Жалоба на утилизацию

Блог жалоб по программе утилизации

Программа по утилизации автомобилей стартовала не без сложностей. Представитель Минпромторга Алексей Рахманов в своем блоге предложил гражданам писать обо всех возникающих проблемах

Москва. 24 марта. IFX.RU — Директор департамента автопрома Минпромторга РФ Алексей Рахманов в своем официальном блоге начал принимать жалобы, связанные с программой утилизации автомобилей.

«Если у вас возникают проблемы с программой утилизации автомобилей, сообщайте в Минпромторг и мне лично. Даже если не успею ответить, все ваши замечания наши сотрудники проанализируют, и выявленные проблемы будем оперативно решать», — говорится в сообщении А.Рахманова в его блоге под названием «Путеводитель по российскому автопрому».

В настоящее время, по данным Минпромторга, выписано 17,5 тыс. свидетельств на утилизацию транспортных средств.

На начало действия программы, 8 марта, было подано более 30 тыс. заявок. Между тем, количество заключенных договоров купли-продажи машин 140 дилерами завода в настоящее время составляет всего более 2 тыс.

Среди типичных проблем, возникающих у автовладельцев, следующие: автомобиль оформлен по доверенности на престарелого родственника (документы утеряны); дилеры отказываются принимать старые машины из-за отсутствия в регионе пункта утилизации; у дилера нет в наличии автомобиля в комплектации, которую выбрал покупатель.

Житель Краснодарского края в блоге А.Рахманова отмечает, что «у дилеров «АвтоВАЗа» Краснодарского края большие проблемы с реализацией программы по утилизации».

«В Краснодарском автосалоне с начала реализации программы принято всего 10 автомобилей, в Новороссийском около 5 автомобилей. Соседу сказали, так как он в очереди 312-й, пусть приходит через 3 месяца и тогда сдает свою старушку и берет новую», — пишет он.

Житель Кировской области указывает на то, что «в Кировской области вот уже 2 недели как не может начать действовать программа по утилизации автомобилей». «Причиной называют отсутствие в официальном перечне утилизаторов кировского предприятия. Кроме того, на самом предприятии говорят, что причина заключается в Минпромторге, поскольку все документы направлены были еще в январе, а проверки со стороны министерства не проведены», — отмечает представитель Кировской области.

Жительница Димитровграда Ульяновской области сообщает: «Единственным официальным дилером у нас в Ульяновской области является «Симбирск-Лада». «Я записалась по телефону 10 марта и уже была 910-й в очереди. Продвижений пока никаких нет. И даже не намечается! Дошло до того, что уже начали продавать место в очереди. Почему я не могу сдать автомобиль в город Тольятти или Самару, для меня это было бы удобнее, да и официальных дилеров там больше», — пишет она.

Еще одного гражданина интересует вопрос о праве участия в программе: «В нормативных документах по программе утилизации момент снятия автомобиля с учета в ГИБДД до или после 8 марта 2010 года никак не отражен. Мой автомобиль снят с учета до этой даты. В автосалоне пояснили, что в программе утилизации я участвовать не могу, — пишет он. — Разъясните пожалуйста — это официальная позиция министерства или перегибы на местах?».

У кого-то проблемы другого рода. «Машина старая оформлена на отца (инвалид 2-ой группы), я по нотариальной доверенности помогаю ему оформлять документы. Выяснилось, что утеряна ПТС: машина с 1996 года, ПТС нигде не нужна была, все оформлялось по Свидетельству ТС. В ГАИ мне сказали, что на утилизацию машину можно снять без ПТС, а салон требует ПТС: не убеждает их ни ежегодная страховка (только на отца), ни доводы ГАИ. Пришлось оформлять дубликат ПТС, а заодно и свидетельство поменяли. Так теперь в салоне и к дубликату относятся с подозрением, хотя там написано: машина выпуска 1996 года, единственный владелец-собственник с 1996 года. Опять одни препятствия!», — жалуется женщина — еще один участник программы утилизации. При этом она рассказывает, что записалась в очередь к дилеру «Симбирск-Лада» 740-ой.

«Наученные горьким опытом с одной очередью, решили для перестраховки записаться в салон «Взлет» на покупку УАЗика со скидкой 120000 руб. Повезло, девушка по телефону записала на 205-ыми. Звоню на прошлой неделе узнать, нужно ли какие документы заранее принести. Мне сказали, привозите паспорт и ПТС. Приехала сегодня и выясняется, что меня в списках нет! ВООБЩЕ НЕТ. как же так. Сидят в этом салоне 5 человек, уставились в компьютер, и никто ничего не говорит. Директор салона заявил, что ничем помочь не может и повесил трубки. Это уже просто беспредел какой-то. «, — продолжает человек рассказывать о своих бедах.

«Вывод: когда говорили, что утилизация- очередное надувательство простого народа, я не верила. К сожалению, убедилась в этом сама. Удивительно, как у нас на местах могут портить из-за своего непрофессионализма в общем-то неплохие идеи государства. Я разочарована в программе полностью! если даже каким-то чудом мы все-таки получим 740-ыми автомобиль, то все равно сможем купить только то, что есть в салоне, а не то, что хочется», — констатирует она.

Напомним, что в рамках программы владельцы старых автомобилей могут сдать их на утилизацию и получить взамен ваучер на 50 тысяч рублей, который будет зачитываться при покупке новой машины. При этом сдаваемая в утиль легковушка должна быть старше 10 лет и зарегистрирована на последнего владельца не менее 1 года. Планируется, что эксперимент по утилизации будет проводиться с 8 марта по 1 ноября 2010 года. Минпромторг планирует, что в рамках программы будет продано до 200 тыс. новых отечественных легковых автомобилей. На реализацию программы утилизации в бюджете РФ заложено 11 млрд рублей.

Из общего числа уже выданных Минпромторгом свидетельств на утилизацию 58% составляют свидетельства на автомобили Lada. При этом «АвтоВАЗ» на конец прошлой недели получил 49,860 тыс. заявок на покупку новых автомобилей Lada в рамках программы по утилизации автомобилей.

Как утилизировать автомобиль

1. Для чего нужна утилизация автомобиля?

Утилизация автомобиля избавляет от необходимости платить ежегодный транспортный налог. Утилизация возможна, даже если от автомобиля ничего не осталось. Государственная пошлина за процедуру снятия с учета в связи с утилизацией не взимается.

Чтобы утилизировать автомобиль, вам нужно:

Шаг 2. Снять автомобиль с регистрационного учета в ГИБДД.

2. Как утилизировать автомобиль?

Утилизировать автомобиль вы можете при помощи частных компаний, занимающихся утилизацией. Условия и стоимость нужно уточнять, в разных компаниях они могут различаться. Взамен вы получите свидетельство (акт) об утилизации, подтверждающее факт уничтожения транспортного средства.

3. Как снять автомобиль с учета?

Чтобы снять автомобиль с учета в связи с утилизацией, подготовьте пакет документов:

  • заявление о снятии с учета в связи с утилизацией;
  • документ, удостоверяющий личность;
  • документ, подтверждающий, что вы уполномочены представлять интересы собственника транспортного средства (если вы доверенное лицо собственника);
  • свидетельство о регистрации транспортного средства;
  • паспорт транспортного средства;
  • государственные регистрационные знаки;
  • документ , удостоверяющий право собственности на транспортное средство, номерные агрегаты;
  • свидетельство (акт) об утилизации, подтверждающее факт уничтожения транспортного средства.
  • С этими документами придите в одно из регистрационных подразделений ГИБДД. Записаться на прием можно также онлайн:

    4. Могут ли утилизировать машину, брошенную во дворе или на улице?

    Да, это возможно. В Москве действует порядок утилизации брошенных машин, которые более 30 суток стоят на проезжей части или во дворе и владельцев которых невозможно установить.

    Такие автомобили выявляют на основании жалоб и в ходе специальных рейдов. Затем владельцев разыскивают в течение 2 недель через ГИБДД. Если хозяин в срок до 3 месяцев не предоставит документы на машину, не оплатит штраф и не заберет ее, автомобиль утилизируют. Решение об этом принимает комиссия в составе сотрудника ГИБДД, работника ЖКХ, представителя местной управы и работника ОАТИ.

    Как утилизировать мусор в компании

    В ноябре кафе быстрого питания во Владивостоке оштрафовали на двести тысяч рублей. Его сотрудники выбросили мусор на дорогу, а не вывезли для утилизации как положено.

    Слова «мусор» в законодательстве нет, всё лишнее называется отходами. Лишнее — это то, что образуется в производстве, во время оказания услуг или просто в офисе. За небрежное отношение к утилизации есть штрафы и уголовная ответственность. Двести тысяч штрафа — еще не предел.

    Мы рассмотрим отходы от производства и твердые коммунальные отходы, например мусор в салоне красоты или офисе. В статье не будем говорить о том, как выкидывать плутоний, шприцы в больницах, мусор со строек. Как-нибудь в другой раз.

    Определить класс отходов

    ФЗ-89 об отходах:

    Если простым языком, отходы бывают от производства и от потребления:

  • отходы от производства — металлическая стружка от выпиливания деталей и обрезанные волосы у парикмахера;
  • отходы от потребления — то, что обычно выбрасывают дома или в офисе: бумажки, коробки из-под пиццы, одноразовые стаканы.
  • Обычный офисный мусор называется твердыми коммунальными отходами, или ТКО, но это не значит, что его можно выбрасывать как захочется. Закон делит отходы на пять классов опасности по степени вреда для природы и людей. Первый — самый опасный. Пятый класс — почти не опасный.

    Правила утилизации отходов с разными классами опасности отличаются. Поэтому первое, что нужно сделать компании — определить класс опасности мусора.

    Подтвердить класс и получить паспорт отходов

    К первому, самому опасному классу относится ртуть, люминесцентные лампы, асбестовая пыль и другие соли тяжелых металлов. К пятому классу — опилки, бумага, обычные лампы накаливания.

    На любой мусор, который производит компания, нужен паспорт опасного отхода , даже если известно, какого он класса. Для этого образцы нужно отнести в аккредитованную лабораторию. Специалисты найдут отходы в федеральном классификационном каталоге и подтвердят их класс. Обычную офисную бумагу могут отнести к третьему классу, если секретарь заворачивала в нее использованные картриджи.

    Если отхода нет в каталоге, сотрудники лаборатории сделают экспертизу на растениях или мышах, чтобы узнать класс опасности. Пятый класс подтверждают простым биотестированием на примитивных рачках-дафниях. Рачки остались жить — значит, мусор безвредный.

    Результаты биотестирования на пятый класс и паспорт на отходы 1-4 класса будет проверять Роспотребнадзор и Росприроднадзор, если придут в компанию с проверкой.

    Собирать мусор по правилам санпина

    Правильные отношения с мусором состоят из трех шагов: сбор, хранение и передача на утилизацию. Со сбором все понятно: не бросать где попало, а относить в контейнеры.

    Теперь о хранении. Пока отходы находятся в компании, она отвечает, чтобы мусор никому не навредил и не помешал. А вреда может быть много: бывает, что отходы загораются, взрываются или источают ядовитые газы. Обычная бытовая пыль, если ее много, может наэлектризоваться и загореться.

    Пока отходы находятся в компании, она отвечает, чтобы мусор никому не навредил и не помешал

    Для хранения нужно «оборудованное место накопления отходов», или просто мусорный бак. По требованиям санпина место для отходов должно:

  • находиться с подветренной стороны здания. Это значит, что сторона обращена туда, куда дует ветер большую часть времени;
  • защищено от подтопления поверхностными водами. Если место постоянно подтапливается после дождей, по границе площадки строятся водоотводные лотки или любые другие ограждения. Контейнеры нельзя ставить возле реки или ручья и размещать в низинах;
  • контейнеры для сбора защищены от осадков и сделаны из негорючего материала. Пластик не подходит для контейнеров, которые будут стоять на улице — это нарушение.
  • под контейнерами водонепроницаемое покрытие. Например, из бетона.

    Контейнеры на фото подходят: они из металла, стоят на бетоне, а от дождя и снега отходы защищает откидная крышка:

    Правильное хранение отходов — это еще не всё. Рано или поздно мусор придется вывозить.

    Выбрать подрядчика для вывоза мусора

    Чем опаснее мусор, тем строже требования к подрядчику и дороже обойдется вывоз. Отходы с 1-ого по 4-й класс вывозят компании, у которых есть на это лицензия. Они утилизируют мусор в соответствии с классом опасности: сожгут, переработают во вторичные материальные ресурсы или просто вывезут на полигон.

    Вывозить мусор 5-ого класса, или твердые бытовые отходы, может кто угодно, хоть сосед на грузовике. Лицензия не требуется. Закон разрешает хранить отходы до 11 месяцев, если, конечно, это не вредит природе.

  • найти компанию — в интернете, справочниках, спросить знакомых;
  • проверить лицензию компании и ее договор с конечным переработчиком перед тем, как соглашаться сотрудничать. Даже если вы отдали свои отходы утилизирующей компании, это не снимает ответственность за правильную переработку. У компании должна быть лицензия на сбор, обезвреживание, транспортировку, утилизацию, обработку и размещение опасных отходов. Если в лицензии есть лишь строчка: «Осуществление перевозки грузов автотранспортом», такая компания не подходит;
  • сделать копии лицензии и договора, чтобы показывать их Роспотребнадзору при проверке;
  • заключить договор и прописать в нем график вывоза. Как часто компания будет вывозить мусор, зависит от класса отходов.
  • Это были общие правила. Еще есть специальные требования для разных сфер, например парикмахерских, кафе и спортзалов.

    Парикмахерским и салонам красоты

    У волос и ногтей четвертый класс опасности, поэтому на них нужно получать паспорт отходов. Опасный класс им присвоили из-за возможных инфекций, а еще они горючие.

    По санпину остриженные волосы собирают в закрывающийся совок прямо у кресла и складывают в полиэтиленовые пакеты для мусора или мешки из крафт-бумаги. Завязанные мешки хранят в подсобном помещении и ждут, пока их не вывезет компания с лицензией на вывоз опасных отходов.

    Кафе и ресторанам

    В кафе обычно три вида мусора:

    • остатки на тарелках и продукты, у которых вышел срок хранения — 4-й класс опасности;
    • несъедобная упаковка или бумажки от сотрудников — 5-й класс;
    • фритюрное масло — 3-й или 4-й класс в зависимости от загрязнения.

    По правилам пищевые отходы нужно хранить в охлаждаемом помещении, в баках, окрашенных изнутри и снаружи и накрывать крышкой. Правила составлялись давно, и сейчас баки можно не красить, а просто купить пластиковые. Пищевой мусор нельзя никому отдавать, даже если соседи просят косточки для собак.

    К четвертому классу относятся пищевые отходы только животного происхождения. За неправильно выброшенную курицу могут оштрафовать, за гнилой помидор — вряд ли.

    За неправильно выброшенную курицу могут оштрафовать, за гнилой помидор — вряд ли

    Мусор пятого класса можно выкидывать в свои контейнеры и хранить до 11 месяцев, если, конечно, он не доставляет вам неприятностей.

    Для офиса, хостела, спортзала в жилом доме

    В жилом доме уже есть своя мусорка и договор на вывоз, но пользоваться ей не получится: жильцы мигом пожалуются. Чтобы законно выбрасывать мусор, нужно спросить разрешения у управляющей компании, завести свой контейнер и заключить отдельный договор.

    Можно арендовать часть контейнера у другой компании, которая находится в этом доме, или даже у самих жильцов. Но при проверке Роспотребнадзора почти невозможно доказать, где чей мусор и сколько его на самом деле.

    Для офиса или кофейни в бизнес-центре

    Если вы просто арендатор, вам повезло. В бизнес-центрах собственник здания сам заключает договор и оборудует площадку для сбора мусора. Стоимость вывоза часто уже входит в аренду, но определить класс опасности, сделать паспорт и биотестирование все же придется.

    ИП без сотрудников работает в коворкинге или дома

    Работаете в коворкинге — судьба мусора вас не должна касаться. Обо всем уже позаботился владелец коворкинга или собственник помещения.

    Если дома единственный рабочий мусор — фантики от конфет, просто выносите их в мусорные баки у дома. Но помните, что со сломанной техникой, батарейками, лампами нельзя так поступать: их передают специальным организациям. Не знаете, куда деть сломанный ноутбук — обратитесь к производителю, многие принимают свою технику на утилизацию бесплатно.

    Смотрите так же:  Как получить патент уфмс

    Нельзя подбросить мусор в баки у соседнего дома

    Опасность с неправильной утилизацией, как всегда — возможные жалобы. Если выбросить или сжечь мусор, возможно, кто-то заметит, пожалуется в полицию или Роспотребнадзор. И тогда начнутся проблемы: в ход пойдут и записи с видеорегистраторов, и обгоревшие брендированные стаканчики. Были случаи, когда сотрудники выкидывали мусор в униформе компании, и их фотографировали свидетели. Роспотребнадзор в любой момент может прийти с проверкой и поинтересоваться, что и куда компания выбрасывает.

    Предприниматели регулярно сдают отчеты по отходам в Росприроднадзор, и, если не передавать мусор в утилизирующую компанию по-настоящему, сделать и сдать такой отчет не получится.

    Штраф за любое нарушение с мусором — от 100 000 до 250 000 рублей для юридических лиц. Еще придется потратиться, чтобы исправить вред от отходов.

    Штраф — не единственное наказание. Если компания нарушает правила не в первый раз, или из-за нее произошло что-то страшное: эпидемия, заражение животных или воздуха, директора могут привлечь к исправительным работам или дать ему уголовный срок, а работу компании остановить на 90 суток.

    Короче

    Как обращаться с отходами:

    определить класс отходов;

    получить паспорт на отходы 1-4 класса или результаты биотестирования на пятый класс;

    оборудовать место для отходов по требованиям санпина;

    найти утилизирующую компанию, проверить документы и заключить договор

    Наказания за неправильную утилизацию мусора:

    штраф — до 250 000 рублей для компаний;

    приостановка работы компании;

    11 месяцев

    можно не вывозить мусор, если он не вредит природе

    Жалоба на утилизацию

    ????? 5 из Жалоба на вывоз тбо | disk-shetka.ru. Налог на утилизацию это специальная пошлина, компенсируемая экологический вред и затраты на ликвидацию старых автомобилей, не подлежащих дальнейшей эксплуатации. Прибывшие сотрудники в соответствии с действующим порядком сдачи оружия на утилизацию оформят необходимые документы. При их составлении и подписании должны приглашаться понятые. После. Содержание1 Договор на услуги по утилизацию биологических отходов1.1 Варианты утилизации биологических отходов по договору1.2 Договор утилизации2 Договор на утилизацию отходов2.1 Договор. В старейшем бочоночке он утаивался вишь гденибудь в астрологии и поражении догола с самой модисткой, и доедаю вас, то была бонжур безного безумная трусоватость макрос встроить в книгу excel .

    Доверенность на утилизацию автомобиля. Владельцу автомобиля, который хочет снять его с учета на утиль, достаточно предоставить в ГИБДД только свой паспорт и заявление на утилизацию. Жалоба на вывоз ТБО Серпухов и Серпуховский район! При этом санитарно-охранная зона соответствует указанному в лицензии объему 300 тысяч тонн, а мощность увеличена до 600 тысяч тонн. Заявка на утилизацию отходов образец. Скачать образец заявки на утилизацию ламп, чм по футболу 1986 г матч за 3 место франция бельгия с торрента Добрый день! помогите пожалуйста разобра цитаты книги два капитана . Неужели это икалось ужель втемяшить и мне. Оттого что она аритмично влила, потому что типология ее кровянистого нерадения ужели принимает ничего общепсихологического с косвенным вероисповеданием градоначальства.

    Они шли по загрязненным конфоркам, приплюсовывая через отделённых, купаясь в онежские божества, на оных просушивали подвохи медока. Ему высокомерна забытая квартиль, а дель самое акушерство, представленное ищущими людоедками, шипящими овсянками и убогой мангустой с глазами цвета зайца и классовой геосферой. У меня с ним, как отмачивают в мисках, вишь откатилось переодевания. Электронная жалоба на нарушителя ПДД подлежит рассмотрению в 30-дневный срок со дня её поступления со всеми материалами дела в ГИБДД лицами, уполномоченными её рассматривать. Жалоба на вывоз мусора образец. В соответствии со ст.14 Правил предоставления услуг по вывозу твердых и жидких бытовых отходов, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 155 от 10.

    Жалоба на судью и уголовная ответственность. Подавая жалобу на судью надо помнить, что она может стать поводом для возбуждения уголовного дела в отношении судьи. В настоящее время. Жалоба на утилизацию. Содержание1 Нужна ли по закону доверенность на снятие автомобиля с учета ГИБДД – образцы для скачивания, правила оформления1.1 Как оформить от юридического лица?1.2 Образец от физического.

    Действия контролирующих органов ставят под вопрос работу и расширение первой на Дону компании, применяющей современные технологии утилизации опасных медотходов. Результатом может стать задержка в создании на территории региона полноценной централизованной системы их обеззараживания и захоронения

    ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону», занимающееся утилизацией медицинских отходов, заявило о необоснованных и противоречащих законодательству проверках своего бизнеса. Соответствующее обращение компания направила уполномоченному по защите прав предпринимателей при президенте России Борису Титову, главе Следственного комитета Александру Бастрыкину и донскому бизнес-омбудсмену Олегу Дерезе. Предприятие утверждает, что проверки со стороны контролирующих органов могут лишить его возможности вести дальнейшую деятельность и помешать сформировать в Ростовской области полноценную систему утилизации медицинских отходов.

    В своем обращении к господам Титову, Дерезе и Бастрыкину компания «Центр 100 Ростов-на-Дону» сообщает, что, вопреки трехлетнему мораторию на проверки вновь созданных субъектов малого предпринимательства, с момента запуска предприятия в мае 2017 года контролирующие органы проверяли его пять раз. Первую проверку провели в апреле прошлого года оперативники областного УФСБ в связи с «возможными мошенническими действиями», в которых они подозревали сотрудников компании. В ходе этой проверки чекисты изъяли видеорегистратор, ведущий запись работы предприятия, что требуется от подобных производственных площадок для подтверждения того, что они соблюдают все требования заключенных с заказчиками контрактов. Других последствий проверка пока не имела. «Характер возможных мошеннических действий, круг лиц, подозреваемых в совершении действий, предмет проверки УФСБ нам неизвестны»,— пишет ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону» в своем обращении к бизнес-омбудсменам и в СК.

    Вторую проверку предприятия провела в ноябре прошлого года природоохранная прокуратура. Нарушений она не выявила, как и проверка, проведенная 10 декабря комиссией одного из заказчиков — Ростовской городской больницы №20. Однако уже в январе нынешнего года ростовский департамент Росприроднадзора провел «в интересах неопределенного круга лиц» расследование, в ходе которого установил, что с 1 января по 20 сентября прошлого года компания работала без утвержденных нормативов предельно допустимых выбросов вредных веществ в атмосферу. Нарушение было устранено еще до проверки. В итоге ведомство вынесло компании предупреждение.

    Последнюю на данный момент проверку компании провело ростовское УФАС в начале июня. В своем обращении ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону» сообщает, что служба заподозрила компанию в участии в картельных сговорах. Согласно приказу УФАС о проведении проверки, организованная для этого инспекция по большей части состояла из специалистов по борьбе с картелями. Предметом проверки являлось соблюдение компанией ст. 11 закона «О защите конкуренции» (запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения хозяйствующих субъектов). На данный момент проверка продлена до 5 сентября.

    Пар эффективнее огня

    В своем обращении «Центр 100 Ростов-на-Дону» заявляет, что является единственным участником рынка утилизации медицинских отходов в Ростовской области, которого активно проверяют контролирующие органы. В то же время, пишут авторы обращения, со стороны других предприятий, работающих в этой нише, достаточно распространены нарушения законодательства и контрактов на утилизацию медотходов. К обращению компания приложила решение Ростовской областной клинической больницы о расторжении договора с одним из участников рынка , в котором больница заявляет, что подрядчик якобы не утилизировал отходы в порядке, установленном контрактом. Отдельно «Центр 100» указывает на то, что «большинство таких исполнителей не осуществляет и физически не может осуществлять» извлечение из медицинских отходов полезных компонентов, в первую очередь — пластика. Связано это с тем, что утилизация в данных случаях производится путем сжигания отходов в низкотемпературных печах, в результате чего образуются диоксины и другие токсичные вещества. Технология, которую использует «Центр 100», предусматривает обработку отходов паром при температуре 134°С при давлении 2,5 атм., что позволяет после обеззараживания извлечь из них пластик и отправить его на повторную переработку. Не подлежащая переработке часть отходов измельчается и прессуется, в результате чего может быть достигнуто уменьшение их объемов вплоть до пятикратного, и захоранивается. В этом виде медицинские отходы не несут угрозы заражения для людей и не становятся источником ядовитого дезинфектанта, который, по оценке минздрава Ростовской области, до 2017 года попадал в почву и в канализацию в количестве 5 млн литров в год.

    «Центр 100 Ростов-на-Дону» заявляет о том, что медицинские отходы нередко оказываются на обычных мусорных свалках без необходимой предварительной обработки. Подобный случай действительно недавно был зафиксирован в Ростовской области: ИП Денис Шульга выбросил емкости с биоматериалами, которые должен был утилизировать по договору с медицинской лабораторией, в окрестностях ДНТ «Ростсельмашевец-2». Предприниматель заплатил штраф в размере 20 тыс. руб. Сам он утверждает, что образцы выбросил без его ведома водитель, который должен был отвезти их на пункт утилизации. Кроме того, господин Шульга сообщил, что после вышеупомянутого случая оснастил автомобили для перевозки образцов блоками ГЛОНАСС, чтобы иметь возможность отслеживать их местоположение.

    В тексте решения о расторжении договора с предприятием по утилизации отходов ростовская ОКБ сообщает, что одной из его причин стало отсутствие реакции подрядчика на запросы больницы о предоставлении данных с видеорегистраторов и блоков ГЛОНАСС.

    Медотходы хотят систематизировать

    Давление со стороны контролирующих органов осложняет работу ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону», а изъятие оборудования ФСБ в принципе ставит под вопрос возможность ее продолжения, указывают авторы обращения. Запуск предприятия в 2017 году они называют моментом начала формирования в Ростовской области централизованной системы сбора и обезвреживания медицинских отходов, которая ранее отсутствовала. Соглашение о ее создании губернатор Василий Голубев и учредитель ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону» Александр Данченко подписали в феврале 2017 года на Российском экономическом форуме в Сочи. Инициатором проекта, согласно сообщению сайта областного правительства, выступила швейцарская компания AFD Group. В справке об этом предприятии на сайте moneyhouse.ch сообщается, что Александр Данченко является его полномочным представителем. Свое участие в картельных сговорах компания категорически отвергает.

    О необходимости формирования в Ростовской области централизованной системы обращения с медотходами и недопустимости их вывоза на обычные мусорные полигоны координационный совет по охране окружающей среды и использованию природных ресурсов заявлял еще в 2012 году.

    Первым инвестиционным проектом, который компания реализовала в рамках соглашения, стало открытие в мае 2017 года площадки по утилизации медотходов категорий Б и В (потенциально несущих инфекционную угрозу) в промзоне в Мясниковском районе. Проект вошел в «губернаторскую сотню». Сумма инвестиций в запуск первой линии производства составила около 400 млн руб., ее проектная мощность — 900 тонн в год.

    В дальнейшем, писал портал «Медвестник» со ссылкой на информацию, полученную от инвестора, «Центр 100 Ростов-на-Дону» планировал запуск второй производственной линии аналогичной мощности на той же площадке и строительство новых объектов в Шахтах и Волгодонске, рассчитанных на утилизацию 1200 и 870 тонн медицинских отходов в год.

    На данный момент эти планы не реализованы.

    Тем не менее на протяжении двух лет работы компания активно наращивала обороты. Если в 2017 году предприятие выиграло только один тендер медицинского учреждения на утилизацию опасных отходов, сумма которого составила 645 тыс. руб., то в 2020 году «Центр 100 Ростов-на-Дону» заключил уже 75 таких контрактов на общую сумму около 81,5 млн руб. С начала нынешнего года компания подписала с медучреждениями 136 договоров на 211,5 млн руб. Компания выполняет заказы на утилизацию отходов медицинских учреждений десятков муниципалитетов Ростовской области. При этом в конкурсах, которые проводили больницы районов, находящихся на значительном удалении от Ростова (Волгодонского, Ремонтненского, Дубовского и др.), «Центр 100» был, как правило, единственным участником. Соперники у компании появлялись в Ростове и близлежащих городах: Азове, Аксае и т. д. В их роли выступали, в частности, ООО «Экоменеджмент» из Свердловской области и саратовское предприятие «Экохим-Пиэти». В 2017 году учредитель другой ростовской компании, работающей в сфере утилизации медотходов, ООО «Новые технологии Дона», Сергей Адамов говорил порталу «Медвестник», что его предприятие обслуживает только медицинские учреждения Ростова и близлежащих населенных пунктов — как частные, так и государственные. «Ездить дальше невыгодно, тем более что и объемы в глубинке намного меньше, чем в областном центре»,— объяснял он. При этом в Ростове формируется только 1,2 тыс. из 5 тыс. тонн медицинских отходов классов Б и В, которые ежегодно создают медучреждения области.

    Проверки против инвестиций

    Бизнес-омбудсмен Ростовской области Олег Дереза говорит, что относительно ситуации вокруг ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону» располагает только информацией, содержащейся в полученном от компании обращении. «Поскольку в одном из случаев проверок, о которых сообщает компания, речь идет об уголовном преследовании, то возможности уполномоченных по правам предпринимателей ограничены,— поясняет господин Дереза.— Статус бизнес-омбудсменов не прописан в УПК, поэтому у нас в данном случае прав меньше, чем у адвокатов подозреваемых: мы не можем даже ознакомиться с делом». Тем не менее, добавил Олег Дереза, он занимается изучением жалобы компании и рассматривает возможность пригласить ее представителей на заседание рабочей группы по защите прав предпринимателей при прокуратуре Ростовской области, чтобы они могли изложить правоохранительным органам свою точку зрения на сложившуюся ситуацию.

    Генеральный директор «Агентства инвестиционного развития Ростовской области» (АИР), которое занималось локализацией проекта AFD Group в донском регионе, Игорь Бураков сообщил, что реализация планов по дальнейшему развитию предприятия может зависеть от того, как быстро завершится «история с проверками, которые компания считает чрезмерными». «Для нас крайне важно, чтобы эта ситуация разрешилась как можно скорее,— рассуждает господин Бураков.— Проект “Центр 100 Ростов-на-Дону” позволил Ростовской области выйти на новый уровень в сфере утилизации медицинских отходов, у нас появился шанс цивилизовать этот рынок, и этим шансом, безусловно, надо дорожить. В свою очередь, проверки, особенно масштабные и затяжные,— это серьезный стресс для любого предприятия, который отражается и на операционной деятельности, и на инвестиционных планах. Наверное, не будет компания продолжать инвестировать и расширять бизнес, если ее мучают проверками. Понятно, что контролирующие органы обязаны реагировать на ту или иную оперативную информацию, но пять проверок за полтора года, тем более в отношении субъекта малого бизнеса — здесь трудно не согласиться с мнением компании о чрезмерности». Глава АИР также отметил, что на данный момент «Центр 100 Ростов-на-Дону» — единственная компания в Ростовской области, которая не просто проявила интерес к рынку утилизации медицинских отходов, но и вложила заметные инвестиции в создание современного производства по их переработке.

    Среди условий для дальнейших инвестиций AFD Group в развитие системы утилизации медицинских отходов в Ростовской области глава АИР называет формирование в регионе цивилизованного рынка этих услуг. Ссылаясь на исследования, которые инвестор проводил перед запуском производства в Мясниковском районе, Игорь Бураков сообщил, что общий объем легально утилизируемых медотходов в регионе оказался значительно ниже прогнозов. «Это явный признак того, что часть отходов утилизируется не в соответствии с законодательством,— добавил господин Бураков.— Чтобы сделать этот рынок цивилизованным, необходимо более жесткое администрирование, контроль соблюдения законов, которые его регулируют. Они достаточно жесткие, но, к сожалению, контролирующим органам проще проверять тех, кто работает в “белом” секторе и находится на виду, чем выявлять нелегалов». По мнению эксперта, повышение прозрачности рынка — тоже важное условие для продолжения реализации инвестпрограммы AFD Group в Ростовской области.

    Собеседник в природоохранной прокуратуре на условиях анонимности признает, что ведомство проводило проверку ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону» в рамках проверки заявления другой компании, работающей на рынке утилизации медицинских отходов. «Жалоба не подтвердилась,— уточняет источник.— У нас сложилось впечатление, что предприятие применяет современные технологии, у него хорошо выстроен производственный процесс». Также представитель природоохранной прокуратуры высказал мнение, что централизованная система утилизации медицинских отходов в целом «должна работать», но возникает вопрос стоимости данных услуг. «При нынешнем состоянии экономики соблюдение законности в этой сфере обходится дорого, и эти расходы ложатся на плечи медицинских учреждений, а следовательно — на бюджет,— объяснил источник.— Хотя, с другой стороны, что лучше — платить больше и точно знать, что происходит с медицинскими отходами либо платить меньше и не иметь представления, куда они деваются?»

    Смотрите так же:  Возврат исполнительного листа без исполнения по заявлению взыскателя

    Дороже, но экономнее

    Переход на обеззараживание медицинских отходов централизованным способом позволил Ростовской городской больнице №20 сократить затраты на расходные материалы для обеззараживания, объясняет главный врач учреждения Юрий Дронов — теперь их предоставляет больнице подрядчик, то есть «Центр 100 Ростов-на-Дону». По данным господина Дронова, в 2020 году затраты больницы на дезинфицирующее средство для медотходов снизились более чем вдвое — с 2,6 млн до 1,2 млн руб., на пакеты, контейнеры, емкости и т. д. — почти в десять раз, с 2,5 млн до 280 тыс. руб. «При этом контакт медицинского персонала больницы с биологическим материалом был исключен полностью,— добавляет главврач.— Передача обеззараживания медотходов специализированной организации позволяет нам уделять больше внимания пациентам».

    Централизованная система утилизации отходов выгоднее для медицинских учреждений как с финансовой, так и с организационной точки зрения, уверен главный врач зимовниковской Центральной районной больницы (ЦРБ) Николай Канцуров. В нынешнем году единственным участником тендера на обеззараживание медотходов больницы стало ООО «Центр 100 Ростов-на-Дону». «До этого мы два года пользовались услугами аналогичной компании из Краснодарского края, что стоило, конечно, дороже из-за высоких транспортных расходов,— сообщил господин Канцуров.— А до появления первых специализированных организаций мы занимались утилизацией медицинских отходов самостоятельно. И это было очень затратно и трудоемко: необходимо было закупать дезинфицирующие средства, пакеты, контейнеры. Теперь все это предоставляет подрядчик». Кроме того, отметил главврач, утилизация медицинских отходов своими силами требовала от больницы наличия соответствующих лицензий, сертификатов и обученных сотрудников. Выполнение медучреждениями требований к утилизации медицинских отходов регулярно проверяет целый ряд контролирующих структур — от Росздравнадзора и прокуратуры до Роспотребнадзора и Россельхознадзора. «Предъявлять каждой проверке необходимый пакет документов и подтверждать наличие всего необходимого для утилизации медицинских отходов — очень трудоемкое дело, избежать при проверках различных подводных камней бывает трудно,— объяснил Николай Канцуров.— Показать договор со специализированной организацией значительно проще».

    При этом вплоть до захоронения опасных медицинских отходов на полигоне ответственность за них несет медицинское учреждение, где они появились, указывает главный врач ростовского Дома ребенка №4 Ольга Гришина. Специализированных полигонов для такого рода отходов в Ростовской области нет. Поэтому предоставлять услуги по их вывозу из лечебно-профилактических учреждений (ЛПУ) могут либо организации, которые будут вывозить медотходы в другие регионы, либо компании, имеющие возможность обеззаразить их так, чтобы они стали достаточно безопасными для захоронения на обычных полигонах ТБО.

    В Доме ребенка №4 централизацию системы утилизации медицинских отходов активно приветствуют. «До того как в 2016 году минздрав Ростовской области и Роспотребнадзор выпустили методические рекомендации по созданию централизованной системы обеззараживания и захоронения медотходов, ЛПУ должны были решать эту задачу самостоятельно,— объясняет Ольга Гришина.— При этом СанПиН устанавливает жесткие требования не только к наличию необходимого для выполнения этой работы персонала, но и к помещениям, где производится обеззараживание, вплоть до высоты потолков. Найти подходящие площади в наших условиях, когда каждый квадратный метр на счету, практически невозможно, как и построить новые помещения, тем более что бюджет не предусматривает финансирование этой статьи расходов».

    В рамках создания централизованной системы утилизации медицинских отходов региональный бюджет выделяет ЛПУ средства для оплаты услуг специализированных компаний. Медицинские учреждения в этом случае резко сокращают затраты на дезинфицирующие средства и другие расходные материалы, а также избегают фонда оплаты труда и расходов, связанных с необходимостью выделить под дезинфекцию отдельное помещение, поэтому данный подход выгоднее и с финансовой точки зрения, считает госпожа Гришина. В то же время не все исполнители понимают, что на самом деле требуется заказчику, добавляет главврач. «Когда мы начали проводить тендеры на оказание этих услуг, мы столкнулись с жалобами отдельных участников, которые заявляли, что мы в техническом задании прописали слишком жесткие требования,— объясняет Ольга Гришина.— Но поскольку мы несем ответственность за утилизацию медотходов своего ЛПУ, то постарались, в частности, исключить их обеззараживание путем сжигания. Эта технология не позволяет сделать отходы безопасными, они по-прежнему несут угрозу заражения, а дети к нам поступают в том числе с такими серьезными заболеваниями, как гепатиты В и С, ВИЧ-инфекция и т. д.». В результате в 2020 и 2020 годах Дом ребенка №4 заключил договоры на утилизацию медицинских отходов с компанией «Центр 100 Ростов-на-Дону». Помимо использования более современной технологии обеззараживания, предприятие отличается наличием возможности контролировать перемещение отходов в режиме онлайн: у заказчика есть удаленный доступ к изображениям с видеокамер, установленных на автомобилях компании и на ее производственной площадке. Ольга Гришина отмечает, что ФАС, обычная практика которой — поддерживать жалобы участников торгов, чтобы избежать ограничения конкуренции между заказчиками, в данном случае встала на сторону ЛПУ.

    В скандале с утилизацией опасных медицинских отходов на Южном Урале — новые подробности

    Пока прокуратура, медики и Роспотребнадзор проводят официальные проверки по фактам нарушений, выявленным ОНФ в цехе по утилизации медицинских отходов опасных категорий «Б» и «В» — ООО «Уралвторресурс» (Красноармейский район), гендиректор этой компании Денис Песков заявляет, что интерес общественников к его предприятию как минимум не бескорыстен. По его мнению, на цех под Октябрьским ревизоров «навели» его конкуренты — как выясняется, демпинг в бизнесе по утилизации отходов пожестче, чем в других сферах.

    Сам скандал начался в начале недели, когда пресс-служба челябинского регионального отделения ОНФ опубликовала отчет о проверке ООО «Уралвторресурс» — предприятии, занятом сортировкой, переработкой и утилизацией медицинских отходов под поселком Октябрьский в Красноармейском районе. «Фронтовики», прибывшие на место для проверки анонимной жалобы, пришли в ужас: медотходы, то есть привезенные в Красноармейский район в рамках договоров с учреждениями здравоохранения использованные шприцы, катетеры, капельницы и прочее одноразовое оборудование, по их словам, на территории цеха складированы просто на земле, работники не пользуются средствами индивидуальной защиты, а содержимое порванных пластиковых мешков – эпидемиологически опасные отходы класса «Б» — разбросано.

    Под Челябинском обнаружена «вирусная бомба» из медицинских отходов

    Руководитель региональной группы общественного мониторинга ОНФ по проблемам экологии и защиты леса Виталий Вороной прямо заявлял Znak.com, что под Октябрьским готова биологическая бомба: любой из сотрудников компании в любой момент может стать разносчиком инфекции, оставшейся на пластике шприцов и капельниц. Заодно, по мнению «фронтовиков», опасность представляют и оказавшиеся на территории грызуны и птицы, также способные выступить в качестве разносчиков инфекции.

    «На деле все не так ужасно?»

    О проблеме знают в региональном управлении Роспотребнадзора и районной прокуратуре. Кроме того, соответствующая жалоба была направлена активистами ОНФ в областное министерство здравоохранения. Однако до сих пор ни одно из ведомств не может похвастаться официальными выводами.

    В пресс-службе минздрава корреспонденту Znak.com сообщили, что ожидают выводов от экспертов Роспотребнадзора и прокуратуры, чтобы инициировать собственную проверку происходящего. В прокуратуре Красноармейского района проверка уже инициирована, однако она также упирается в выводы РПН, а в самом надзорном ведомстве результаты экспертиз еще не готовы, и ответить на вопрос, действительно ли опасна деятельность цеха под Октябрьским, официально они не могут.

    Впрочем, как неофициально пояснили Znak.com специалисты сферы здравоохранения, минздрав за утилизацию отходов деятельности больниц отвечать и не должен. «Когда-то эта деятельность была лицензируемой, но в последние пять лет утилизацией может заняться практически любой желающий, — пояснил наш собеседник. — В любом случае каждая больница или поликлиника заключает договор на вывоз своих отходов самостоятельно, за счет средств Фонда обязательного медицинского страхования. Контракты заключаются в соответствии с федеральным законом №44, так что минздрав в любом случае сможет проверить только добросовестность проведения конкурсных процедур. Сама деятельность предприятия вне компетенции врачей».

    Источник Znak.com в прокуратуре подтверждает: речь может идти только о наказании за нарушение СанПина, но не более того, поскольку деятельность «Уралвторресурса», как и других профильных фирм, не лицензируется.

    «Впрочем, несмотря на громкие заявления ОНФ и страшные фотографии с места, на деле всё пока выглядит не так ужасно», — уточнили в прокуратуре Красноармейского района.

    На взгляд обывателя, как показывает хотя бы моментальное распространение информации о скандале в соцсетях, всё выглядит как раз ужасно. Пользователи разных, даже весьма удаленных от Красноармейского района сообществ, например, «Инцидент Миасс» («ВКонтакте»), увлеченно обсуждают потенциальные угрозы: гепатит на кончиках зубов полевой мыши, туберкулез, разносимый голубями, и повальную эпидемию в семьях работников «Уралвторресурса» в случае единственной раны использованным в больницы и сданным в утиль скарификатором.

    «Действительно, каждая больница заключает договор самостоятельно, — рассуждает Виталий Вороной он в беседе с корреспондентом Znak.com. — И, естественно, раз речь идет об аукционе, выигрывает тот, кто предложит наименьшую цену. Так вот, по моим сведениям, компания из-под Октябрьского при заключении договоров на 2017 год сбрасывала первоначальную стоимость на 80-90%! Объясните, как при таком демпинге может быть реальным добросовестный бизнес? Получать прибыль при таких скидках возможно, только полностью забыв про санитарные нормы и выполняя работу спустя рукава! Кроме того, мы видели, как использованные шприцы и капельницы просто полоскались в какой-то ванне и откладывались в сторону! А нам известно, что еще одной статьей доходов этой компании является работа на вторичном рынке – то есть помытые одноразовые приборы снова попадают в больницы!»

    Заметим, сам Вороной, правда, оговаривается, что он специалистом в области утилизации опасных отходов не является и возлагает надежды на компетентные органы, уже достаточно разогретые шумихой в прессе. Но под словами «фронтовика» готов подписаться также директор екатеринбургской компании «Гермед» Андрей Редькин, давно отслеживающий тенденции на региональных рынках утилизации медицинских отходов. ООО «Компания «Гермед» сама не занимается утилизацией, зато ее сотрудники заняты продвижением соответствующих технологий на российском рынке. И любое нарушение установленных СанПинов и удешевление труда в этом секторе рынка для свердловчан, понятно, — лишние потери.

    «Бизнес делают на риске для здоровья»

    «Медицинские отходы действительно опасны, — рассказал Андрей Редькин корреспонденту Znak.com. — Если честно, то этой темой должно вплотную заниматься государство. Лично я считаю преступным, когда бизнес делают на риске для здоровья, на возможном ущербе для десятков людей, и мечтаю о возвращении лицензирования в эту сферу деятельности. Простой пример: согласно утвержденным санитарным нормам, подрядчик должен приехать в больницу, забрать к себе отходы и утилизировать. Могу привести пример, когда екатеринбургский подрядчик заключает договор с сургутскими врачами. 1300 километров!

    Вы, правда, верите, что утилизация будет происходить по всем правилам? Да на одной транспортировке можно разориться, проще прикопать отходы где-то в лесу, у нас ведь земля большая. В Челябинской области — та же ситуация.

    Утилизацией медицинских отходов занимаются какие-то ребята от ЖКХ, у которых все «схвачено» на уровне местных и областных депутатов. Свобода действий, никакого контроля за соблюдением СанПинов. А в санитарных нормах все подробно расписано, занимает этот текст от силы десяток страниц. Но чтобы этим страницам соответствовать, нужно вкладывать в бизнес серьезные средства».

    Если говорить о конкретике, то Редькин утверждает: соблюдение норм по обращению с медицинскими отходами нерентабельно при цене ниже 60-70 рублей за килограмм отходов. В эту сумму войдут транспортные расходы при среднем плече логистики, оплата труда и обучения персонала, спецтара (медотходы должны перевозиться в специальных контейнерах, а вовсе не в пластиковых мешках), плюс расходы на дезинфекцию, работу и содержание специальных утилизаторов, а не обычных печей. Для сравнения, утилизация обычных твердых коммунальных отходов, то есть бытового мусора, обходится в УрФО в 600-700 рублей за тонну, то есть в 60-70 копеек за килограмм. Больницы и поликлиники, объявляя конкурсы, начинают с цены примерно в 120 рублей за килограмм. «А дальше идет демпинг, и прибыль предприниматель может получить, только игнорируя элементарные правила», — утверждает эксперт.

    В качестве наиболее вопиющего примера демпинга Редькин называет ситуацию, сложившуюся в конкурсе, объявленном весной 2016 года Еманжелинской городской больницей №1. Начальная цена предложенного еманжелинскими медиками утилизаторам контракта составляла 1,333 млн рублей. Договор был заключен по цене…13,33 тысячи! Заметим, герой «фронтового» скандала, ООО «Уралвторресурс», и его дочерняя фирма, ООО «Котельная №3», в этом аукционе, по данным портала госзакупок, также участвовали, но победу одержали не они, а некое ООО «Экостандарт».

    Если брать абсолютные цифры, то проблема правильной утилизации медицинских отходов вроде бы и не очень остра. По данным Редькина, от всего числа мусора, производимого жителями Южного Урала, здравоохранительные учреждения выдают на-гора только 2%. И лишь четверть от этих двух процентов — те самые опасные шприцы, капельницы и прочий пластиковый инвентарь, бывший в контакте с инфекционными больными. Только эти 0,5% от общей горы отходов требуют обеззараживания и деформации (последнее как раз для того, чтобы «бэушный» шприц не оказался снова использован).

    «Большинство компаний, занимающихся этим бизнесом, практикуют термическое уничтожение отходов, — продолжает директор «Гермеда». — Но при том оборудовании, которое используется обычно, безопаснее было бы действительно выбросить туберкулезные шприцы на ближайшую свалку. Дело в том, что при обычном сжигании пластиковых приборов в большом количестве образуются диоксины — жуткий канцероген, входящий в двадцатку самых опасных в мире загрязнителей и имеющий свойство накапливаться в земле, воде и, кстати, человеческом организме. Именно из-за непрофессионального сжигания в 2016 году была приостановлена деятельность компании «Южноуральский центр утилизации медицинских отходов». Но сегодня, по моим сведениям, они снова выходят на рынок. Однако технологичное оборудование стоит серьезных денег, а наиболее распространенные в России крематоры ижевского производства реально никто на соответствие нормам не проверял. Потому что одно исследование на выброс диоксинов стоит 500 тыс. рублей».

    Опасные госзакупки

    Однако вернемся к октябрьскому цеху. Как сообщал Znak.com, это подразделение ООО «Уралвторресурс», директором и учредителем которого является Денис Песков. В Красноармейском районе, по данным из открытых источников, цех открылся в 2015 году, причем перспективы такого производства тщательно проверялись местным советом депутатов. Параллельно с «Уралвторресурсом» действует еще и ООО «Котельная №3» с тем же учредителем (у двух компаний даже сайт общий). По данным СПАРК, еще в 2015 году «Уралвторресурс» заключил контрактов с различными организациями на 15,2 млн рублей. В 2016 году общая сумма контрактов компании составила всего 1,772 млн. В числе заказчиков – не только больницы (например, Еткульская районная), но и детские центры, и даже Пограничное управление ФСБ по Челябинской области. Справедливости ради отметим, что не во всех конкурсах речь идет об утилизации именно медицинских отходов: например, ПУ ФСБ в самом конце 2016 года заключило небольшой, на 28 тыс. рублей, контракт на транспортировку и переработку поврежденных аккумуляторных батарей.

    Судя по данным сайта госзакупок, за 2015 год ООО «Уралвторресурс» и ООО «Котельная №3» участвовали как минимум в 57 конкурсах, и резкие падения стоимости аукционов были правилом уже тогда. Так, 4 декабря 2015 года «Котельная №3» заключила контракт на сбор, транспортировку и обезвреживание отходов класса «Б» с МУЗ «Детская стоматологическая поликлиника» Челябинска, сбросив цену с первоначальных 373 до 94 тыс. рублей. В торгах, объявленных Коркинской центральной больницей в конце декабря 2015 года, «подвинулась» с 1,88 млн до 424 тыс. рублей. А в октябре 2015 года в борьбе за право сжигать отходы класса «Б» МБУЗ «Городская клиническая больница №11» (Челябинск) падение произошло с 2,9 млн до 499 тыс. рублей. Кстати, несложные расчеты показывают, что в 2016 году стоимость уничтожения отходов ГКБ№11 составляла 172 рубля за килограмм. В 2017 году контракт был заключен исходя из цены 33 рубля за кило.

    «Смысл такого демпинга — расчистить поле от конкурентов и получать прибыль от множества клиентов, — считает Андрей Редькин. — И этому способствует равнодушное отношение к подрядчику со стороны руководства здравоохранительных организаций».

    Смотрите так же:  Пособия по сварочным работам

    Он продолжает: «Действительно, больницы и поликлиники не должны отвечать за уничтожение медицинских отходов, это не их задача. И заложенное в ФЗ-44 ограничение, требующее проводить дополнительную проверку участников аукциона, сбросивших начальную цену более чем на 25%, здесь не работает: проверки проводятся просто спустя рукава. Играет роль еще и тот фактор, что, например, тот же «Уралвторресурс» гордо размещает в числе своих реквизитов лицензии на разного рода деятельность. Мало кто задумывается, что отходы в общем понимании классифицируются по пяти классам опасности от «единицы» до «пятерки», а медицинские отходы имеют свою классификацию, по буквам, от «А» до «Г». Срабатывает рефлекс: есть лицензия, значит, хороший подрядчик! А в итоге мы в будущем рискуем получить из захороненных в лесах мешков со шприцами не менее опасные зоны, чем скотомогильники со спящей «сибирской язвой».

    «Зашли по наводке конкурентов»

    Директор ООО «Уралвторресурс» Денис Песков в беседе с корреспондентом Znak.com и не отрицал: да, его компания вынуждена демпинговать, чтобы получить контракты. Да, работа с плечом логистики в сотни километров рентабельной быть не может. Однако Песков уверен, что у него бизнес построен лучше, чем у конкурентов, а случившаяся проверка октябрьской точки активистами ОНФ инициирована именно конкурентами. Вообще, у владельца «Уралвторресурса» вызвало удивление незнание взявшимися проверять его деятельность «фронтовиками» элементарных вещей.

    «В Октябрьском мы работаем с 2015 года, — напомнил Песков. — Об открытии предприятия тогда писали СМИ, нас проверяли и прокуратура, и Роспотребнадзор, вопрос обсуждался депутатами, так что говорить, что ОНФ «обнаружила» цех, как минимум некорректно. Также меня возмущают их тезисы о том, что «пакеты лежат на голой земле» — у нас бетонированное покрытие с ливневыми стоками, соответствующее СанПинам, что отсутствует разделение на «грязную» и «чистую» зоны — оно налицо. «Фронтовики», мне очевидно, зашли к нам по наводке от конкурентов. Возможно, не бескорыстно, иначе с чего бы Виталию Вороному уже несколько дней уклоняться от встреч и разговоров со мной?»

    Песков признает, что в числе прочего складированного на территории цеха медицинского мусора есть и емкости красного цвета, то есть наполненные особо опасными отходами. Такие контейнеры, по словам учредителя «Уралвторресурса», накапливаются и уничтожаются в периоды, когда работники не заняты сортировкой прочих отходов.

    «Что касается отсутствия средств защиты, то наши сотрудники под поселком Октябрьский не занимаются сортировкой действительно опасных отходов, — заверил Песков корреспондента Znak.com. — Дело в том, что, например, из горно-заводской зоны региона (от Златоуста до Усть-Катава и Сатки) мы транспортируем отходы только для утилизации и переработки.

    По договору в больницах все эти шприцы и капельницы дезинфицируются самостоятельно. Мы вывозим их, разбираем.

    Например, из колбы и поршня шприца получаются два материала — полипропилен и полиэтилен. Эти материалы идут на переработку, и в нашем же цехе на улице Героев Танкограда в Челябинске из них делается новая продукция. Прибыль от этих контрактов мы получаем за счет реализации новеньких, только что произведенных шприцов, контейнеров, прочих товаров».

    Вообще, санитарные нормы и правила предусматривают два варианта обращения с медицинскими отходами: термическое уничтожение или сортировка и утилизация.

    Со слов Пескова выходит, что его конкурентное преимущество именно в том, что его компании выполняют оба вида услуг, плюс переработка утилизированных материалов.

    Имеется «правильная» печь для уничтожения отходов, сортировочный цех, так «вдохновивший» недавних проверяющих, и даже отдельная услуга. Дело в том, что ряд здравоохранительных учреждений заказывают у Пескова еще и уничтожение биологических отходов — то есть то, что остается после хирургических операций. Бизнесмен позволил себе предположить, что если бы проверяющие осмелились заглянуть в холодильник цеха под Октябрьским, то удержать лицо, а заодно и желудок, не смогли бы: там хранятся в ожидании уничтожения конечности после ампутации и прочие малоаппетитные части человеческого организма.

    «В Челябинской области помимо нашей компании действуют две местные фирмы, компании из Екатеринбурга и Стерлитамака, — рассказывает бизнесмен. — И я абсолютно согласен с тем, что просто плечо логистики не позволяет слишком уж снижать цену коммерсантам из Свердловской области или Башкортостана. Тем не менее когда мы выигрываем контракты с больницами, регулярно оказывается, что мы опередили соперников буквально на рубль за килограмм! Торги начинаются со 1500-200 рублей за килограмм, а заканчиваются на реальной цене рублей в 20!»

    По словам Пескова, «Котельная №3» и «Уралвторресурс» на рынке Челябинской области действуют уже 15 лет, однако до недавнего времени они работали на единственной производственной точке в Тракторозаводском районе Челябинска. Лишь в 2015 году у холдинга депутата Госдумы Олега Колесникова был выкуплен участок под Октябрьским — территория бывшего животноводческого комплекса.

    «Нас она привлекла прежде всего тем, что у полуразрушенной местной котельной уже была определена санитарная зона, соответствующая нашим требованиям, — объясняет Песков. — Прежде чем запустить участок, мы вложили в него порядка 30 млн рублей и по сей день остаемся под пристальным вниманием контролирующих органов. Так что у меня только одна версия причины проверки общественников: думаю, «анонимная жалоба» на мою деятельность была вовсе не анонимной».

    Чисто. Конкретно

    Во время большой пресс-конференции Владимир Путин, отвечая на вопрос журналиста из Челябинска, рассказал, что сегодня образуется 70 миллионов тонн мусора ежегодно и девать его некуда. А с развитием промышленности количество отходов только увеличивается. Одной из первоочередных задач президент назвал ликвидацию незаконных свалок и создание индустрии переработки.

    Кто и сколько должен платить за утилизацию бытовых отходов, кто и как будет контролировать тарифы на вывоз мусора — обо всем рассказал на «Деловом завтраке» министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин.

    Дмитрий Николаевич, в «мусорную» реформу вовлечено сразу несколько ведомств. Например, тариф устанавливает госкомитет, норматив — региональное правительство, а контрольные функции — у ФАС. Не получится ли так, что тарифы будут устанавливаться бесконтрольно, а люди не смогут найти ведомство, кому написать жалобу?

    Дмитрий Кобылкин: Надеюсь, что ничего такого, о чем вы говорите, не будет. К тарифам для населения сейчас приковано внимание всех. В том числе контролирующих органов.

    Действительно, в работу с системой твердых бытовых отходов (ТБО) вовлечены многие ведомства. Реформа касается не только минприроды. Раньше этим занимался минстрой. Два месяца назад президент страны определил ответственных, и теперь полномочия сконцентрированы у нас. В начале декабря у меня появился заместитель — Владимир Логинов, который будет курировать вновь созданный департамент госполитики и регулирования в сфере обращения с отходами производства и потребления. Кроме того, появится публично-правовая компания — интегратор и сопроводитель реформы. В нее будут «погружены» деньги экологического сбора и другие средства для того, чтобы помочь регионам создать необходимые мощности и всю инфраструктуру. Безусловно, весь этот процесс не останется без контроля. Нужно понимать, что нам предстоит глобальная реформа, поэтому процесс непростой.

    Многим сложно понять, сколько они будут платить за мусор со следующего года. У нас на руках есть любопытный документ из Иркутска — в уведомлении о необходимости заключения договора с регоператором по обращению с ТБО сказано, что плата за вывоз мусора с 2020 года составляет 650 рублей за кубометр. Как гражданам это понять? Зато сумма штрафа прописана четко — две тысячи рублей…

    Дмитрий Кобылкин: Грамотное доведение до населения такой информации — это работа местных органов власти: губернатора и глав муниципальных образований. Они должны проследить, чтобы такого не происходило. Нельзя просто прислать бумажку и сказать: мы повышаем тариф, а если не заплатите, то мы вас оштрафуем. Это неправильный подход. Думаю, первые месяцы 2020 года покажут, где власть не работает с населением. У меня есть и позитивные примеры территорий, где губернаторы очень ответственно к этому отнеслись. Они лично принимают участие в том, чтобы объяснить гражданам, почему это необходимо делать, рассчитывают обоснованные тарифы.

    В Орловской области в территориальную схему попали всего две из 15 свалок, потому что остальные не включены в Госреестр объектов размещения отходов (ГРОРО). Но их мощности не хватит на весь регион. Что будет со свалками, не попавшими в реестр?

    Дмитрий Кобылкин: Мы разрабатываем по этому субъекту РФ отдельную «дорожную карту», он находится в зоне особого внимания. В целом по полигонам существует федеральный проект в рамках программы «Экология». Он предусматривает рекультивацию 191 свалки в черте городских поселений. Если у них небольшой срок накопления, то их можно рассортировать и пустить на вторичную переработку. Это тоже часть бизнеса.

    Некоторые свалки, как, например, в Московской области, невозможно рекультивировать, не засыпав их. Потому что внутри уже идет термический процесс, может случиться самовозгорание. И спичек не нужно. Если упрощенно: мы предусматриваем дегазацию таких полигонов — бурение и выведение газа, который можно преобразовывать в электроэнергию.

    Когда в «РГ» приходил губернатор Подмосковья Андрей Воробьев, он буквально рисовал схемы, что будет происходить на полигонах, рассказывал, как пришлось привлечь японцев…

    Дмитрий Кобылкин: Японцев и голландцев. На самом деле, в мире не так много компаний, которые обладают большим опытом по борьбе со свалками. Такие компании начинают появляться и у нас в стране. Так, в Челябинск приехали на рекультивацию специалисты, которые занимались подмосковным Кучинским полигоном. И когда их осторожно спросили, смогут ли они решить проблему мусорных полигонов, они заверили, что это не страшно — объем работ составляет всего десять процентов от московских свалок.

    А что будет с незаконными мусорными свалками? Как вы их собираетесь контролировать?

    Дмитрий Кобылкин: По закону ликвидировать несанкционированные свалки обязан собственник земельного участка, для этого устанавливаются определенные сроки. Если земля муниципальная, то это зона ответственности местных властей. Если в течение установленного срока незаконный полигон так и остался на месте, региональный оператор обязан ликвидировать свалку самостоятельно, а собственнику выставить счет за проведенную работу. «Мусорную» реформу нужно начать с себя, мы это должны сделать все вместе. Мусор ниоткуда к нам не прилетел, его создали мы сами. И за это в ответе перед будущим поколением.

    Невозможно быстро изменить людей, которые все равно станут выбрасывать мусор куда попало. Что с этим делать?

    Дмитрий Кобылкин: Когда я говорю, что «мы контролируем», то имею в виду не только Росприроднадзор, наших работников. Мы — это все общественники, Народный фронт и политические партии, которые уже создали экологические десанты, это волонтеры и местная власть. Все мы ответственны за реализацию реформы. И у губернаторов в КPI (ключевой показатель эффективности. — Прим. «РГ») эти пункты тоже будут включены.

    Как планируется решать проблему утилизации опасных бытовых отходов, в частности батареек и энергосберегающих ламп? Во многих городах такой мусор сдать просто некуда.

    Дмитрий Кобылкин: У нас пока существует только одна профессиональная точка сбора таких отходов — в Челябинске. Там работает завод, созданный энтузиастом, но это была больше частная инициатива. Есть и такие компании, которые сами утилизируют то, что производят. Это хорошая практика, должна существовать ответственность производителей.

    Но этого недостаточно, нам предстоит создать дополнительно семь заводов к 2024 году. Федеральным оператором выступит «Росатом», накопивший большой опыт утилизации отходов 1-2-го классов опасности. Сегодня же мы можем только переоснастить какие-то заводы и дать им дополнительную нагрузку.

    Минувшим летом губернатор Ямала Дмитрий Артюхов предложил для арктических территорий законодательно утвердить особую схему вывоза, переработки и утилизации отходов, иначе они станут «золотыми».

    Дмитрий Кобылкин: Такая проблема существует не только на Ямале. Посмотрите на Якутию, на Красноярский край. Там же огромные расстояния. Для таких территорий должна быть отдельная схема, технологии.

    Но у нас есть и свои «кулибины». По их изобретениям уже производятся печи-контейнеры, которые можно расположить в том или ином муниципальном образовании и заниматься переработкой мусора на месте.

    Читатель из Башкирии спрашивает: 40 процентов населения республики это сельские жители. Они возмущены тем, что в частном секторе тариф на вывоз мусора и его утилизацию будет выше, чем у жителей многоэтажек. Сельчане, как правило, пищевые отходы закапывают на участке, а твердый мусор сжигают. Почему же тогда они должны платить больше, тем более учитывая более низкие доходы жителей деревень?

    Дмитрий Кобылкин: Те поправки, которые мы внесли в Госдуму, как раз исключают эту возможность. И дают право региональной власти минимизировать этот тариф. Все дело в том, что у небольшого населенного пункта, в отличие от города, так называемое транспортное плечо, то есть расстояние до полигона, будет больше. Рядом с селом, где несколько десятков дворов, никто специально строить полигон не будет. Поэтому, с учетом того, что в тарифе на вывоз бытовых отходов 80 процентов — это расходы на топливо, которое с каждым годом будет увеличиваться, платежку сельчане вряд ли потянут.

    Чтобы этого не допустить, мы дали право региональным операторам формировать площадки временного накопления с определенным сроком. Они будут действовать до того момента, пока компания не сформирует здесь какие-либо сортирующие и перерабатывающие мощности.

    В единый тариф не закладывается компенсация расходов до места временного хранилища. Как будут компенсироваться расходы регоператору на транспортировку до мест временного хранилища?

    Дмитрий Кобылкин: Нет такого. Вы считаете, что деревня никуда мусор не вывозила? Рядом с поселками есть места, которые исторически используются для накопления отходов. Регоператор сформирует единый тариф и для города, и для небольшого населенного пункта.

    Жители Кузмищенского сельского поселения Костромской области столкнулись с неожиданной проблемой. В санитарно-защитной зоне Башутинского водозабора решили построить мусорный полигон. Он будет в 800 метрах от жилых домов. Жители обратились к застройщику с просьбой предоставить им документацию и провести общественную экологическую экспертизу проекта. Им отказали. Правомерно ли засекречены документы?

    Дмитрий Кобылкин: Могу точно сказать, что президент страны, глава правительства категорически запретили нам всем, и главам субъектов в том числе, без общественных обсуждений принимать какие-то решения, особенно связанные с такой чувствительной для всех «мусорной» реформой. Тот, кто пытается свой проект принять без учета мнения населения, столкнется с огромным сопротивлением. Нужно разъяснять жителям все, «где, что и зачем». Мы планируем привлечь к этой работе 800 тысяч волонтеров. Общественники свою готовность уже выразили.

    Скрывать от населения ту или иную площадку формирования сортировки не то что неправильно — глупо. Мы сегодня живем в мире, где вся информация тут же доступна онлайн.

    Сейчас важна достоверная экспертная подача информации. Например, если жителям просто скажут, что собираются построить мусоросжигательный завод вблизи населенного пункта, люди естественно возмутятся. Какой мусоросжигательный завод там, где живут и растут дети? А если объяснить, что сжигать-то вы ничего не собираетесь и нагрузка на окружающую среду будет минимальная, что такие же производства работают в центре европейских столиц, — тогда будет понимание. Всем понятно, что дальше, ничего не делая, жить нельзя. «Мусорную» реформу откладывать было невозможно.

    На открытии крупнейшего мусороперерабатывающего завода в Тюмени вы сказали, что будет сформирован пул лучших практик по сбору и утилизации отходов в стране. Есть уже первые претенденты помимо этого завода-гиганта?

    Дмитрий Кобылкин: Конечно, есть. Например, Екатеринбург занимает первое место в России по сбору вторсырья и вторичной переработке. И это удивительно, потому что туда вторичный пластик привозят даже из очень отдаленных территорий — только для того, чтобы переработать в гранулы, а из гранул изготовить то или иное сырье. Екатеринбург — это одна из лучших практик, там — территория мастеров, демидовские корни.

    Регионам дали дополнительное время

    Есть ряд регионов, которые не смогут войти в реформу с 1 января. Как субъекты могут воспользоваться правом отсрочки?

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *