, что сделал Медведев, а тут еще Китай. То есть, у Японии ощущение, что на нее давят отовсюду, и надо как-то реагировать.

О.БЫЧКОВА: Плюс экономику.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Это везде больное место.

А.ПАНОВ: Безусловно, это есть. К тому же уже несколько лет продолжается политическая нестабильность в стране, и сейчас очень расхожее мнение есть — да. У нас есть МИД, но у нас нет внешней политики. На нас действительно со всех сторон наступают, а мы не можем ничего противопоставить — надо что-то делать, — где решительные действия правительства, наш ответ на все это? — действительно, это раскручивается, в Японии тоже есть свои националисты. И показательно, что вообще-то японцы, даже в настоящее время, глубокой вины за то, что они делали во время Второй мировой войны, не ощущают. У них нет как в Германии, которая покаялась, извинилась, выплатила репарации даже частным лицам. Японцы с огромным трудом признают некоторые свои деяния, и то не все.

О.БЫЧКОВА: Может это потому, что у них страну просто стерли с лица земли, — монархию, и все институты.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Германию тоже стерли.

А.ПАНОВ: Впервые японцы признали, что они делали что-то нехорошее только через 50 лет после Второй мировой войны — было принято специальное решение парламента. И то — там нет ни слова, что они извиняются — они сожалеют, раскаиваются, но никаких извинений.

О.БЫЧКОВА: Но на них бросали атомную бомбу.

А.ПАНОВ: Мы поговорим, как они относятся к этому, их отношение к России и США послевоенное. Но я о другом говорю. В Китае была массовая резня, «Нанкинская» — там более 3 тысяч человек гражданского населения вырезали — японцы до сих пор этого не признают: да, ну, было что то, но это не такое уж. Они не говорят, что у них была агрессия, они говорят, что было «продвижение» на континент, что освобождали Азию от западного колониализма. И это очень глубоко. На днях я разговаривал с японским политологом, говорю: у вас проблемы с Кореей, но вы должны осознавать, что вы 40 лет мучили корейский народ. Знаете, что он мне ответил? — ну да, мы сделали Корею колонией, но если бы мы этого не сделали, сделали бы вы. Представляете, логика потрясающая. Когда принимали резолюцию парламента с признанием каких-то деяний, там было сказано: вообще-то это был период, когда все куда-то шли и завоевывали, ну и мы тоже, под общую кампанию попали. Это очень серьезно осложняет отношение к Японии со стороны азиатских государств — никто не верит, что японцы раскаялись. И то, что они почитают погибших, казненных преступников, это в Китае и Корее вызывает огромное возмущение. И это, конечно, тот фон, который тоже учитывается, когда начинаются территориальные проблемы.

О.БЫЧКОВА: «Если неизвестно, кому эти острова принадлежат, кто их отдал в частное владение?» — формально они принадлежат Японии?

А.ПАНОВ: Когда США возвращали Японии Окинаву, все это находилось под административным контролем СШГА.

О.БЫЧКОВА: После того, как у Японии после 1945 г. забрали вообще все.

А.ПАНОВ: Да. И США возвращали. Сначала у США было намерение вернуть их Китаю, но Китай стал коммунистическим, и вопрос отпал.

О.БЫЧКОВА: Но так как еще раньше эти острова были Китайскими, то они продолжают считать их своими.

А.ПАНОВ: Исторически если покопаться, то можно чего только не найти — это бессмысленно. Когда мы ведем с японцами переговоры, мы убедились, что исторически ничего не докажешь.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: На такого рода конфликты можно набрать фолианты доказательств, — такого рода конфликты решаются только исходя из баланса сил. Никакие аргументы — юридические, правовые, не действуют.

А.ЛУКИН: Я бы хотел разобраться с Михаилом, который вопрос задал. Во-первых, надо сказать, что Михаил явно не владеет ситуацией на Дальнем Востоке, потому что это никак нельзя сравнивать с Дальним Востоком — Китай не претендует и никогда не претендовал На Дальний Восток, — там отношения совершенно другие, что касается второй части вопроса — о том, что «Китайцы оборзели», то здесь есть некоторая доля истины — если переформулировать это более литературным языком.

Я бы сказал так — дело в том, что Китай последние 20 лет быстро развивался и наращивал свою мощь — экономическую, политическую, в том числе, военную. Когда некоторые страны — скажем. Россия, — непонятно чем, занималась, поэтому нам борзеть особенно не с чего, а если кто-то и борзеет, то делает это на пустом месте, то у Китая ест действительно основания для «борзости».

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Интересный вывод получился.

О.БЫЧКОВА: Вполне научный.

А.ЛУКИН: И можно сказать определенно, что Китай продолжает внешнюю политику времен Ден Сяопина и его реальная внешнеполитическая активность гораздо меньше, чем она могла бы быть, используй он реальную мощь своих ресурсов.

А.ЛУКИН: Да. Тем не менее — насчет организации всяких протестов — я немного знаю ситуацию в Китае и могу сказать, что в Китае в последнее время появилось общественное мнение, и оно крайне националистическое. Япония это первый и главный объект национализма китайского. Японцев в Китае ненавидят практически все. Самое главное ругательство в Китае — «японец» — если кого-то обзовут «японцем», то тебе просто морду набьют — это страшное ругательство, — это по всем тем причинам, о которых уже говорили — они не признают свои зверства, и так далее. Поэтому правительство на самом деле пытается сдержать этот национализм, это давление общества на правительство в сторону более активной политики.

О.БЫЧКОВА: как формулируется этот национализм — чего хотят Китайские националисты?

А.ЛУКИН: В последнее время в Китае публикуют книги, статьи, выступления некоторых людей, в том числе военных, военных ученых, которые говорят такие вещи — что США военным путем защищает свои экономические интересы в мире. А мы что сидим? Пускай наша армия, тоже защищает наши интересы в мире, давайте построим базы. А некоторые говорят, что Китайцы вообще более справедливые, поэтому нам должно быть поручено мировым сообществом распределение мировых ресурсов. А то, что мы более справедливы и эффективны, это показывает наша экономическая политика. Когда Китайских официальных лиц спрашиваешь — как же так, у вас печатают такие вещи, они говорят — ну, у нас дискуссия, это неофициальное мнение. У вас тоже черте чего печатают про Китай.

Но на самом деле мы понимаем, что такая волна идет. Идет давление. Поэтому всякий раз, когда в Китае возникают какие-то проблемы, всегда начинается антияпонская волна. И правительство старается ее — ну, может быть, как-то сдержать и использовать в правильном русле, но одновременно страшно боится, что эта волна обернется против самого правительства, как это много раз было в Китайской истории.

О.БЫЧКОВА: Очень интересная тема, продолжим после кратких новостей.

О.БЫЧКОВА: Продолжаем программу. Говорим о том, за что борются Россия и Китай, — они сейчас находятся в острой стадии территориального спора. Олег из Вологды: «А не были ли когда-нибудь эти острова нашими? Давайте заберем их себе, чтобы никому не было обидно» — только этого нам для полного счастья не хватало. Дмитрий: «Какова позиция российского МИДа в этом споре, кого мы поддерживаем? У нас же с японцами спор по Курилам — давайте все вместе себе заберем».

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Очень часто я слышу такие обывательские комментарии. Может, с Японией мы в плохих отношениях, с Китаем в хороших — давайте их поддержим. По-моему совершенно очевидно, что ни в коем случае в таких вопросах нельзя никого поддерживать. Вот США. К сожалению для них, не могут не поддерживать Японию, потому что имеют формальные обязательства. Кстати, любопытно — был министр обороны Леон Панетта в Токио и по итогам их переговоров японский министр заявил, что Панетта в разговоре с ним подтвердил, что американские военные гарантии распространяются на остров Сенкаку, и если что,-то… Но сам Панетта этого не сказал. Думаю, что он действительно это сказал, но американцы формально стараются не вмешиваться. А что касается нас, мне кажется, что если проводить аналогию, то в вопросе по Курилам мы находимся в положении Японии, а Япония в положении Китая. Потому что мы контролируем острова — Япония претендует. То же и там — Япония контролирует, Китай претендует. Поэтому поддерживать Китай, мне кажется, России нет никаких резонов.

Смотрите так же:  Как заполнить декларацию на возврат подоходного налога на детей

О.БЫЧКОВА: Таня: «Такие острова нужны для современного конфликта — почему конфликт возник сейчас и кому это нужно?» — действительно, японский и Китайский национализм всегда были, периодически вспыхивают, как минимум, раз в год, что сейчас произошло кроме обычного национализма с обеих сторон?

А.ПАНОВ: Думаю, здесь сыграли роль со стороны Китая внутренние обстоятельства — готовится передача власти и нельзя сказать, что все замечательно и хорошо в Китае, в том числе, экономической и социальной точки зрения. И скандалы в высшем руководстве и ностальгия по идеологии Мао Цзе Дуна. Интересно, что когда были демонстрации против Японии, то среди демонстрантов шли кита2йцы с плакатами «За права человека, за демократию, за конституционное правительство». И это как раз то, когда гнев может перейти от Японии и начать работать на внутренние обстоятельства. Действительно, после проявлений таких деяний власти стали ограничивать демонстрации. Конечно, все эти массовые демонстрации в ста городах, в значительной степени были подготовлены и направлялись партийным руководством, местными властями, но теперь это начинает приглушаться. Но в принципе большинство считает, что социальные вопросы, которые предстоит решать Китаю, огромны. И речь идет уже сейчас о перестройке и замене модели экономического развития Китая. Внешняя экспансия имеет свои пределы, нужно увеличивать финансирование внутреннего спроса. Сейчас внутренний спрос от ВВП составляет 35%, это мало. И социальные проблемы начинают выходить наружу. Тем более что темпы роста падают в Китайской экономике.

А.ЛУКИН: У нас есть много сторонников теории заговора — что все обязательно возникает по какой-то причине, потому что кто-то что-то подготовил ради чего-то. Надо знать историю — такие обострения возникали исторически много раз. Но вопрос здесь в том, что раз возникнув, правительство должно реагировать, использовать в своих интересах, или, по крайней мере, не показаться слабым. И в японском контексте, где сложная внутриполитическая ситуация, и в Китайском, где скоро будет съезд партии, где общество давит и открыто критикует МИД, говорит, что МИД проявляет слабую позицию — надо воевать, показать им, и так далее.

О.БЫЧКОВА: Прямо-таки воевать?

А.ЛУКИН: Ну да. Если посмотреть китайские сайты.

А.ПАНОВ: Предлагают сбросить атомную бомбу на Японию.

А.ЛУКИН: Или войска применить. Конечно, правительство понимает, что это невозможно и приведет к ужасным последствиям, но в обществе такие мнения есть. Естественно, показаться слабым сложно, правительство должно соблюдать баланс: сделать вид, что они выиграли, а с другой стороны не допустить серьезного конфликта.

Что касается позиции России — совершенно верно, России нужно не вмешиваться. И вообще России крайне невыгодно обострение ситуации в этом регионе. Потому что Россия, ее стратегическая задача — развивать свой дальний Восток, а здесь Китай и Япония могут сыграть определенную роль, важную. Китай первый торговый партнер России и довольно крупный инвестор. Объем торговли в прошлом году — около 80 млрд. долларов. Япония тоже крупный инвестор и крупный торговый партнер — 25 млрд. долларов. Поэтому терять одного из них в пользу другого, или становиться в позицию выбора между ними для нас крайне невыгодно. Поэтому Россия должна приложить все усилия, чтобы стороны мирным путем урегулировали этот вопрос.

О.БЫЧКОВА: Насколько это значимая история для внешнего мира, для Китая с его грядущей передачей власти? С одной стороны, все ожидают перемен, с другой стороны, это перемены, которые Китайское руководство создает своими руками.

А.ЛУКИН: Этот вопрос впрямую с Японией не связан. Китайская политическая система так устроена, что еще Ден Сяопин решил, что нужно на определенном этапе передавать власть в рамках одной партии от одного поколения другому. Должны быть два срока, лет 10 один человек должен сидеть, потом передавать власть представителю более молодого поколения. Так сейчас и должно произойти — так произошло и в прошлый раз. Да, это авторитаризм, но там есть определенные правила — там правит не один человек, как в некоторых странах, правит не 15 человек, как в СССР, а там правит довольно широкая прослойка людей, партийных лидеров разного уровня,. которые решают вопрос, кто будет следующим лидером, кто какой пост займет — думаю, несколько сотен людей принимают решение.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: При том, что в Китае все расписано заранее и было известно давно, кто займет пост председателя, премьера, как это все пройдет, очень все упорядоченно, и эта политическая стабильность, сменяемость, но в условиях абсолютной стабильности, предначертана очень давно. И у многих внешних наблюдателей создалось впечатление, особенно когда нашел экономический кризис, то относительно выиграл Китай — быстрее других начал оправляться. И возникло ощущение, что Китай монолит, асфальтовый каток, который едет и ничего с ним нельзя сделать. Мне кажется, в этот раз это первый случай, когда возникли легкие сомнения в том, что так ли там все монолитно, как выглядело. Потому что и скандал с очень высокопоставленным лидером Бо Силаем, жена которого уже приговорена за убийство, естественно, он уволен отовсюду. А это не просто чиновник, это дин из самых знаковых людей, фигур в руководстве. И очень странное исчезновение Си Дзиньпина.

А.ЛУКИН: Никто не знает, где он был и почему.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Но самое главное — у меня ощущение интересное — Китайцы очень напряжены. Все, что происходит в мире — особенно «арабская весна» и связанные с ней события, хотя, казалось, к Китаю они имеют очень мало отношения, надежды ультралибералов полтора года назад, что это как-нибудь перекинется на Китай, были похоронены в зародыше — это невозможно. Но Китайцев очень сильно беспокоит рост этой турбулентности. Они прямо чувствуют, если это перейдет какой-то уровень, это начнет сказываться на них — и в экономическом, и в политическом плане. И они очень сильно напряглись. И переход власти, который состоится и конечно, будет как задумано, но в этот раз атмосфера гораздо менее расслабленная, чем это было в прошлый раз.

А.ЛУКИН: Один пример в дополнение — вы пьете жасминовый чай? — в Китае запрещено слово «жасмин», набираете в интернете «жасмин» — компьютер отключается. Потому что была «Жасминовая революция».

Ф.ЛУКЬЯНОВ: В Тунисе.

О.БЫЧКОВА: Да ладно?

А.ЛУКИН: Серьезно. Я сам проверял. Вот так вот — есть некоторое беспокойство.

О.БЫЧКОВА: А то, что Бо Силай, который оказался в странной ситуации с женой, приговоренной за убийство к отложенной смертной казни, — про него известно, что он был человек явно маоистских взглядов. Насколько это показательно для Китайской ситуации — такая левацкая история?

А.ЛУКИН: Эта история очень необычная для Китая. Там один раз даже посадили одного члена политбюро, но за коррупцию. Здесь же явно политическое дело. Бо Силай человек действительно не просто один из крупных лидеров, но и сын ближайшего коллеги Ден Сяопина, одного из выдающихся лидеров Китайской революции. То, что он маоист или верит в маоизм, я не верю — он был мэром города Далянь, потом губернатором провинции и там проводил вполне нормальные реформы, даже был министром коммерции Китая. Проводил политику в положенном русле, социалистического капитализма. Думаю, на каком-то этапе он решил оседлать левую волну, — он явно был очень активный и возможно, хотел стать первым лидером и решил оседлать эту волну. А волна левая в Китае действительно есть, она связана с тем, что развитие Китая привело к большой социальной несправедливости, там есть большая разница между богатыми и бедными, между развитыми и неразвитыми регионами, между городом и деревней, и социальные проблемы беспокоят Китайское население и какая-то часть людей, политиков, старается поставить на эту левую волну — типа как у нас при Сталине было все хорошо, — воров не было, — хотя это вранье, конечно. А там говорят, что при Мао Цзе Дуне коррупции не было, всех нехороших людей сажали и все было нормально. Такая мифология. И он решил в городе Чунсын, где был мэром, это целая провинция, город центрального подчинения, он решил эту волну оседлать. Но при этом оказалось, что его жена крутила какие-то фонды за границей, у нее был человек, англичанин, который этим занимался, и как-то они поссорились и вроде бы, согласно Китайском правосудию, она его убила. И этим решили воспользоваться, чтобы его убрать.

То есть, хотел бы сказать, что Китайское развитие привело к проблемам, проблем много, и левые там есть — это одна из тенденций. И китайское руководство крайне боится этой тенденции. Потому что если левые придут с такими лозунгами к власти, это может остановить реформы, ну и вообще подорвать всю их политику. Поэтому от него решили избавиться.

О.БЫЧКОВА: Вы уже сказали, что требуется перемена курса, связанные и с экономикой и с политикой. Каков элемент непредсказуемости в этих переменах?

А.ПАНОВ: Есть разные прогнозы. Считается, что когда придет к власти новый человек, новая команда, она и начнет разрабатывать новые подходы к решению всех социальных и экономических проблем. Считается, что он из поколения того, которое может нести на себе еще отголоски «Культурной революции» — непонятно, какая философия, идеология может его направлять, — есть опасения, что левацкие теории могут пробиться. Но скорее всего этого не произойдет — думаю, достаточно разумно будет вести себя новое Китайское руководство. Но найти новый верный курс будет сложно. Если будет какая-то внутренняя проблематика превалировать, то многие аналитики не исключают, что тогда Китай будет проводить более напористый внешнеполитический курс, в том числе военные будут иметь больше роли, показывать свою возросшую силу, прежде всего, на морях, Китай будет более энергично.

О.БЫЧКОВА: То есть? Вот история с этими островами.

А.ПАНОВ: Это худший вариант. Хотя мы знаем пример, когда Англия и Аргентина сцепились на Фолклендских островах — была настоящая война. То есть, исключать самый худший сценарий, видимо, тоже нельзя. Но это если только будет очень жесткое обострение внутренних Китайских проблем. Всегда это раньше выливалось в таких ситуациях против Тайваня. Сейчас вряд ли Китай обратит свой взор на Тайвань, но тоже нельзя исключать, что напряжение в Тайваньском проливе тоже возможно — такие обстоятельства недавно уже были.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: Есть еще один очаг, который может сильно эскалировать — это ситуация с Южно-Китайским морем, где тоже есть территориальный конфликт у Китая с соседями, но самое главное это уже вопрос свободы судоходства. В прошлом году Китай сделал такое заявление, что южно-Китайское море это зона непосредственных интересов и попрошу вас впредь, если что, обращаться к нам. Это, во-первых, очень сильно влияет на всех соседей, которые сжимаются и не понимают, чего им ждать. Но самое главное — это красная тряпка для США, потому что могут быть разные территориальные конфликты, некоторые из них хронические, тянутся долго, США там присутствует, обозначает, но не активничает особенно. Но когда речь идет о свободе мореплавания — это основа мощи США, — обеспечение свободы, прежде всего, для себя, и как бы гарант — это главное. И это в истории частенько было «казус Бейли» — если сходятся на этом, кто-то что-то хочет перекрыть, говорит, мы хозяева, спрашивайте нас — это уже почти гарантированный военный конфликт. Недавно такого рода дискуссия была по поводу Ормузского пролива, когда Иран сказал, что может перекрыть. И тут же им сказали — вот это тут же война, сразу — забудьте.

Думаю, что здесь более вероятное обострение, чем в случае с Тайванем, который всегда был в этой роли, но сейчас немного отошел назад. И тут, конечно, первую скрипку будут играть США, потому что кроме всего прочего им необходимо доказывать свою дееспособность в этой части мира.

О.БЫЧКОВА: Обострения такого рода в наше время обязательно должны быть военными?

А.ЛУКИН: Есть примеры хорошие решения территориальных конфликтов или споров — например, России с Китаем. У нас были длительные споры о границе, и все они были решены путем компромисса. Правильно сказано, что это решается путем баланса сил, но мирное решение возможно только путем компромисса. Обе стороны должны понять, что они не получат всего. В нашем территориальном споре с Японией Япония отказывается от любого компромисса, хотя Россия, а до этого СССР показывает, что мы, в принципе, готовы. В этих вопросах тоже: если они не пойдут на компромисс, возможно серьезное обострение.

Что касается Китая, то активизм его может проявляться в других формах — возможно создание военных баз на территории и других государств, — создают же другие страны, — Китай вполне способен это делать. У него большие интересы в Африке, латинской Америке.

О.БЫЧКОВА: А зачем в 21 веке создавать военные базы?

А.ЛУКИН: Зачем Россия создает военную базу в Киргизии? Для того, чтобы лучше было защитить свои стратегические интересы, обеспечить свои стратегические интересы в данном регионе. Для чего США создают базу в Киргизии? Для того, чтобы бороться с талибами. Но возможно создание базы для обеспечения своих экономических интересов, показать свое присутствие. В Китае говорили о создании морской базы, или места для ремонта кораблей в Ормузском заливе. Потом это сняли, там один из военных аналитиков писал про это. Предлог был — борьба с пиратством. Действительно, Китай участвует в борьбе с пиратством, так же, как и Россия. То есть, возможно, это более активная политика.

Но я бы хотел сказать, что эта Китайская активизация действительно настолько беспокоит соседей, что многие соседние государства начинают рассматривать США и их мощь как своего защитника возможного. И уже дело дошло до того, что Вьетнам, который раньше был страшным врагом США, превратился в их друга. К нам приходят из Дипакадемии Вьетнама, они только и делают, что ругают Китай, говорят, что надо его бояться и надо вьетнамцев от него защищать. Это большое беспокойство и России это все крайне невыгодно. Потому что активность Китая с одной стороны приводит к усилению позиций США и усилению присутствия США в этом регионе.

О.БЫЧКОВА: Просто России нечего противопоставить ни тому, ни другому.

А.ЛУКИН: Нам не надо противопоставлять. Нам надо торговать и развивать экономику. А в случае напряженности это будет делать гораздо сложнее.

А.ПАНОВ: Думаю, что нам бояться присутствия США не следует. У нас на Дальнем Востоке никоим образом интересы не пересекаются.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: да, это не Европа, совсем другое.

А.ПАНОВ: Поэтому то, что США может играть роль успокоителя — она уже проявляется. Когда возник спор между Японией и Республикой Кореей, то американцы им сказали просто: господа хорошие, — все. И этот спор исчез. Здесь они призывают сейчас Китай и Японию решать все мирным путем. Но в принципе, мы тоже можем участвовать, но не прямыми действиями, а если потребуется — как посредник, чистый и честный. Но для нас угрозы с точки зрения безопасности нет.

О.БЫЧКОВА: История с этими островами чем закончится? Продемонстрируют вои корабли и успокоятся?

А.ЛУКИН: Она вообще не закончится. Она так и будет еще сто лет.

Ф.ЛУКЬЯНОВ: С обострения эта волна сойдет, а проблема останется. И каждое следующее обострение, думаю, будет более интенсивным — к сожалению, тенденция в этом регионе такова, что все нарастает.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *